Нечаянная ночь (СИ)
— Нууу, в целом, правду. Я ведь почти не помню, как оказалась в воде. Хотела пофотографировать с озера. Помню, как забралась в лодку. Мне кто-то помог… А потом… Так всё размыто… — Мельком взглянув на вопрошающее лицо Алекса, Николь быстро отвела взгляд. — Насчёт тебя… Ты только не сердись, ладно?
— На что я не должен сердиться? — в предчувствии неизбежной неприятности, вопрос прозвучал сухо.
— Видишь ли, папа так рассердился, когда узнал, что мы были вместе, когда я утонула. Кричал, что ты безответственный и всё такое… Пришлось сказать, что это ты меня спас. Вытащил из воды. — Николь заметно кусала губы. На нежной коже выступили маленькие алые пятна. — И ещё…
— Есть ещё?
— Да. Обещай не злиться. — Она вскинула на него ясные, полные вины глаза. — Я сказала, что ты сделал мне предложение.
— Что?! Зачем?!
— Так вышло. Я не собиралась. Просто папа был так расстроен и злился… Мама плакала. Я подумала — скажу про свадьбу, и всё наладится.
— Наладится?!
— Да. Они успокоятся и обрадуются. И знаешь? Так и вышло. Они очень счастливы за нас!
— О чёрт!
— Но в чём проблема?! — Николь обиженно надула губы, сразу став похожей на пупса из рекламы детского питания, — Мы ведь уже давно вместе и у нас всё серьёзно. Мы же не раз это обсуждали… Ты ведь любишь меня?
— Конечно! — Быстро ответил Алекс, потирая снова разболевшийся лоб. — Само собой. Просто всё это слишком неожиданно…
Решив, что главная буря позади и новоявленный жених сдался, Николь расцвела улыбкой. Выбравшись из-под одеяла, она подобралась ближе к Алексу и, заглянув в глаза, ласково коснулась щеки мужчины,
— Я тоже тебя люблю. Очень!
— Ты должна была посоветоваться со мной, прежде чем объявлять родителям. — Нахмурился Алекс, отстраняясь от её ласки. — Брак — это взаимное решение, мы должны были сначала обсудить всё между собой.
— Нууу прости! — Невесомо выдохнула Николь ему в ухо и, ластясь словно кошка, медленно лизнула небритую щёку. — Я была плохой девочкой. Готова искупить…
Её маленький, розовый язычок нашел основание его уха и, выписывая круги, быстро скользнул внутрь. Алекс простонал, неосознанно подаваясь ближе.
— Я буду очень, очень стараться исправиться… — мурлыкала Николь, всем телом прижимаясь к Алексу, дыхание которого учащалось, вслед за ритмичными движениями тела девушки. Под тонкой больничной сорочкой её маленькие соски вызывающе выпирали, снова и снова касаясь груди мужчины, уже лишившуюся рубашки. Пальчики с ярко-жёлтым маникюром орудовали быстро и ловко, незаметно добравшись до нижней части одежды Вишневского. Он помог ей сам, быстро избавившись от джинсов и легко вскинув изящное девичье тело себе на колени.
— Тебе придётся проявить усердие, чтобы получить прощение. — Торопливо пройдясь горячими губами по хрупкой шее, Алекс слегка прикусил кожу и двинулся ниже. — Эммм… Давай избавимся от этого.
В одно движение тело девушки лишилось ненадежного укрытия сорочки, и тут же подверглось атаке ненасытных мужских губ. Жертва атаки была совсем не против, всем телом сдаваясь на милость победителя. Охотно приняв в себя его распаленное желание, белокурая наездница сама задала темп, убыстряя его до предельного…
Убогую больничнуюпалату наполнили протяжные стоны и приглушённые вскрики. Возможно, проходящие мимо, по коридору, медсёстры и слышали их, но никто не потревожил уединение важной пациентки…
ПОНЕДЕЛЬНИК.
