Нас не простят (СИ)
Я кинула на него колкий взгляд и молча, демонстрируя, как именно я держу язык за зубами, поцокала шпильками к выходу. Не знаю, что именно заставило меня обернуться, но я это сделала и тут же смутилась — Дамир без зазрения совести, откинувшись на спинку кожаного кресла, смотрел, как двигаются мои булочки при ходьбе…
Он смотрел на мой зад!
Бессовестный…
Он увидел, что я его поймала, но его это ничуть не смутило. Он лишь вскинул брови, что означало: «Ну что замерла?». В ответ я дерзко вскинула подбородок и пошла дальше, намеренно выводя бёдрами восьмёрки. Нравится? Ну, посмотри, Дамирчик. Только как в музее — чур, руками не трогать!
Зал подготовила и всё нашла необходимое для этого. Что не знала — спрашивала, сотрудники почти все были мужчинами, и помочь мне были только рады. Спрашивали, кто я такая, но я, помня наставления Дамира, отвечала довольно сухо, и диалог сворачивали. Однако ближе к обеду какой-то мужчина всё же принёс мне шоколадку…
— С новым местом вас, Камилла, — улыбнулся он мне, положив её на край моего стола. — К чайку вам.
— Вы уже знаете моё имя?
— Конечно! А я — Александр. Очень приятно познакомиться!
— Взаимно. Спасибо, Александр, — посмотрела я на неё и уже представила, какой скандал будет, когда эту вполне невинную шоколадку, которую я даже не просила, увидит мой начальник… — Но не стоило на меня тратиться. Может, сами съедите?
— Ну что вы, эта сладость только для такой красавицы, как вы!
Дверь кабинета Дамира распахнулась как раз на этих словах. Дамир обвёл глазами меня, заприметил шоколадку, а затем остановился взглядом на мужчине.
— Я не понял, а ты уже всё сделал, Казанцев? — спросил Дамир его.
— Как раз иду к вам доложиться.
— А я как раз тебя жду, а ты языком чешешь, — одёрнул его Баташов и кивнул в сторону кабинета. — Заходи.
Казанцев вошёл, а Дамир сузил глаза и бросил тяжёлый взгляд на меня. Затем тоже вошёл внутрь кабинета и закрыл дверь.
Я шумно вздохнула.
Да, кажется, за шоколадку я всё-таки получу.
Дамир— Слушай, Дамир, кто такая? — зада вопрос Казанцев меня.
— А что? — лениво спросил я.
— Просто интересно, — ответил он. — Ничего себе ты себе секретаря взял. Сиськастого!
И заржал.
— Саш, себя в руки возьми, — одёрнул я его. — Или нарвёшься.
Казанцев прекратил смеяться. Он, хоть и приближен ко мне, знает, когда границы дозволенного переходить не стоит.
— Камилла — младшая сестра моей жены. Никому её трогать нельзя.
Казанцев сник. Он знает, что это означает — что я за неё голову оторву. И оторву.
— Понятно? — уточнил на всякий случай я. — Со мной будете иметь дело. Она под моей защитой.
— Понятно, — кивнул он и перешёл к нашим с ним делам.
Когда мы разобрались с отчётами, перед совещанием я позвонил Кариму. Я знаю, что он всё ещё злится на меня, но нам необходимо поговорить о случившемся без эмоций.
— Да, — взял он трубку.
Слышно было по голосу, что он мне не рад, но нас по-прежнему связывает в том числе и общий бизнес, а потому просто игнорировать мои звонки он не может. А вот станет ли говорить не о делах фирмы — вопрос.
— Добрый день, Карим.
— Добрый.
— Я хочу с тобой встретиться.
— Зачем?
— Наш проект обсудить. У меня есть пара предложений. Поужинаем вместе? В том восточном ресторанчике. У набережной.
— Конечно, — нехотя согласился он. Против дел Карим не пойдет, и он попался на мою удочку. На самом деле поговорить я хочу не только о проекте.
— Тогда встретимся часов в семь там.
— Хорошо.
— Тогда до встречи.
— До встречи.
Он повесил трубку, а я отложил телефон и откинулся на спинку кресла. Задумался.
Что ты за дьяволица такая, Камилла?
Я из-за тебя всем лгу, плету интриги и выкручиваюсь как уж.
И самое главное, что сам ведь понимаю, что у нас ничего не может быть и не должно, но мешаю собственному брату получить её…
* * *— Закончила? — спросил я Камиллу, когда рабочий день был окончен, а она всё ещё копалась в папках.
