Идеальный мир для Демонолога 5 (СИ)
— О-о-о! — заулыбался я. — Да вы начали понимать, как это работает! Поздравляю!
Хотя, на самом деле, пусть они и нервничали, но всё равно было понятно, что артиллерией нас не взять. Дело в том, что мы заняли самый прочный командирский блиндаж, который был укреплен даже лучше, чем все остальные, вместе взятые. Османы явно берегут своих офицеров… Ну, или османские офицеры, в первую очередь, берегут себя, раз получилась такая разница в прочности конструкций.
— Допустим, нам ракеты и снаряды не навредят, — задумался Игорь. — Это всё прекрасно и очень меня радует, честное слово, но… А что мы будем делать, если остальные укрепления будут разрушены, а завтра османы пойдут на штурм? Я уже не говорю о том, что нас всего семь человек, это и так очень грустно, но если у нас еще и укреплений не будет — это ли не повод для печали?
— Ой, вот об этом даже не задумывайся, — отмахнулся я. — Османы знаешь какие косые? Мне кажется, что они за ночь ни по одному укреплению не попадут, все снаряды в поле улетят, и всё. Так что не переживайте, лучше давайте чай пить!
Сразу согласилась только Катя, затем к чаепитию присоединилась Кобра и стала нахваливать османские конфеты. А ведь их по всем окопам Рембо собирал, очень старался. И самым сложным было отобрать эти конфеты у других бесов.
Вскоре Художник тоже присоединился к нам, Синий, и вовсе, уснул. А остальные расслабились только под утро, когда обстрел закончился и мы вышли на улицу, чтобы посмотреть на последствия. И каково же было удивление бойцов, когда они поняли, что османы, и правда, косые. Ведь действительно всё получилось, как я и говорил. Блиндажи целы, окопы даже не засыпало песком, потолки дотов не обвалились под градом снарядов. Тогда как всё вокруг было сплошь усыпано множеством воронок от взрывов. Палили куда угодно, но только не туда, куда нужно было. Даже дозорная башенка уцелела, правда, слегка покосилась и сбоку у нее откуда-то появились подпорки.
Никто не обратил на эти подпорки никакого внимания, но я-то знаю, откуда они взялись. Ведь османы действительно разрушили большую часть укреплений, они правда очень старались и что-то у них даже получилось. Но какой в этом смысл, когда все заваленные окопы тут же раскапывали обратно бесы? Разрушенные блиндажи восстанавливала бригада демонических строителей чуть ли не быстрее, чем они разрушались. Любое повреждение чинилось буквально за пару минут и с восходом солнца, когда обстрел прекратился, оборонительные позиции были даже в лучшем состоянии, чем до обстрела.
Правда не хочется даже вспоминать, сколько за эти работы пришлось заплатить энергии. И не только за эти работы, ведь всю ночь несколько диверсионных групп бесов носились по округе и выполняли всю необходимую работу по зачистке местности.
Не стоит забывать, что османы далеко не беспомощны и были готовы к подобному. Так что где-то около тридцати бесов были обнаружены и уничтожены на месте. Правда, информация о них так и не была передана командованию, ведь специально на такой случай рядом всегда находился Рембо со своим отрядом и месть настигала османов незамедлительно.
А вообще, враг не планировал устраивать такой длительный обстрел. Как-никак, они планировали снова занять эти позиции, а не уничтожать их. Да и снаряды стоят недешево, и стрелять всю ночь по семи русским, засевшим в окопах, командование сочло бы слишком расточительным. Потому несколько раз в нашу сторону отправляли штурмовые отряды, но когда те просто исчезли, следом был отдан приказ раскатать нас танками. Вот только и это получилось совсем не так, как было задумано. Почему? Да просто, не повезло им, наверное…
* * *— Да поймайте его уже! — верещал пухлый мужичок и носился вокруг дерева, пытаясь убежать от командира танкового подразделения.
— Я тебя сейчас сам поймаю, Агдаль! — рычал тот. — Поймаю и убивать буду! Бить до тех пор, пока не выбью из тебя всё дерьмо!
