Ученик шиноби 3. Второй год (СИ)
Вот я и балансировал между желанием прорываться вперед, потребностью спать и отдыхать, нежеланием снова отключиться от реальности на долгие часы, новыми комками и их разглаживанием. Единственное, что радовало в этом всём — то, что я сдвинулся с мертвой точки, и было понятно, что нужно делать.
Когда декабрь подходил к концу, у нас изменились лекции с Профом. Он отменил самостоятельную подготовку с докладами и вернулся к теме, которой мы вскользь касались.
— Займемся Колодцем, — обрадовал нас старенький наставник. — Такен сказал подготовить вас к летнему походу. Постарайтесь взять из лекций как можно больше. Любая крупица знаний может спасти вам жизнь. Тич, — посмотрел он на ученика, — ты рос рядом с Колодцем и лучше других понимаешь, что это такое. До какого яруса спускался?
— До третьего, наставник. Мои родичи владеют единственной паровой лодкой, способной спускаться вплоть до базы третьего яруса. Из крепости мне было запрещено выходить, так что многого своими глазами я не видел.
— Но что-то видел, — посмотрел Проф поверх очков. — Скажи, все ли команды возвращаются обратно?
— Не все. Это любой знает. В зависимости от яруса и цели, которую перед собой ставит отряд, всегда есть шанс погибнуть.
— Правильно, шанс есть всегда. Даже у отлично подготовленных отрядов. Чтобы было понятнее, начнем с описания первых ярусов и того, чем там занимаются люди.
Я ожидал, что Проф спросит, что мы помним, но, видимо, сегодня был тот особый день, когда он не стал этого делать, сразу включив проектор и показав фото.
Первое фото — вид с края. В смысле кто-то подошёл к краю Колодца и сфотографировал открывающийся вид. На другой стороне виднелись здания. По тому, насколько они маленькие и плохо различимые, становилось понятно, что дырка-то в земле ого-го.
Следующий слайд показывал сразу несколько кадров. Большие ворота и охрану, лестницу с нескольких ракурсов.
— Как вы наверняка помните, первый ярус — это всего лишь колодец, — последнее слово он сказал обычным тоном. — Каменные стены и ничего больше. Если не считать аномальных ветров, способных содрать с человека кожу или утащить его и сбросить вниз. Угроза давно изученная, решение вы видите на фото. Предприимчивые люди продолбили проходы прямо в камне до второго яруса. Если не ошибаюсь, сейчас таких тоннелей семь штук и каждый берет оплату за проход. Дело прибыльное, как понимаете, — Проф редко усмехался, но это был тот случай. — Поэтому ворота держат сильные ныряльщики. Позже мы с вами заучим список всех значимых группировок, актуальных полгода назад. Будьте готовы к тому, что информация устареет. Общество ныряльщиком так устроено, что часто группировки держатся на личности кого-то одного, с уникальной силой, позволяющей ему править. Если этот кто-то погибает, то и группировка рассыпается.
А Такен тоже относится к таким личностям, на которых всё держится?
— Число ступеней на лестницах в районе тысячи. Можете представить, какой глубины только первый Ярус. Начинающим ныряльщикам этот путь приходится проделывать регулярно. Вверх-вниз, вверх-вниз, — показал Проф рукой характерный жест. — Представьте, что вам нужно ещё и груз тащить, или вы получили ранение и поймете, что доконать могут и обычные ступени.
Проф улыбнулся, показывая, что шутит. А я вот как шутку это не воспринял. Если подумать, то расстояние и правда может стать серьезной проблемой.
Особенно учитывая, что второй ярус нам не особо интересен, и, скорее всего, пойдем мы куда ниже. Один лишь спуск может занять неделю-другую. А подъем и того больше.
— Тем, кто первый раз в Колодец отправится, нужно в любом случае проделать весь путь пешком. Тич, ты ведь спускался?
— Да. На лодку меня не сразу пустили. Только когда убедились, что Колодец принял меня, — ответил парень, встав.
