Когда падает пепел (ЛП)
Выражение ее лица начало теплеть.
Я, конечно, не упустила то, каким напряженным оно было.
— И сегодня было солнечно, — сказала Роуз.
Я кивнула.
— Я этому рада, — я сделала еще один глоток, надеясь, что вполне удовлетворила ее, и теперь она сменит тему.
— У меня есть новости.
Успокоившись, что мое желание исполнилось, я протянула руку и взяла кубик сыра и ломтик прошутто.
— О, да? Что за новости?
— Я нашла мужчину.
— Что? — сказала я, пережевывая отправленный в рот кусок. — У тебя уже есть мужчина, так какого черта ты ищешь другого?
— Он не для меня. А для тебя.
Я покачала головой.
— О нет.
— Ты знаешь, что я умирала от желания познакомить тебя с одним из арт-директоров в моем офисе, и вот, наконец, время пришло. Не думай, что я забыла обещание, которое ты мне дала.
Три месяца и одну неделю назад Роуз спросила, может ли она меня с кем-нибудь свести.
Я сказала ей, что подумаю об этом через три месяца.
Она поступила мудро, не спросив меня на прошлой неделе.
Еще умнее она поступила, спросив меня об этом сейчас.
Я опустила почти пустой бокал, хотя даже не подозревала, что держала его в руках.
Как только я собралась ответить, она сказала:
— Я не прошу тебя строить серьезные отношения с этим парнем. Я просто хочу, чтобы ты встретилась с ним за ужином. Так же, как сейчас со мной. Если появится симпатия, продолжай. Если нет, то ты хотя бы попыталась.
— На самом деле, хочешь, чтобы я потрахалась, так?
— Разве это плохо?
Я открыла рот и тут же его закрыла. Мне нужно было обдумать то, что я собиралась сказать, прежде чем из него вырвется нечто незабываемое.
— Нет, полагаю, что нет.
— Хорошо, — усмехнулась Роуз. — Тогда позволь мне добиться для тебя перепихона.
Я не знала, пойду ли на свидание с арт-директором. Но, чтобы избежать разговора Роуз, я улыбнулась и произнесла по возможности правдоподобным тоном:
— Уже не могу дождаться.
ДВА
ДИЛАН
ТРИ ГОДА И ДВА МЕСЯЦА НАЗАД
Впервые я увидел Аликс Рейн, когда она зашла в ресторан, где я обедал. Она оказалась там с девушкой по имени Роуз, которая, как я позже узнал, была ее лучшей подругой. Я был там с другой женщиной.
Я не следил за передвижениями Аликс. Просто моя спутница не привлекала моего внимания.
И, поскольку я привык быстро оценивать окружающую обстановку, мое периферийное зрение было острее, чем у большинства людей, а, следовательно, как только справа от меня скользнула Аликс, я не мог оторвать от нее глаз.
Она была просто чертовски красива.
Обе женщины сели за столик менее чем в десяти метрах от моего.
Аликс расположилась лицом ко мне.
Затем она рассмеялась над тем, что сказала Роуз, и опустила взгляд на меню вин.
— Дилан? — сказала моя спутница.
Я повернул голову, посмотрев на нее, но прислушиваясь к звукам, доносящимся из-за другого столика.
— Да?
— Ты не закажешь к ужину вина? Думаю, его скоро принесут.
Я не хотел показаться грубым, но у меня больше не было желания с ней ужинать.
Даже если это гарантировало мне минет на заднем сиденье, пока мой водитель вез ее домой.
Мне хотелось быть с красивой женщиной за другим столом. У которой были длинные волосы цвета шоколада, соблазнительная талия и от природы пухлые, бледно-розовые губы.
Как раз, когда я собирался ответить, почувствовал в пиджаке вибрацию. Я потянулся в карман и достал мобильный. Увидев на экране имя, я сказал своей спутнице:
— Я должен ответить.
Затем провел пальцем по телефону, и поднёс его к уху:
— Да?
— У меня проблема, — сказала моя помощница.
— Говори.
— Один из пилотов явился в нетрезвом состоянии. Его отправили домой, и посадку на борт отложили. Самолет должен вылететь из международного аэропорта «Логан» через тридцать минут. Я связалась со всеми другими пилотами в этом районе, и все они заняты. Что будем делать?
