Потерпевшие кораблекрушение (СИ)

Ни усталость, ни жара, ни слепящее солнце, ни раскалённый воздух, который обжигал лёгкие при каждом вдохе не помешали мне дойти до скалы из видения. И откуда только силы взялись, ведь я иногда даже переходил на бег трусцой, истово желая как можно скорее оказаться рядом с местом, которое спасёт – обязано спасти – шесть умирающих человек.
И вот я тут.
Всё было точь-в-точь, как в моём сне. Я узнал камни, узнал то, как они были расположены. Боясь ошибиться, я полез в схрон, где дикари прятали деревянные трубки для подъёма воды со дна колодца.
- Да-а-а!!! – заревел я во всю силу лёгких, когда под камнями в половинке выдолбленного внутри тонкого древесного ствола я нашёл искомое. – А-а-а!!!
Я кричал, пока не сорвал голос, изливая из себя скопившееся отчаяние, страх, усталость, сомнения. Никаким другим способом я не мог проявить эмоции, которые меня разрывали на части. Тайник с трубками - это не просто тайник. Это знак, что я не псих и мы все выживем.
Накричавшись и тяжело дыша, я опустошил схрон и вернулся к тому месту, где в моём сне дикари спрятали колодец. В видении плоский валун сдвигали двое мужчин. Но мне так хотелось поскорее добраться до воды, что я справился с тяжёлой задачей в одиночку. Руки слегка дрожали, когда я соединял трубки между собой. Этот момент – стыковка – был очень важным. Слишком слабое соединение может разрушиться, и часть трубки улетит на дно колодца, оставив меня с носом. Я тогда на собственном примере узнаю, что подразумевал тот человек, который придумал пословицу о локте и зубах. 
Я опускал одну трубку в тёмную небольшую щель между камнями, откуда тянуло свежестью, вставлял в неё следующую, опускал дальше, стыковал третью и так далее. Наконец, на своё место встала последняя. Общая длина получилась метров восемь. К слову сказать, деревянными трубки только казались. На самом деле они были сделаны из стеблей растения, похожего на тростник, только очень толстого. Соответственно и веса в них почти что не было, так, двести-триста грамм во всей конструкции.
А вот дальше началось мучение. Поднять с восьмиметровой глубины несколько глотков воды оказалось невероятно тяжёлым делом. Даже подсказка, которую я увидел во сне – как действовали дикари на моём месте – помогала плохо. Приходилось втягивать в себя воздух из трубки, потом пальцем зажимать её конец, не выпуская тот изо рта. Не сразу наловчился в этом деле и несчетное количество раз все мои труды пропадали втуне, а драгоценные граммы воды падали обратно в колодец. Раз десять я чуть не срывался на псих, дрожа от злости и едва сдерживаясь, чтобы не разломать трубку, пользы от которой для меня не было. Ну, как я считал на тот момент.
Всё изменилось, когда мой язык ощутил влагу. Вода была невероятно вкусная и ледяная. После нескольких больших глоткой у меня болезненно заныли зубы, и заломило в висках.
После этих первых глотков я почувствовал себя пьяным и не удержал водяной столбик в трубке. Отдышавшись, я возобновил работу. Теперь я уже знал, как правильно нужно всё делать, чтобы напиться. Всего дважды я обмишурился, зато потом вволю напился, делая несколько раз передышки, чтобы отдышаться, в ходе которых языком закрывал свободный конец трубки.
Напился я так, что живот буквально превратился в барабан. От избытка влаги в теле под жарким солнцем немедленно выступила сильная испарина. Спустя несколько минут с меня так текло, словно я оказался в жарко натопленной парилке.
- Что пил, что не пил – всё псу под хвост, - покачал я головой и с жадностью посмотрел на колодец. Хотелось вновь припасть к животворной трубке, чтобы восполнить уходящую влагу из тела. Да только меня ждали те, кого неумолимо убивала жажда в этот момент. Лишние полчаса могли стать для кого-то из девушек убийственными или спасительными. И как специально мне не в чем было принести им воды. Я отправился на разведку с пустыми руками и карманами. В тот момент каждый лишний грамм веса был для меня неподъёмным.
Обратно к навесу я большую часть пути проделал, передвигаясь трусцой, желая поскорее обрадовать спутниц приятным известием.
