Нас не простят (СИ)

— Я понимаю, Дам, — кивнул Алекс. — За любовь надо бороться.
— Думаешь?
— Уверен. Особенно, если она взаимная, и с такими прекрасными последствиями.
— Ты же не хотел семью? — окинул я его взглядом.
— Просто я еще не встретил ту, с которой бы захотел. А ты — встретил. Только рискованное это дело… Муторно на душе.
— У меня тоже, — ответил я. — Но теперь мне есть за что бороться и ради чего рисковать. Я еду к ней.
  
Камилла
Да уж, темный цвет мне идет не так хорошо, как и короткая стрижка. А может, я просто не привыкла ещё. Только что из салона — смотрела на себя в зеркало и не узнавала. Мне жутко не нравилось, даже глаза грустными стали. Но деваться некуда — пока придётся ходить так.
В дверь позвонили, и я подпрыгнула от неожиданности и резко обернулась.
Кто это мог быть? Чувство страха так и накрыло… Я ведь не знаю пока никого здесь. Может быть, ищут кого-то из соседей?
Открывать не спешила. Тихонько как мышка подошла к двери и глянула в глазок. — Дамир… — прошептала я, и едва не упала в обморок.
Сердце пустилось в пляс. Дрожащими руками принялась открывать замки, чтобы скорее впустить его. Мои глаза встретились с пронзительным взглядом Дамира. Эти синие глаза проходили до самого сердца.
Он зашел в квартиру и закрыл дверь на ключ. После этого обернулся на меня.
— Девочка моя, — сказал он с улыбкой и притянул меня к себе. — Ангелок…
Он поднял мой подбородок вверх и припал к моим губам своими. Поцелуй был одновременно ласковым, нежным, и полным тоски от разлуки. Хоть и прошло не больше недели с того момента, как мы расстались, и как тогда казалось, навсегда.
Он насладился моими губами, а потом молча просто смотрел в мои глаза, словно бы никак не мог насмотреться.
— Ты…ты приехал… — из моих глаз снова полились слёзы, но на этот раз — радости.
— Конечно, приехал, — ответил он. — Я такую новость узнал — ты носишь моего малыша.
— А ты его хочешь?
— Хочу, — кивнул я.
— Правда?
— А что тебя так удивляет? Я нормальный мужчина, который хочет семью и детей. Только не думал, что захочу этого с такой маленькой засранкой как ты.
— Ну я, вообще-то, тоже не планировала забеременеть от такого Мистера Зануды, как ты!
— Ну вот и хорошо, — рассмеялся Дамир. В его синих глазах плескалось счастье. — Значит, мы нашли друг друга. Мистер Зануда любит свою маленькую засранку. Её и маленького малыша внутри неё.
— Дамир, — прижалась я к нему изо всех сил, сжав кулаками ворот пиджака. — И я тебя люблю… Люблю. Я так скучала.
— Я тоже, — грустно улыбнулся он мне. — Без тебя всё совсем тоскливо стало. В доме траур… Ты ведь для всех погибла.
— А мама как?
— Мама на таблетках. Какая бы ни была, она переживает.
— Может, сказать ей?
— Ни в коем случае, — покачал головой Дамир. — Никто не должен знать, что ты жива. Даже твоя мать.
Я закусила нижнюю губу. Правильно Дамир отметил — какая бы ни была она мать, но она моя мать. Мне больно, что она страдает, но я не могу ей помочь.
— Ты изменила прическу? — спросил он, скорее, чтобы отвлечь меня от переживаний, ведь они вредны для ребёнка.
— Да, — ответила я и пригладила короткие волосы. — Как ты и сказал. Не нравится? Мне кажется, мне не идёт…
— Нет, ты что… Ты очень красивая, Камилла, — ответил он мне, и по синим глазам я видела, что он не лжёт. — Я как тебя увидел, так всё… Офигел просто, подумал: блин, ну какая… Хочу. Член потом все полгода не падал просто. Указывал всё в твою сторону.
Я невольно рассмеялась, при этом стремительно краснея.
— Да ну тебя! Нельзя было меня хотеть.
— А члену было плевать — он стоял и всё тут.
— Прекрати, Дамир! — снова рассмеялась я.
Боже, какие пошлые штуки… И они мне приятны. Мне приятно знать, что его так выкручивало из-за меня… У него были чувства ко мне с самой первой встречи. И мне тоже он запомнился, неважно с какими эмоциями… Но вы обратили внимание друг на друга сразу же — это факт.
