Потерпевшие кораблекрушение (СИ)

- Удачи, Вунанди, - следующим я попрощался со старшим барамуханди, который лично меня сопроводил на берег. Ныне он капитан большой боевой галеры и неполных двух сотен гребцов и солдат, что одно и то же.
- Удачи, друг, - ответил он и расплылся в широкой белозубой улыбке. – Тебе мы будем всегда рады.
- Вряд ли когда-то ещё встретимся. Ты же к родным берегам поплывёшь?
- Да, – кивнул он. – Буду нападать на корабли работорговцев и освобождать своих братьев.
Тут я вспомнил, сколько в моём мире было таких идейных борцов, которые позже, если выживали, становились пиратами. Всегда, исключений не было. Но не стал ничего говорить, предупреждать и советовать. Вряд ли мои слова что-то могут изменить. Зато могу позже нарваться на проклятье в духе «бледнолицый накаркал»!
Да, чуть не забыл сказать, что свои амулеты я отдал Мунавасте и её сестре, когда покидал корабль. Конечно, они были нечета тому, обещанному, что у нас забрали пигмеи, но хоть что-то.
Вот и всё, со старыми товарищами попрощались, большая часть пути пройдена, отряд вышел на заключительную прямую. А скоро и вовсе я останусь только с Сэнгой, пожелав доброго пути падишахиням. Чем я займусь потом? Честно – не знаю. В голове крутятся идеи поселиться где-то рядом с Сахом, чтобы иметь возможность однажды, когда закончатся деньги, совершить туда несколько рейдов за ценной добычей. Местные твари меня игнорируют, поэтому риска для меня на порядок меньше, в сравнении с прочими охотниками. Да-да, смотрю в будущее, так как этот новый мир для меня чужой и здесь я никто. Так почему бы не использовать – пусть даже теоретически, так как жизнь может и не подкинуть неприятностей, которые заведут меня в Сах – свой единственный полезный талант?
- О чём задумался? – отвлекла меня от мыслей Фаэна, заработав раздражённый взгляд от Сэнги. – Нам уже пора выдвигаться.
Компаньоны-барыги Рафтана продали нам тентованную повозку, запряжённую мощным тяжеловозом, и двух верховых лошадей. Седло одной из них заняла Ласка, вторую привязали позади фургона. Сэнга, как единственная, кто умеет управлять повозкой, села на козлы. Да, ещё хочу сказать, что повозка была оснащена простеньким защитным амулетом. Маны в нём хватит, чтобы отразить залп из арбалетов, луков или не очень сильные боевые чары. 
- Пора, значит, поехали, - ответил я.
До города мы успели добраться раньше, чем на землю легла ночь. Заплатив несколько серебряных монет, мы проехали через городские ворота и оказались на тесных улочках. Пришлось ещё немного попетлять и потратить пару монет, чтобы узнать дорогу на постоялый двор, но в итоге наша шестёрка заселилась в приличной гостинице, заняв четыре комнаты из шести свободных.
Хочу ещё сказать, что чувствовал я себя в городе крайне неуютно. После Саха вообще как-то многолюдность заставляла напрягаться. Но то чувство, что сейчас мучало меня, не идет ни в какое сравнение с тем, что я испытывал, когда я плыл на галере.
Сотни людей и их животных реально напрягали. На тесных улицах была страшная толкучка. Разъехаться не получилось ни разу. Каждый раз приходилось срывать горло, обещая кары небесные, чтобы те пятились назад до ближайшего проулка, куда съезжали, чтобы уступить нам место. Нам на руку играл вид дорогой повозки и вооружённая до зубов Сэнга. Тут любой поймёт, что эта женщина носит заточенную сталь не для красоты. Тем более, про рабов руны и Слуг известно повсеместно. Предположить, что девушка является кем-то из них, не составит труда.
- Боже, наконец-то тишина и покой, - произнёс я, когда закрыл за собой дверь в снятую комнату, потом пробормотал. – Блин, ещё не хватало заработать себе антропофобию или как там боязнь людей называется?
- Юрий, ты боишься людей? – посмотрела на меня Сэнга, с которой мы заселились в комнату. – Или кого-то конкретно?