 
- Красавицы, подъём! – громко крикнул я шагов за десять до навеса. – Я воду нашёл! Воду!
Зашевелились лишь двое, Фаэна и Ласка. Слуга и пара падишахинь же даже головой не дёрнули на мои слова.
- Эй, вы живы? – обеспокоился я не на шутку. – Сэнга? Олма?
- Я жива, - очень тихо сказала Фаэна и добавила. – Вроде бы… о какой воде ты говорил?
- Здесь рядом колодец. Минут десять… ну… двадцать в нашем состоянии.
- Колодец? – переспросила Ласка и стала медленно вставать. Я тут же поспешил ей на помощь. Фаэна встала на ноги самостоятельно, хоть и помогала себе, держась за каменную стенку. 
«Чёрт, как всё плохо-то», - мысленно простонал я, и закусил губу, глядя на едва стоящих на ногах магичек. Их спутницы и вовсе не собирались приходить в себя, не реагировали на пощёчины, растирания ушей и нажатия на определённые точки на лице и шее. – Вы что-то нести можете?
Фаэна сначала хотело возмутиться, это было видно по гримасе, проскочившей на её лицо, но видимо сил даже на это у неё уже не было, и она просто отрицательно мотнула головой. Её жест повторила пиромантка. 
- Блядь! – не сдержался я. – Извините… в общем, придётся постараться, девушки. Милые, найдите в себе силы, очень нужно.
Из куска парусины я сделал волокушу, в которую положил Олму. К двум углам материи привязал по верёвочной петле, чтобы девушкам было удобно волочить груз за собой. Они надели петлю на запястье и перевернули её, чтобы та захлестнулась на руке: сил в руках, чтобы удерживать верёвку, у них не осталось. На вторую волокушу из всё той же парусины я положил Сэнгу и Роксалану.
- Идите след в след за мной. Если что – кричите, - произнёс я, после чего сделал первый шаг, стронув свой груз с места. Спустя несколько шагов я обернулся, чтобы посмотреть на спутниц. Те шли. Медленно, согнувшись едва ли не до земли, но шли и тянули за собой ткань с лежащей на ней своей подругой.
Признаться, даже хорошо, что девушки так сильно исхудали за время наших злоключений. Потеряв по десять-пятнадцать килограмм, сейчас они сильно облегчили мне, Ласке и Фаэне путь до колодца. Если верить своим внутренним часам, то дорога заняла у нас больше получаса. Да и то, я сильно обогнал парочку бурлачек, первым дотянув Слугу с друидкой до колодца. Оставив волокушу с ними там, я как мог быстро вернулся назад, где подменил магесс. Вскоре наш отряд в полном составе оказался рядом с колодцем.
- А где… колодец? – тяжело дыша, спросила Фаэна.
- Там, в камнях, - я указал на него. – Так просто воду не достать, придётся постараться.
- А…
- Я же напился, значит, это возможно сделать и вам, - перебил я метаморфессу.
- Хорошо… я попробую, - вздохнула она и первой припала к тростниковой трубке. Вот только как она ни старалась, но ничего у неё не выходило. Девушке не хватало навыка и «дыхалки», чтобы вытянуть с многометровой глубины немного воды.
- Стой, хватит, - остановил я, видя, что на неё накатывают те же эмоции, которые недавно терзали меня самого. – Я сам всё сделаю. Как подам знак, то ты сложи ладони ковшиком и поднеси ко мне.
В глазах той сначала мелькнуло непонимание, которое сменилось брезгливостью и возмущением.
- …или так и помрёшь здесь в своей гордыни, - сказал я, не дав ей и рта открыть. Потом посмотрел на пиромантку. – Ласка, если она будет тянуть, то ты тогда делай то, что я сказал. И прошу не тянуть, не терять время зря. От этого зависят их жизни, - я указал на трёх девушек, которые лежали рядом без сознания.
- Хорошо, - слабо кивнула та.
- Тогда готовься, - произнёс я, посмотрел на злую Фаэну и добавил. – Готовьтесь.
Удивительно, но у меня всё получилось с первого раза. Или выпитая ранее вода дала мне сил, или появилась сноровка, или чувство ответственности и тревоги за спутниц тут сыграли роль, но я ни разу не «уронил» воду в трубке. Дотянув её до верхнего края.