— Ты всегда красавица, Камилла, — ласково провёл он пальцами по моей щеке. — Неважно, какие сейчас у тебя волосы. Мне кажется, тебе и так идёт…
Не идёт. Но я всё равно улыбалась, чувствуя как отступает горе и паника прошедших дней — Дамир просто хотел, чтобы я не переживала. И я не буду, потому что ещё раз ощутила его любовь и поддержку. Мне большего и не нужно…
Внезапно меня накрыл новый приступ тошноты, я оттолкнула Дамира и полетела в ванную…
— И как часто так выворачивает? — спросил он, когда я бледная и дрожащая вышла обратно и прилегла на диван.
Он укрыл меня пледом, принес воды, дождался, пока я попью, а потом убрал стакан в сторону и сел рядом на диване.
— Часто, — кивнула я. — Наверное, стоит обратиться к врачу по этому поводу. Невыносимо уже…
— Это из-за беременности?
— Да.
— Конечно, давай завтра вместе сходим, если хочешь? Я на два тут.
— Хочу.
— Тогда сходим.
— А потом?
— Что потом?
— Куда ты через два дня? Ты уедешь? — я уставилась на него, боясь услышать ответ.
— Обратно, — ответил Дамир. — Я должен уладить дела с работой… И разводом. А потом вернусь к тебе.
— Навсегда?
— Навсегда.
* * *
Мы провели два чудесных дня вместе. Если бы ещё не так тошнило — было бы чудесно. Меня записали на капельницы, но начнутся они только с понедельника, а пока мне приходилось терпеть «прелести» токсикоза.
Я была счастлива иметь возможность смотреть на него, касаться, говорить, целовать… Большего у нас бы не вышло — я чувствовала себя слишком плохо, чтобы заниматься чем-то ещё кроме как лежать на диване. Но нам было тепло и хорошо и без секса. Это же просто счастье засыпать и просыпаться вместе. Даже предстоящее новое расставание меня так сильно не пугало — я ведь знала, что он вернётся к нам, и теперь уже навсегда…
Дамир
Оставлять её уже второй раз было дико сложно. Она ещё так тяжело переносит беременность — я многое бы отдал, чтобы быть просто рядом и поддерживать её. Но есть дела, которые нужно решить раз и навсегда, чтобы уже начать новую жизнь. Вдали от всех. Отказаться от брата, от бизнеса, от всей моей прошлой жизни.
Ради неё…
Той, которая раздражала.
Которая провоцировала не раз и даже говорила обидные слова.
И я ей тоже их говорил.
Ту, которую хотел до безумия, и сейчас хочу ещё больше, но не смею трогать, видя, что ей сейчас не до этого.
Ту, которую незаметно для себя полюбил.
Ту, которая подарит мне ребёнка.
Ту, что стала для меня самым главным в жизни, в которой я потерял всё.
Из-за неё.
Кроме неё… И это и есть моя лучшая награда. Но как бы трудно не было расставаться, я уехал как и планировал. В первый же рабочий день прямо с утра написал заявление об уходе по собственному желанию. Спустя две недели мне можно будет забрать документы, за это время я планирую подать документы и о разводе, и о передаче своих акций Фархату. Я уже начал оформление сделки.
Сердце кололо от всего, что случилось, но…
За всё в этой жизни надо платить. И цена нашей любви — такова… — Да, — прервал мои мысли звонок телефона. Фархат на связи.
— Дамир, добрый день, — говорил он, а я внимательно слушал. В душе поселилось чувство тревоги. Хотя, возможно, я себя просто накрутил, зная правду. — Мне надо поговорить с тобой. Вечером жду тебя у себя. И без отговорок.
— Хорошо, заеду, — ответил я.
— Жду.
Фархат повесил трубку.
  
Глава 20
 
Дамир
Закончил дела и сразу поехал к Фархату. Если он меня позвал — значит, это действительно важно. Меня проводили к нему в кабинет.
  
— Присаживайся, — сказал он мне, указывая на кресло напротив себя в зоне отдыха. Сам он уже курил в своём кресле сигару. — Как поездка прошла? — спросил он, когда я занял место напротив него.