— Отстань ты от меня! Что тебе надо? Чего ты на меня взъелся? — верещал бедолага, понимая, что вечно так бегать не сможет. Как-никак, лишний вес этому явно не способствует.
Еще некоторое время они носились по военной части практически молча, тогда как остальные просто недоуменно наблюдали за этим и никто не мог ничего поделать. С одной стороны, надо остановить командира танкового подразделения, а с другой стороны… Ну, он как бы под два метра ростом и довольно мощный мужик. Остановить его — это как остановить танк, довольно сложная задача.
— А ну иди сюда, гнида! — в какой-то момент мужчина достал клинок и стал им размахивать, отбив последнее желание останавливать его даже у тех, кто это мог бы попытаться сделать.
— Да отстань! — взвизгнул второй и стал убегать еще проворнее.
— А ну отставить балаган! — послышался грозный окрик начальника части. — Прекратить!
Почти все звуки разом стихли, разве что командир так и не остановился и продолжил носиться за пухлым, размахивая своим клинком.
— Я прирежу его! Мне плевать на последствия, я точно его прирежу!
— А что случилось-то? — удивился начальник и уточнил у свидетелей.
— Сами до конца не поняли, — развел руками один из офицеров. — Уже второй час носятся, остановить не можем. А командир сказал, пока не прирежет нашего сапера, не успокоится.
— А чего такого сапер сделал? Он, вроде бы, хорошо выполняет свою работу, — задумчиво проговорил начальник части, а командир случайно это услышал и повернулся к нему.
— Что он сделал? Хорошо выполняет работу? — прорычал здоровяк и устремил свой бешеный взгляд в сторону начальника. — А я расскажу тебе, всё расскажу! Доходчиво!
Командир танкового подразделения был слабее начальника части, об этом всем было известно. Точнее, почти всем. Каждый знал об этом, а вот сам командир, как оказалось, не знал. И раз уж никто не объяснил ему этого, следующие два часа он гонял по всей территории части уже начальника, лишь изредка отвлекаясь на сапера, если тот случайно попадался на глаза. И носился бы так дальше, но подоспела охрана и здоровяка просто завалили числом, скрутив по рукам и ногам.
— Да скажи ты по существу! Что не так? — прокричал начальник, едва переводя дух. — Я тебя, психа, вообще больше к танкам не подпущу, понял?
— А нет у нас больше танков! Всё! Закончились!
Только сейчас начальник части узнал, что практически вся бронетехника была уничтожена этой ночью. Нет, не в бою. Танки не смогли преодолеть и половины пути, а сейчас стоят, догорают прямо на дороге и в пустыне.
И во всём этом командир винит только саперов. Ведь они помчались на боевую вылазку, направив машины на восток. Но еще на середине пути несколько танков из начала колонны подорвались на минах. Такое бывает, и для подобных случаев разработаны инструкции, потому мужчина не растерялся и скомандовал разворачивать колонну и идти в объезд.
А объезда не нашлось, ведь вскоре еще несколько танков вспыхнули, словно спички, напоровшись на османские мины. У русских таких мин нет, это всем известно, они заставляют танк гореть будто бы изнутри и работают, в том числе, при помощи магии. Объехать минное поле не получилось, потому операцию было решено отменить и, развернувшись, танки спокойно направились обратно на базу. И каково было удивление танкистов, когда на той дороге, по которой они только что спокойно проехали, их машины стали вспыхивать одна за другой!
— Саперы, падлы! — командир продолжил попытки вырваться. — Урою! Всех вас закопаю!
— Да я ни одной мины на том направлении не поставил! — продолжал выть пухлый мужичок. — Ни одной, клянусь!
— То есть ты хочешь сказать, что я дебил? — рыкнул командир. — Скажи еще, что это русские заложили. Или черти какие-нибудь?
* * **Пш-ш-ш!*
— Опа! — я подскочил со своего места и подбежал к рации. — Сейчас что-то скажут!
— Может, это османы вышли на нашу волну? А то наши до сюда точно не добьют, — предположила Катя.
— Добьют, никуда не денутся, — отмахнулся я. Просто она не в курсе, что где-то наверху сейчас летает бес с антенной в руках и всеми силами пытается поймать радиоволны.