— Куда отправление?
— В Лас-Вегас.
Она хотела знать, поведу ли я этот самолет или ей забронировать пассажирам коммерческий рейс и выдать им кредит за причиненные неудобства.
Клиенты пользовались услугами моей авиакомпании по многим причинам.
Одна из них заключалась в том, что мы всегда поднимали их в воздух, и для этого никогда не пользовались коммерческими рейсами.
Мы это выяснили.
Неважно, как это происходило.
Поэтому она знала мой ответ еще до того, как я произнес:
— Я буду через тридцать минут.
— Я сообщу в аэропорт.
Я положил телефон в пиджак и полез в задний карман за бумажником. Я достал три стодолларовые купюры, зная, что этого более чем достаточно, чтобы заплатить за все заказанное, и положил их на стол.
— Мне нужно идти.
— Что? Серьезно?
Я встал из-за стола и подошел к ее стулу. Положив руку ей на плечо, я сказал:
— Оставайся. Наслаждайся. Ешь свою еду… и мою. Если хочешь. Было приятно с тобой встретиться…
Я замолчал и откашлялся, пытаясь вспомнить ее имя. Оно так и не пришло мне на ум, и мне больше нечего было сказать, поэтому я ушел.
Но не из ресторана.
Я подошел к столику Аликс, встал прямо рядом с ней и повернулся спиной к своей спутнице.
— Простите, — сказал я.
Роуз уже смотрела на меня.
Но не Аликс.
Мне пришлось подождать, пока она медленно повернется ко мне. Ее взгляд постепенно поднимался, пока не достиг моего лица.
— Привет.
— Я хочу Вам кое-что дать.
Она нервно улыбнулась.
— Хорошо.
— Дайте мне свою руку.
— Она ничего Вам не даст, пока я не пойму, в чем дело, — сказала Роуз.
В тот момент для меня определилась динамика их дружбы.
И их личностей.
Я взглянул на Роуз.
— То, что я собираюсь дать, не причинит ей вреда.
— Откуда мне знать.
Я снова полез в задний карман, достал бумажник и протянул ей.
— Здесь все — мое удостоверение личности, лицензия пилота, кредитные карты, дебетовая карта и более тысячи наличными. Если с Вашей спутницей что-то случится, Вы можете передать это в полицию. Кроме наличных; их оставите себе.
Она подняла глаза от своей ладони, на которой все это лежало, и в конце концов сказала:
— Вполне справедливо.
Я снова взглянул на Аликс.
— Пожалуйста, дайте мне Вашу руку.
Она подняла руку с коленей; я поймал ее ладонь и перевернул. Держа ее тыльной стороной вверх, я достал из пиджака ручку и, прижав ее к коже, провел по ней кончиком стержня.
Когда я наконец ее отпустил, женщина взглянула на свою руку, чтобы посмотреть, что я там написал.
— Это Ваш номер телефона?
Я кивнул.
— Вы могли бы записать его в моем мобильном.
— Это слишком безлично.
— А писать на моей руке — нет?
Из всех вопросов она задала именно этот.
— Я к Вам прикоснулся, — сказал я, скользнув языком по губам от воспоминания о вызванном ею ощущении. — А потом я смотрел и чувствовал, как Вы на меня реагировали.
Она заглянула мне в глаза, и у нее покраснели щеки.
— Я могу быть замужем.
Мне было все равно, состоит ли она в браке.
Вот насколько сильно я проникся к этой девушке, пробыв в ее присутствии всего минуту.
— Тогда не звоните мне. Или звоните. Решение за Вами.
Когда я сделал несколько шагов к Роуз, Аликс спросила:
— Куда Вы идете?
Я подождал, пока Роуз вернет мне бумажник, а затем сказал:
— В аэропорт. У меня рейс.
— Вы пилот.
Сказанное ею не было похоже на вопрос. Аликс произнесла это так, будто хранила информацию, закрепляя ее у себя в сознании, хотя я говорил ей об этом уже во второй раз.
— Я много кто, — ответил я и вышел из ресторана.
Через тридцать восемь минут я поднялся в воздух.