— Да, — ответила она, отходя от шкафа с документацией. — Закончила.
Она взяла пальто и сумочку в руки, в сапоги переобулась заранее.
— Шоколадку не забираешь? — кивнул я на стол.
— Боюсь, если притронусь к ней — получу от вас головомойку, — ответила девушка.
— Правильно боишься, — изогнул я одну бровь. Меня это очень бесит — шоколадки эти. — Поехали.
Я закрыл кабинет и зашагал вперёд, к лифту. Девчонка цокала каблуками следом, неся за собой шлейф девичьих духов. Она оказалась рядом, и запах стал совсем ярким. Несладкий, приятный, даже изысканный — явно марка дорогая. Девчонка всё же обладает хорошим вкусом, и со временем могла бы вырасти в шикарную молодую женщину, но об этом я ей, конечно, не скажу.
Мы доехали до первого этажа в неловком молчании и в точно таком же молчании сели в авто.
— Только не надо его увольнять, — попросила вдруг Камилла.
— Кого?
— Казанцева.
— За что?
— За шоколадку. Это же просто шоколадка.
— Я не собирался его увольнять… — ответил я. — Если он, конечно, не перестанет трясти своими… шоколадками возле тебя.
— Я скажу ему, чтобы не тряс, — ответила смущённо девушка, понимая, что речь идёт вовсе не о сладостях. Тряс перед ней Казанцев не какао с сахаром…
— Я всё уже сказал сам, — сказал я, а авто остановилось у входа в дом. — Иди, я поеду ещё по делам. Рите скажи, что скоро буду.
— Хорошо, — равнодушно пожала плечами Камилла и вышла на улицу.
Я тоже покинул авто, чтобы пересесть в своё личное, а затем, проводив взглядом Камиллу, снова выехал на дорогу.
Меня ждал в ресторане Карим. Брат встретил меня хмуро, но руку пожал. Дела общие никуда не денешь, придётся нам свою личную неприязнь и распри усмирить.
— Здравствуй, брат, — сказал я и сел напротив него за столом ВИП-кабины дорогого ресторана.
— Здравствуй, Дамир, — кивнул он.
Карим сидел на противоположном диване и выглядел очень напряжённым.
— Как дела в офисе?
— Всё в порядке, ничего из ряда вон выходящего.
— Ты уже сделал заказ?
— Нет ещё. Я сам только что приехал.
— Тогда давай закажем ужин — я, честно сказать, голодный как лев.
— Давай.
Мы изучили меню, выбрали блюда и вино, оформили заказ. Пока несли еду, я снова завязал беседу о делах.
— Поэтому наша новая стратегия сыграла, — говорил Карим. — А что за идеи были у тебя?
— Давай поедим, а потом я всё расскажу, — улыбнулся я ему, заметив, что занесли подносы с дымящимися блюдами.
Мы отведали, как всегда, идеальных блюд этого заведения, и, когда уже наши тарелки опустели, я разлил по бокалам вино и откинулся на спинку дивана.
— Моя идея заключается вот в чём…
Я озвучил свои мысли, эти идеи я вынашивал давно, но решил озвучить сейчас, хоть проект ещё пока не доведён до ума, раз уж представилась такая возможность и повод.
— Толково, — оценил меня по достоинству Карим. — Принеси документацию мне, я ещё раз просмотрю, и обсудим с Фархатом.
— Хорошо, — кивнул я. — Завтра заеду после работы в офис. Я рад, что тебе они кажутся толковыми, брат.
— Я всегда ценил тебя как специалиста, Дамир.
— Это правда.
Мы оба замолчали, я не знал, как подойти к нужному мне разговору, а Карим просто не хотел общаться после того, что произошло вчера.
— Карим, я также очень рад, что ты не смешиваешь личное и бизнес.
— Выбора нет, — изогнул он бровь.
— Это мудро и по-мужски. Но я всё-таки хотел бы вернуться к тому, что случилось между нами.
Карим молчал. Его скулы напряглись, а губы плотно сжались.
— Я погорячился. Извини.
— Погорячился? — поднял брови вверх Карим. — Ты меня из дома выставил, брат!
Если забыл!
— Помню, — достойно принял я этот удар. — Я виноват, что повысил на тебя голос и руку. Но не считаешь ли ты, что ты сам перешёл рамки, находясь в моём доме?