Артефакты, интриги и один очень упёртый дознаватель (СИ)

Я проснулась ровно в семь утра, когда будильник разорвал утреннюю тишину коротким, но резким звуком. Никки что-то пробормотала во сне и натянула одеяло на голову, а я, с трудом разлепив глаза, выбралась из кровати и включила маленький магический светильник.
Через пару минут в моей руке уже была чашка горячего кофе, аромат которого наполнял маленькую каюту уютом. Я подошла к окну и замерла, восхищенно вглядываясь в пейзаж.
  
Империя Эстеллария раскинулась внизу, будто нарисованная величайшим художником.
С высоты дирижабля открывался величественный вид на земли, окутанные утренней дымкой. Поля и леса, пересекаемые серебристыми нитями рек, тянулись до самого горизонта. Дороги разрезали эту живописную картину, словно вены на теле живого организма, связывая маленькие деревушки и города.
Чем ниже мы опускались, тем отчетливее становился город Люмьер — столица Империи.
Город был идеально спланирован: прямые улицы, образующие элегантный узор, широкие проспекты, ведущие к величественным площадям, и архитектура, от которой веяло утонченностью и стилем. Где-то среди высоких зданий проглядывали красные черепичные крыши, а изящные мосты соединяли берега широкой, мерцающей в утреннем свете реки.
Я любовалась этой картиной, попивая кофе, когда позади раздался голос Никки:
— Ну и как? Стоило того, чтобы побороть страх высоты?
Я улыбнулась, не отрываясь от окна.
— Стоило. Это… великолепно.
Дирижабль начал снижаться, и теперь можно было разглядеть оживленные улицы, площади с фонтанами и людей, суетящихся внизу, спешащих по своим делам. Где-то вдалеке виднелась высокая башня, увенчанная золотым шпилем, а вдоль главных улиц стояли изысканные особняки с лепниной и высокими окнами.
Мы приближались к сердцу Эстелларии, и впереди нас ждали новые приключения.
У выхода из дирижабля нас уже ожидала госпожа де Лакруа.
— Добро пожаловать в Люмьер, — ее голос звучал размеренно и уверенно. — Дамы, я предлагаю сначала отвезти вас ко мне. Отдохнете с дороги, приведете себя в порядок, а уже затем мы отправимся на осмотр заведения.
Мы с Никки переглянулись, обменявшись молчаливым согласием. После ночи в дирижабле перспектива освежиться и перекусить перед началом работы казалась просто великолепной.
Магнестим госпожи де Лакруа был элегантен — плавные линии, глубокий вишневый цвет кузова, украшенный тонким узором золотого напыления. Сев на мягкие кожаные сиденья, я принялась разглядывать столицу Эстелларии, пока мы неспешно ехали по утренним улочкам.
Люмьер просыпался — улицы наполнялись людьми, запахами свежевыпеченного хлеба и утреннего кофе, доносившимися из небольших уютных кафе. Мостовые, вымощенные светлым камнем, искрились под первыми лучами солнца. Элегантные фонари, украшенные тонкими узорами, еще не все погасли, будто немного ленились прощаться с ночью.
Мы проезжали мимо площадей с фонтанами, утопающих в зелени, вдоль которых стояли высокие дома с ажурными балконами и резными дверями. По реке, неспешно петлявшей через город, двигались небольшие лодки, а над водой вился легкий туман.
Здесь было тепло. Совсем иначе, чем дома — воздух мягко прогревался, наполняясь ароматами цветущих деревьев и чуть солоноватым запахом воды.
Наконец, мы подъехали к дому госпожи де Лакруа.
Трехэтажное здание, выполненное в классическом стиле, располагалось в тихом, уютном районе. Одна из его сторон была полностью увита виноградной лозой, создавая атмосферу загородного уюта. Светлый камень фасада мерцал в лучах солнца, а высокие окна с темно-зелеными ставнями добавляли дому аристократичной элегантности.
— Проходите, — с легкой улыбкой пригласила нас внутрь госпожа де Лакруа.
В дверях нас встретил мажордом — высокий, подтянутый мужчина в идеальном черном костюме. Он почтительно кивнул и, не задавая лишних вопросов, сразу же провел нас в гостевые покои.
Внутреннее убранство дома сочетало в себе аристократизм и уют. Высокие потолки с лепниной, мягкие ковры, приглушенный свет от магических ламп — все здесь располагало к комфорту. В воздухе витал легкий аромат лаванды, а где-то в глубине дома тихо звучала неспешная музыка.