… Алекс нажал на табло лифта кнопку парковки и взглянул на часы. До окончания рабочего дня оставалось пятнадцать минут. Через пятнадцать минут толпы офисных винтиков заполнят коридоры и лифты здания, торопясь быстрее сбежать из однообразных пластиковых клетушек в теплую прелесть августовского вечера. Впрочем, во всей этой шумной, спешащей вырваться на свободу человеческой массе, Вишневского интересовал только один объект. Алексу так и не удалось поговорить с Алисой после субботнего пикника. Воспоминание о произошедшем между ними в лесу, всё это время неустанно сверлило мозг Вишневского, мешая сосредоточиться на насущных проблемах. А проблем было достаточно, даже с учетом того, что ему удалось уломать Николь отложить разговоры о свадьбе на некоторое, довольно неопределённое, время. Отсрочка от казни — язвительно резюмировал свой успех Алекс, покидая больницу в воскресенье. А сегодня утром, согласованный и утвержденный было проект, внезапно вернули на доработку, вызвав волнение в отделе и слухи о недовольстве руководства работой Вишневского. Сплошная засада…
Алекс поморщился и повернул колёсико на автомобильной панели вправо, делая музыку громче в попытке немного заглушить навязчивый гомон мыслей. Он снова взглянул на часы, заметив, что с пяти часов прошло уже достаточно времени, чтобы большинство служащих разбежались. И в этот момент заметил её. Алиса торопилась, почти бежала по парковке, что-то эмоционально объясняя в телефон. Пока Вишневский, прикусив губу, внимательно наблюдал за её быстрым движением, решая, подойти или отложить разговор с извинениями, девушка стремительно скользнула за руль своего драндулета и моментально двинулась с места. Её машина недовольно взвизгнула насилуемым движком и шустро устремилась к выезду с парковки. Не особо задумываясь о том, что делает, Алекс надавил на педаль газа и двинулся следом.
Если бы Вишневского спросили, зачем он колесит по улицам Питера, незаметно преследуя тёмно-зелёное пежо, он не смог бы дать внятного ответа. Любопытно… Возможно, ему было просто любопытно заглянуть в жизнь Алисы. Ту, которой она жила все офиса. В которой, была настоящей — улыбалась, смеялась, может быть была милой девчонкой. Между нами, Вишневским двигала та же древняя, мощная сила, что и всеми влюблёнными — горячая потребность больше узнать об объёкте своего увлечения.
Преодолев пару пробок на набережной и благополучно проехав Невский проспект, Алиса внезапно затормозила у Пяти углов. Алекс увидел, как в авто девушки нырнул длинный, светловолосый тип, который ему сразу не понравился. Возможно, причиной неприязни послужил вызывающий внешний вид парня, смазливое лицо которого показалось Алексу смутно знакомым. А может взметнувшееся вверх раздражение вызвал быстрый поцелуй в щёку, которым блондин между делом одарил Алису. А парень-то не промах! Процедив ругательство, Алекс потянулся к бардачку, не несколько мгновений позабыв, что завязал с курением. И едва не пропустил момент, когда тёмно-зелёная машина двинулась…
Глава 8
ПОНЕДЕЛЬНИК (продолжение)
Нагнать пежо Алисы в медленно плетущемся потоке оказалось несложно. Алекс слегка расслабился, пристроившись сзади, через две машины и периодически видя впереди знакомый зелёный багажник. Выбравшись из столпотворенья центра, машина бодро припустила по Московскому проспекту и Вишневский едва снова не потерял её из виду, когда авто девушки внезапно свернуло направо, а потом ещё раз. Ускорившись, Алекс почти успел проскочить светофор, но двигавшаяся перед ним Газель вдруг резко затормозила, пропуская рванувших через дорогу мальчишек. Алекс чертыхнулся, ударив по рулю. Эта странная гонка захватила его, вытеснив все здравые соображения. Горячее желание стать хоть ненадолго частью жизни Алисы, было абсурдным, но едва поддавшись этому соблазну, Вишневский уже не мог остановиться.
Улочка, на которую он, наконец, свернул (сквозь зубы, покрыв матом водителя Газели), была узкой и предполагала одностороннее движение. Надежды мужчины обнаружить в пределах видимости зелёное пежо, оказались напрасными. Алекс вгляделся в дальний конец улицы, притормозил, и окинул быстрым взглядом припаркованные вдоль газонов машины. Безрезультатно. Авто Алисы как сквозь землю провалилось. Дурацкая затея закончилась пшиком — констатировал неутешительное Вишневский, паркуясь на ближайшее свободное место, решив дать себе небольшую передышку. Заглушив двигатель, Алекс откинулся на спинку сидения и прикрыл глаза, в попытке расслабиться.
Мысленно посчитал до двадцати и поморщился — какой тут релакс, когда из приоткрытого окна машины бесконечно доносятся детские крики и смех. Алекс глубоко вздохнул и перевел взгляд в окно, за которым кипел гамом и бесконечным движением, обычный детский сад. За оградой детвора носилась по хаотичным, доступным только детской логике траекториям, периодически сшибаясь, падая, плача, смеясь и всё это одновременно.