Бойня титанов

— Абсолютно.
Лицо Эши вспыхнуло. Джехани улыбнулась. Ее подруга могла выражать восторг, но Джехани не раз бывала в обществе женщин, узнавших о неожиданной беременности. И всегда первой реакцией был шок: старались они его скрыть или нет, но они переживали потрясение.
— Как? — спросила Джехани.
Она положила книгу на подушку обложкой вверх. Мир Баркан был дивной планетой — вернее, те ее части, что уцелели после приведения к Согласию. Солнечный свет изломанными полосами отражался от ступенчатых полей и освещал потолок.
Губы Эши тронула улыбка.
У Джехани расширились глаза.
— Нет! Это принцепс из Вульпа? Харртек?
— Можешь не спрашивать, не собираюсь ли я за него замуж. Минутное увлечение, не более. Он слишком самоуверен, чтобы я захотела поддерживать отношения.
— Ребенок от принцепса титана. Какая ирония. — Джехани снова взяла книгу.
— Ты не поздравишь меня? — спросила Эша.
Ее подруга устремила взгляд поверх страниц.
— Поздравляю.
— Ты не рада за меня, — сказала та и присела рядом с Джехани.
— Теперь дело за твоими гормонами. Что они могут сотворить с «Бестиа Эст», ведомо лишь Машине, Силе и Омниссии. Тебе когда-нибудь доводилось быть на борту боевой машины, поглощенной думами о беременности? — Она покачала головой. — А я это видела.
— Джехани, прошу тебя... — взмолилась Эша.
Она расстроилась, что с ней случалось редко.
— Прости. — Джехани подняла руку и похлопала подругу по плечу. — Я искренне прошу прощения.
— Значит, ты довольна?
— Я довольна, если только не придется помогать тебе выхаживать ребенка.
— А что ты читаешь?
— Один религиозный трактат, найденный у кого-то из дулузов. «Лектицио Дивинатус». Очень витиеватый. Тяжело написано.
— Интересно?
— Да, но в нехорошем смысле. Эти люди верят, что Император сам по себе бог. Не Омниссия, а какой-то другой. Это противоречит и Культу Механикус, и Имперской Истине.
— В самом деле? — Эша нахмурилась.
— В самом деле.
— Лучше бы тебе избавиться от него.
— Вероятно. — Джехани взглянула на обложку. — А как ты планируешь поступить с ребенком?
—Что ты имеешь в виду?
— Да ну же, ты должна была об этом подумать. Останется ли он с нами или уйдет к ним? Какое соглашение вы заключили?
— Не было никакого обмена генными контрактами, — пояснила Эша. — Все произошло неожиданно.
— Ну, не знаю, чем-то вы точно обменялись, — с ухмылкой сказала Джехани. — Хочешь сказать, это неофициальный случай?
— Абсолютно. Итог единственного свидания.
— Девочка присоединится к нам?
— Если будет девочка. Если нет, поступит в жречество.
— Зубец шестерни! Ты даже не выбрала пол ребенка? — изумилась Джехани.
— Я уже говорила, что ничего не планировала.
— Тогда скажи, — попросила Джехани, — когда это произошло? Где?
— Перед банкетом при встрече Легио. — Эша помолчала. — В Момент Обмена. В Оружейном зале Вульпа.
— Эша! — с притворным возмущением воскликнула Джехани. — Вас могли видеть боевые машины. Тебе должно быть стыдно.
Она шутила. Почти.
Эша рассмеялась.
— Какой смысл в жизни, если не жить время от времени?
И теперь, много лет спустя, Джехани задумалась об этих словах. Сейчас уже не осталось времени, чтобы жить, — только выживать. После разрыва отношений с Легио Вульпа тихая радость Эши, ожидающей ребенка, сменилась стыдом. А после ее решения сохранить дитя Джехани охладела к подруге. Она сама это признавала. Выглядело жестоко, но сделанного не воротишь. Дружба, выкованная в манифольде, была одной из самых крепких. Отчуждение задело их обеих, но Джехани не могла заставить себя смириться с внедрением генов Легио Вульпа в среду Имперских Охотников. Она все еще боролась. Как ни странно, Джехани не имела ничего против самой Абхани. Девочка стала хорошим воином, возможно, несколько своевольным. Дело было в принципе.
Эша поставила себя впереди Легио. Этого Джехани никогда не могла простить.
— Легио превыше всего, — сказала она самой себе. — Всегда.
— Принцепс. — В голосе Натанди Фагл послышалась напряженность. — Принцепс. Вперед. Принцепс! Ты куда-то уплываешь...
 
