Нас не простят (СИ)

Ангелу обломали крылья.
Она больше не будет светиться сама, дарить свет другим, летать по небу и петь.
Ангел станет бескрылым и лишится сана.
Птичка со сломанным крылом. Немой певец.
Живое воплощение кощунства людей по отношению друг к другу и к свободе третьих.
Живой обелиск сломленной правде.
Мне жаль её, но я бессилен. Я и сам словно бескрылым стал сегодня.
А ещё эти мысли, что она досталась ему…
  
Внезапно причиняли боль. Мне не плевать на её судьбу.
Неужели я успел начать чувствовать к ней что-то большее, чем желание?
Камилла
На следующий день я собрала вещи и вернулась в дом Фархата. Через несколько дней я буду ездить на работу с водителем отчима, которого он нанял для меня. А сегодня меня на работу отвёз сам Фархат, сказав, что обратно меня отвезёт Дамир. Контроль надо мной вовсе не ослабел…
Новый рабочий день никто не отменял, и, несмотря на стабильный недосып уже не первую ночь, я встала по будильнику, собралась и отправилась в офис.
Приехала раньше Дамира. Сняла пальто, переобулась. Достала папки с делами.
Когда я услышала тяжелые шаги, которые я уже стала узнавать, сердце ёкнуло в груди. Я сначала почувствовала его, а потом увидела — в приемной появился Дамир.
— Доброе утро, Дамир Ильясович, — поздоровалась я с ним.
Он был бледный и словно тоже не спал почти. Он уставился на меня.
— Доброе утро, Камилла, — ответил он мне с хрипотцой в голосе, видимо, всё утро молчал — не в настроении точно. — Сделайте мне кофе.
— Хорошо, сейчас принесу.
Дамир ушёл в кабинет, а я принялась выполнять его поручение и направилась к кофемашине. Она сварила черный эспрессо. Я поставила чашку на приготовленный заранее поднос. Туда же положила рядом с блюдцем, на котором стояла чашка кофе, сливки. Сахар класть не стала — Дамир пьет кофе со сливками, но не сладкий. Поднос взяла в руки и понесла в его кабинет. Он никак не отреагировал на моё появление в кабинете. Дамир уже сосредоточился на чем-то в экране его компьютера.
— Ваш кофе, — сказала я, поставив рядом с ним поднос. — Спасибо. Идите работайте.
Я потопталась на месте. Он поднял на меня глаза, пытаясь понять, почему я не ухожу.
Чёрт, они такие синие… Каждый раз смотрю и словно проваливаюсь куда-то в яму. Точнее, красиво падаю. Но в яму.
— Он не говорил Фархату, что я… То, что вы ему сказали про меня, — решилась снова заговорить с ним я.
— Конечно не говорил, — отозвался Дамир. — Иначе был бы скандал. И он затронул бы и его, и меня, и тебя. Карим не дурак. Он это сделал для себя.
— Для себя?
— Ну конечно, — пожал плечами он. — Он ведь хотел жениться на тебе. А если бы такой позор получил бы огласку, пусть и был бы неправдой, Кариму пришлось бы отказаться от идеи брака. Он каким-то образом понял, что я ему наврал, и не поверил. И он оставил себе шанс получить то, что он хочет — тебя, Камилла.
Я опустила глаза и задумалась. Да, Дамир верно говорил — ко мне снова отнеслись как к товару, который очень хотелось приобрести.
— Но значит ли это, что он не просил справку у Фархата?
— Не просил, — ответил мужчина. — Фархат сказал мне, что сделал её сам, — на всякий случай.
— Значит, он мне не доверял?
— Нет.
— Почему? — спросила я.
Обидно это всё выглядело…
— Потому что ты, Камилла, не такая, как другие девушки нашей культуры. Ты воспитана иначе, училась вместе с парнями… Фархат просто перестраховался и не доверял тебе, так же как и я когда-то.
— А теперь?
— А что теперь? — посмотрел он на меня.
— Теперь вы считаете иначе?
— Да, — кивнул Дамир. — Я изменил своё мнение о тебе. Ты несколько раз показала мне, что не соответствуешь тому образу, который я придумал о тебе. Знаю, наши отношения с самого начала далеки от идеала, но… Ты намного лучше, чем я думал. И извини, что когда-то грубил тебе. Не стоило так резко мне.
Я не знала, что сказать на это. Но мне было приятно услышать, что я больше не всего лишь маленькая дрянь в его глазах. — Иди работай, Камилла. Сегодня выезжаем домой пораньше. У меня есть еще неотложные дела. Я пожала плечами. Пораньше — так пораньше. После обеда, когда я уже сидела в его машине и ожидала, что Дамир отвезет меня домой, он посмотрел на меня. — Камилла, мне срочно нужно отвезти документы на один из объектов по бизнесу за город. Фархат просил. Ты поедешь со мной, потому что везти тебя в другую сторону долго. Ладно?
— А Фархат не против? — спросила я.
Проблемы нам обоим не нужны. Я теперь не просто сестра его жены, но и чужая невеста.
— Не против, он мне доверяет. Сказал, что лучше так, чем на такси.
— Ладно, поехали, — проворчала я, пристегиваясь ремнём безопасности. — Лишь бы потом не ставили мне в вину, что я с мужем сестры полвечера каталась.
— Не поставят, — ответил Дамир, приводя машину в движение. — Ты же со мной, а не с кем-то там.
Какое-то время мы ехали молча. Потом Дамир включил музыку, и мы помчались по заснеженной трассе. Дорога, чем дальше от города, становилась всё более трудной. Уже начинало темнеть, когда мы только передали нужные документы и спешно отправились в обратный путь.
Дорогу совсем замело, а на одном из поворотов нас неожиданно занесло. Дамир еле справился с машиной, чтобы ее не унесло в кювет. — Твою мать, — процедил он сквозь зубы, когда авто наконец остановилось на обочине, а я едва не врезалась в бортовую панель головой, — ремень удержал.
— Боже, что случилось? — спросила я, понимая, что костяшки пальцев аж болят от того, как я вцепилась от страха в ручку двери.
— Машине пи. дец, — заявил Дамир. — Ещё и бензина мало для печки.
Он вынул из бардачка шапку и перчатки, прихватил пальто и вышел из салона навстречу метели.
Если машина Дамира сломалась на безлюдной трассе поздним зимним вечером — это очень плохо…
  