Моя комната оказалась настоящим уголком спокойствия.
Большое окно, украшенное тяжелыми светлыми шторами, выходило в небольшой сад. В комнате стояла широкая кровать с бархатным покрывалом цвета топленого молока, у стены располагался изящный туалетный столик с большим зеркалом, а в углу уютно пристроилось кресло с мягкими подушками.
Я глубоко вдохнула, наслаждаясь свежестью постельного белья и общей атмосферой уюта.
— Ну, это я понимаю, прием! — протянула Никки, выглядывая из своей комнаты.
Я только усмехнулась, снимая с себя дорожный плащ.
— Надо привести себя в порядок, а потом — к делу, — сказала я, направляясь в ванную, где уже был подготовлен настоящий магический умывальник, поддерживающий идеальную температуру воды.
Сегодня нас ждал важный день.
После короткого отдыха в своих покоях мы с Никки отправились вниз, в столовую госпожи де Лакруа, где нас уже ждал завтрак.
Комната была просторной, с высокими окнами, пропускающими мягкий утренний свет. Стол, накрытый изысканным фарфором, ломился от яств: свежие круассаны, ягоды, нежный сыр, варенье из цитрусовых и ароматный кофе, чья горечь приятно контрастировала со сладостью выпечки.
— Присаживайтесь, — с улыбкой пригласила нас госпожа де Лакруа. — Ах да, знакомьтесь, это мой муж — Альфонс де Лакруа.
За столом сидел высокий мужчина средних лет с аккуратной бородкой, пронзительными серыми глазами и строгими чертами лица. Его осанка, движение рук, даже взгляд — все в нем выдавало человека, привыкшего к порядку и дисциплине.
— Очень приятно, — я вежливо улыбнулась.
— О, еще как приятно, — с интересом посмотрел он на нас. — Вы наши гости из Империи… Я знаком с одним свои прекрасным коллегой оттуда. Эдгар Рейн , верно? Главный дознаватель вашей империи?
Я подавилась кофе.
— Да, мы знакомы, — кашлянула я, стараясь сохранять спокойствие.
— Интересный мужчина, — протянул Альфонс, размышляя. — Принципиальный. Умный. Хотя иногда чересчур прямолинеен.
Я только нервно улыбнулась. Неужели он тоже работал в Дознавателях?
— Мой муж — старший дознаватель Люмьера, — пояснила госпожа де Лакруа, будто читая мои мысли.
Никки тихо хмыкнула, видимо, развлекаясь тем, как я старательно стараюсь скрыть свое смятение.
— Интересная у нас компания, — заметила она, намазывая масло на круассан.
После завтрака мы отправились на место, где должно было разместиться детище госпожи де Лакруа — ее будущий салон красоты.
Когда наш магнестим остановился перед зданием, я сразу поняла: это место было выбрано не случайно.
Двухэтажное здание выглядело легким, воздушным — высокие окна в пол пропускали много естественного света, создавая ощущение простора. Фасад был выполнен в песочно-бежевых оттенках с утонченными лепными узорами, а на втором этаже красовался элегантный французский балкончик с ажурной оградой.
Само здание находилось в уютном районе, где царила особая атмосфера спокойствия и роскоши. А прямо напротив располагалась булочная — оттуда тянулся головокружительный аромат свежей выпечки, наполняя воздух нотками ванили и карамелизированного сахара.
Я глубоко вдохнула, наслаждаясь этим утренним великолепием.
— Это место идеально, — прошептала я, с восторгом разглядывая будущее творение госпожи де Лакруа.
— Конечно, идеально, — уверенно кивнула хозяйка. — Я не терплю полумер.
Она повернулась к нам с решительным взглядом.
— Дамы, нам предстоит много работы. Надеюсь, вы готовы?
  
Я обменялась взглядом с Никки, и та только ухмыльнулась.
— О, мы готовы, — ответила я, ощущая волнение перед тем, что нас ждет впереди.
После осмотра здания мы с Никки с головой ушли в разработку финального концепта дизайна.
Пространство оказалось еще более многогранным, чем мы предполагали, поэтому некоторые детали пришлось пересмотреть. Мы передвинули зону преображения ближе к окнам, чтобы использовать естественный свет, и добавили отдельные кабинеты, вдохновленные различными культурами — один с нотками восточной роскоши, другой — с элементами жаркой пустыни, третий — в холодной скандинавской эстетике.