- Да просто тяжело видеть такую толпу вокруг себя после нескольких месяцев чуть ли не одиночества. Даже на корабле не так это давило. Там почти все или на вёслах сидели или спали, или я в каюте сидел, - признался я девушке. – Короче, там легче себя чувствовал…
 
Тут меня прервал громкий стук в дверь и незнакомый мужской голос из коридора:
- Воду горячую с бадьёй принесли. Открывай, ежели не передумали.
- Не передумали! – крикнул я в ответ.
Если существует чувство «райское блаженство», то это то, что я испытал после мытья и переодевания в чистую и новую одежду. Медная ванна с высокой спинкой была даже больше, чем стандартные в квартирах. Может, на десять-пятнадцать сантиметров, но больше и потому намного удобнее. А ещё я пользовался ароматным мылом, которое отлично мылилось, смывало пот и грязь с кожи.
Первым в ванну опустился я, так как девушка ни в какую не желала, чтобы я уступил ей очередь. Мылась она после меня. Нет, не подумайте, что в моей грязной воде, поверх которой плавала серая пенка. Не удивлюсь, если здесь такое в норме вещей, но я воспитан по-другому. Поэтому, грязная вода была вылита, ванна вымыта и заполнена новой чистой горячей водой. 
Никакой стыдливости я не испытывал, когда раздевался перед ней и потом смотрел на её обнажённое тело. В Сахе я не раз раздевался догола перед своими спутницами. Да и сам их видел в таком же виде. Тем более что после Саха некоторое время ухаживал за их безвольными тушками.
Сейчас меня волновало совсем другое: моё естество никак не прореагировало на голое женское тело, находящееся в нескольких шагах от меня. Даже не шевельнулось ничего в штанах. И это пугало. Ладно, тогда, когда я съел тирров орех, когда вышел из Белой пустыни, там можно было всё списать на крайнюю усталость. Но сейчас-то я свеж, силён и откормился за время плавания.
«Нервы, может? – мысленно предположил я, а потом сам себя успокоил. - Успокоюсь, найду постоянное место жительства, и всё наладится».
- Юрий, давай я тебе сделаю массаж, - почему-то смущённым голосом предложила Сэнга. 
- Если хочешь, - кивнул я и лёг на кровать. Мне и мысли в голову не пришло, что за этими словами может что-то скрываться. Привык видеть в словах и делах Слуги лишь её желание облегчить мою жизнь, практически раболепие. И был сильно удивлён, когда её ладони после нескольких массажных движений полезли туда, где точно массаж не требуется. Точнее будет, не требуется обычный массаж.
И даже после этого мой важный мужской орган не пошевелился.
- Я тебе не нравлюсь? – тихо сказала понурившаяся девушка.
- Что ты! – с жаром сказал я и крепко её обнял, притянув к себе. Одной рукой провёл по спине, по гладкой коже, под которой чувствовались крепкие мышцы, вторую положил на грудь, коснувшись кончиками пальцев соска и… ничего. – Ты мне очень нравишься. Просто, отчего-то у меня не… работает ничего. Не только на тебя не стоит, кхм.
Она прильнула ко мне, как котёнок и спросила:
- А раньше?
- Всё работало как часы. Просто, на плоту было не с кем проверять, а потом уже стало не до глупостей, когда высадились на острове.
Девушка неожиданно отстранилась от меня и с силой ударила кулаком по стене, озадачив и встревожив меня.
- Сэнга?
- Это всё они, эти гадины падишахские! – со злостью сказала она. – Наложили на тебя заклинание, которое лишило мужской силы. Юрий, - взмолилась она, – да разреши ты мне с ними разобраться, ну пожалуйста. Ты же видишь сам, как они к тебе относятся. Юрий!
- А? – спохватился я. До этого я полностью ушёл в себя, когда услышал слова собеседницы о том, что в моей немощи виновата магия и падишахини. А что, вполне ведь реальная версия. И почему я раньше не подумал? – Сэнга, а это лечится? Ну, другой маг может убрать чары? – и с замиранием сердца стал ждать ответа.
- Конечно.
- Тогда чёрт с ними, с этими дурёхами! Всё равно мы завтра расстанемся и больше никогда в жизни не увидимся.
- Добрый ты очень, - буркнула она и вернулась в мои объятия.
- Какой уж есть, так меня родители воспитали, - и увлёк её на постель. Пусть я сам получить удовольствие не могу, но зато в моих силах доставить его Сэнге. Недаром гуляет в мире поговорка: мужчину нельзя назвать импотентом до тех пор, пока у него есть хотя бы один палец.