Глава 15
 
Камилла
Дамир долго что-то ковырял под капотом машины. Потом сел в салон.
— Замёрз? — спросила я.
— Конечно, — ответил он, подув на красные руки, даже в перчатках они у него замерзли. — Мороз собачий.
Он достал телефон и дозвонился Фархату. Обрисовал тому ситуацию, и отчим пообещал прислать помощь. Затем он позвонил Рите и объяснил ей, почему задерживается. Интернет тут не ловил, и от нечего делать мы слушали музыку из запасов Дамира.
Спустя почти час машина сначала зафыркала, а потом заглохла.
— Бензин кончился, — прокомментировал Дамир. — Как назло, не стал заправляться на местных заправках, хотел доехать до города.
— Значит, печка тоже отключилась?
— Да, бензина же нет…
Я смотрела на него огромными глазами.
— Да не бойся ты, — ответил он на мой взгляд. — Фархат же обещал помощь. Он снова взял в руки смартфон и позвонил отцу Риты.
— Ну что там, когда за нами приедут? Да? Замело? Плохо. Ещё и авария? И что там? Понятно, хана движению в нашу сторону. Вообще прекрасно… Мы долго не сможем ждать — кончился бензин, печка последнее сожгла. Метёт сильно, мы замёрзнем. Машина в такую пургу остынет быстро. Ладно, пока ждём.
Какое-то время мы просидели ещё, а затем, когда я начала кутаться в пальто и подрагивать от холода, Дамир вздохнул и снова вышел из машины. Движение в самом деле стало медленным. По встречной полосе вообще никто не ехал — судя по всему, там действительно было парализовано движение из-за аварии, о которой Дамир говорил по телефону с Фархатом. Машины по нашей стороне разворачивались и ехали обратно по пурге. Сегодня в город никто не сможет попасть, и мы — тоже. Только что же нам делать? Я уже замёрзла жутко.
  
Дамир остановил одну из машин, которая тоже развернулась и двинулась обратно. Он о чём-то переговорил с водителем. Тот ему кивнул и достал трос. Мужчины прикрепили его к машине Дамира, и он снова сел за руль, чтобы управлять машиной, которую на тросе еле тянул обычный серый седан.