— Вы не ослышались. Колодец может как принять, так и не принять новых ныряльщиков. С чем это связано, до сих пор никто точно не знает, но, если исходить из того, что казусы, — выделил он это слово, — с новыми поколениями случаются всё реже, можно утверждать, что люди постепенно адаптируются к той силе Колодца, которая убивает, — закончил мысль Проф. — Второй ярус куда интереснее. Он уже полон горизонтальных переходов, но от вертикальных совсем отделаться не получится.
Проф защёлкал пультом, показывая, что нас ждёт. Не забывал он и пояснять картинки.
Второй ярус — это сплошные катакомбы или кротовые норы, как их называют. Когда услышал первый раз, то представил небольшие земляные тоннели и непроглядную тьму. На деле это выглядело совсем иначе. Проф показал, что те семь спусков ведут к семи базам. Пусть и небольшим, но всё же укрепленным крепостям, где разместились таверны, гостиницы, магазины и склады. И вот эти базы спокойно помещались в «небольших тоннелях», которые я себе навоображал.
— Наличие этих баз как подспорье, так и источник проблем, — пояснял Проф. — Там вы можете отдохнуть, продать добычу, получить помощь. Иногда встречаются целители, что совсем хорошо. Но за всё нужно платить, поэтому новички на комфортный поход рассчитывать не могут. Проще всего вступить в сильную группировку. Они обычно заботятся о своих членах. Вам повезло, потому что вы уже вступили, — снова старик одарил нас ухмылкой. — Сегодня остановимся на основных силах поверхности и первого яруса.
Это была первая, вступительная лекция. На следующих занятиях мы разбирали, как устроена жизнь в трех городах. Вокруг колодца за последние пятьдесят лет выросло три настоящих города. Почему они не считаются одним, от меня как-то ускользало.
Основные кланы, группировки, действующие законы. На каждом ярусе действовали свои правила. Второй и третий были поделены на участки. Ближайшие к крепостям зоны. Новичкам, если они хотели что-то найти, требовалось уходить на несколько дневных переходов. И то, со слов наставника, стоит быть готовым к тому, что добычу отберут. Он нам свод правил озвучил на следующих лекциях, которые регулируют жизнь ныряльщиков.
Чем глубже, тем больше опасностей, но тем и добыча ценнее. Это общий принцип, на который наслаивалось то, что все самые хлебные места контролировались кланами. На вопрос, а почему кланы кланами называются, Проф посмеялся и ответил, что это обусловлено любовью к пафосу, и, по факту, большинство кланов ничем не отличаются от временных бандитских группировок. Тех же, кто смог создать полноценные структуры, с хорошим снабжением, специалистами, выстроенной вертикалью, пополнением рядов, качественным обучением, по пальцам пересчитать можно. И эти ребята держат ключевые точки, собирая дань с тех, кто поменьше.
Лично я для себя на этих лекциях сделал вывод, что на первых трех этажах ловить нечего. Люди месяцами там ходят, собирая всякую мелочевку в надежде добыть камень. Так себе перспектива. Уверен, Такен для нас подготовил что-то поинтереснее, чем блуждание по катакомбам второго яруса.
* * *Про остальные тренировки особо и рассказывать нечего. Каждое утро бегали, разминались и либо шли на занятие к Такену, либо отправлялись к скале и там взбирались наверх. С тем или иным успехом. Возвращение в крепость, полчаса на душ, смена одежды и ещё сорок минут на завтрак. Перваки к этому моменту успевали закончить есть, поэтому утром мы с ними только на пробежке пересекались. За исключением редких дней, когда наставники устраивали что-то общее. Остальная часть дня делилась между двумя часами личной подготовки, в которую входила как работа с камнями, так и… Да что угодно. Ученик был вправе хоть лечь и лежать, если ему так хотелось. Цена у этого — последующее отставание. Я наглядный пример того, как можно скакать по рейтингу успеваемости. Остальные не исключение. Дошло до того, что мы все достигли какого-то предела, той высоты, где любая мелочь дарит преимущество и позволяет вырваться вперед. Будь то новый прием, общий настрой, продвижение в использовании круга или ещё что. Вот и выходило, что в личное время народ либо спарринговал, либо способности тренировал, либо за книгами сидел. Бывало и отдыхали. Иногда такой тупняк нападал, что ничего не хотелось. Пару часов сна днем как нельзя лучше мозги прочищали. Я пару раз попробовал, мне понравилось.