— Стоп! — Натанди Фагл остановила титана. «Курсор Ферро» нехотя подчинился и крепче уперся ногами в прибрежную полосу.
— В чем дело? — Джехани не без труда оторвалась от своих воспоминаний.
— У тебя произошел разрыв с машиной. «Курсор Ферро» требуется руководство. Если бы не я, он попал бы в опасную ситуацию.
Натанди Фагл была чересчур самоуверенной. Она положила глаз на трон Джехани.
— Я контролирую его, — сказала Джехани.
— Взгляни сама, принцепс. Впереди. Путь блокирован.
Визуальная связь не прерывалась, но принцепсам передавалось так много информации, что они привыкли делить потоки. Чтобы увидеть окружающее глазами титана, необходимо было сфокусировать зрение, и в этот момент требовалось полное внимание командира. Джехани углубилась в себя. С помощью авгуров «Курсор Ферро» она увидела вздымающуюся в небо скалу. Ее край немного изгибался, но в остальном поверхность была совершенно гладкой: ровная сплошная глыба скалобетона, армированного пласталью. Фрагмент наружной оболочки разбитого улья.
— Что прикажешь, принцепс?
Джехани нужно было провести «Курсор Ферро» вокруг скалы, чтобы осмотреть побережье. Стена-скала врезалась в завал обломков, образовавший новую береговую линию и ставший чем-то вроде защитной полосы. Вокруг исковерканного металла и глыб скалобетона плескалась вода. В спрессованной массе виднелись полости машинных залов и огромных трубопроводов, сплющенных до размеров консервной банки. В этом направлении пройти невозможно.
Вода с каждой минутой прибывала. Приливные волны уже плескались вокруг «Курсор Ферро».
— Идем вокруг.
— Принцепс?
— Глубже. Сворачиваем в море. Обходим препятствие.
— Вода полностью нас накроет, — заметила Калис Нен, модерат-ораториус «Курсор Ферро».
— Впереди непроходимый барьер. Эта машина способна защитить нас даже от пустоты. Вода ей не повредит. Поворот направо, восемьдесят градусов. Быстро.
— Как прикажешь, принцепс, — откликнулась Натанди Фагл.
Джехани позволила Натанди управлять титаном без своего прямого вмешательства. Частично покинув манифольд, она смотрела вокруг как через иллюминаторы титана, так и его глазами. Туман начал рассеиваться. В смотровых окнах временами показывалась скала. Человеческое зрение воспринимало ее такой же серой и унылой, какой она представлялась в монохромном изображении.
— Поворот выполнен.
— Передай контроль, — приказала Джехани.
Она глубже погрузилась в сознание машины. Титан и принцепс достигли почти полного слияния и вместе шагнули в океан.
Дно быстро опускалось. Новые скалы отодвинули линию берега далеко в море, и, хотя сублиторальная зона моря Химист имела пологий уклон, край континентального шельфа был уже близко. Уже через сотню шагов вода поднялась до пояса «Курсор Ферро». Титан шел по дну и собирал вокруг себя промышленные отходы, тысячелетиями сбрасывавшиеся в море. Долговечный пластек, пожелтевший от длительного пребывания под солнечными лучами, кружил рядом с машиной вместе с обгоревшими обломками разрушенного улья, создавая мусорный покров.
— Зондирование показывает, что шельф заканчивается вблизи от края барьера, — доложила Калис Нен.
— Мы видим, — ответила Джехани Джехан. Она сидела с закрытыми глазами. Основное восприятие было обусловлено сенсорной информацией титана. Бесхитростная душа «Курсор Ферро» слилась с ее собственной. — Продолжаем путь.
Вода поднялась к голове колосса. Скала теперь казалась еще менее доступной. Загрязненная вода плескалась вокруг собачьей морды титана. Волны касались нижнего края иллюминаторов.
 
— Задраить воздушные фильтры, — приказала Джехани. — Подготовить системы охлаждения к изменению плотности.
Волны усиливались и все чаще захлестывали иллюминаторы, поднимаясь все выше и выше. Лишь за верхней частью бронированного стекла еще виднелось небо, словно Джехани смотрела из всплывшей подводной лодки. Затем пропала и эта последняя полоска воздуха. Голова титана опустилась ниже поверхности воды, и над ней теперь выступала только округлая спина «Гончей».