Double spirit. Часть 3 (СИ)

Алан держал его за пряди на затылке и буквально насиловал, покусывая, снова и снова проникая сильным языком между зубов. Через полминуты Лео оторвался от горячего рта и, коротко переведя дух, ответил таким же агрессивным, злым и мучительным поцелуем. Правда, его надолго не хватило. Неожиданная теплая волна нежности настолько накрыла его, что он совершенно потерял контроль и стал ласкаться, словно щенок, вылизывая и легко посасывая обветренные губы, чуть покусывая дразнящими движениями такой знакомый, такой любимый язык.
Добраться бы поскорее до кровати, иначе бедный водитель прямо сейчас пополнит свою копилку воспоминаний еще одним невероятным эпизодом. Если его психика выдержит, конечно, такой эпизод. Наконец они оторвались друг от друга, тяжело дыша и переводя дух. На фирменные упаковки, которые они частично разместили между собой, жалко было смотреть. Да им обоим было и пофиг.
— Знаешь, что я думаю, рыбка? — Алан снова смотрел на него своими невозможными глазами.
— Что. — еле шевельнул губами Лео.
— Что в этой игре ты и не продавец вовсе.
— А кто?
— А покупатель.
Свиридов отодвинулся подальше на сиденье и отвел взгляд. Его словно подменили после этого поцелуя, и теперь он сидел, опустив плечи и растерянно положив руки на колени открытыми ладонями вверх.
— Пришел и купил. Взял. Даже не прицениваясь.
Пауза повисла в салоне, и только тяжелое дыхание нарушало ватную тишину. Да еще пес снаружи растерянно гавкнул, устав, как видно, ожидать, пока двери авто откроются и можно будет беспрепятственно обпрыгать обоих хозяев и, если повезет, облизать им носы.
— Только вот зря ты это сделал, глупый карасик.
Это дурацкое словосочетание — «глупый карасик» — прозвучало из уст Алана настолько ласково, что Лео даже и не подумал обидеться.
— Почему? — только и спросил он, даже не задумавшись насколько по-детски наивно и беспомощно это прозвучало. — Почему зря?
— Потому что ты схватил игрушку, даже не представляя себе, сколько придется за это заплатить. И чем придется расплачиваться. И не пожалеть бы потом, когда уже поздно будет.
Алан сложил кисти рук, прижав друг к другу только кончики подушечек пальцев, так, что получилось некое подобие воздушной сферической клетки, и легко постучал этими подушечками друг по другу.
— Это не игрушка, — сдавленным голосом только и смог произнести Лео. Он тоже смотрел не на Алана, а на свои руки. Они были обветренными, от мороза и от того, что он часто забывал перчатки дома. Свиридов вот не забывал.
— Не игрушка, — эхом отозвался Алан.
— И это не игра.
— Может быть. — помедлив, согласился с ним снова Альберт.
Потом, пожав плечами и словно стряхнув с себя морок, потянулся.
— Не обращай внимания, меня немного кроет. Видимо, откат пошел, вот я и несу всякую чушь. Спасибо Вам, любезнейший, что согласились помочь. — последние слова он произнес, уже адресуя их водителю, который наконец отмер и кивнул.
====== Глава 57. Полет нормальный? ======
Следующий день был по графику рабочим. А это означало, что Лео с утра летел в универ, сдавать зачет. А потом у него был план: пробежаться по магазинам насчет подарков к Новому Году, затем метнуться домой и поесть, это согласно официальной версии, ну, а на самом деле, конечно же, удостовериться, что с Алом все в порядке. А уж только потом бежать в салон, с четырех до десяти, обычный рабочий день, то есть вечер.
Немного жгла мозг мысль о том, что он оставляет Свиридова на целый день, однако он успокаивал себя, что во-первых, Фирюза обещала быть с десяти до двенадцати в особняке, а там уже и он подъедет, ну, а по поводу вечера — будет как всегда держать контроль, звонить и перезванивать. Ну, а во-вторых, и Алан-то вовсе не маленький ребенок, чтобы его на поводке держать, да и судя по всему, откат не такой уж и сильный, пока все идет нормально. Нормально же?
Накануне вечером, отпустив водителя и облобызавшись с Морисом, они ввалились в дом, теряя и распинывая по углам пакеты с новым шмотьём. Бредовый разговор на тему продавцов-покупателей был оборван и забыт. Когда более интересные темы выступают на первый план, и даже не выступают, а буквально выпрыгивают из штанов, тут уж не до продавцов и не до покупателей.
  
 К тому же затравленное выражение глаз Свиридова, которое промелькнуло в темноте в тачке после двойного поцелуя, и которое было для него таким необычным, это выражение необходимо было вытравить, а еще вернее — вытрахать так, чтобы оно и дорогу назад забыло навсегда. Что Лео и сделал, даже не дожидаясь постели. Прямо в джакузи.
Они любили заниматься сексом в объемной ванной, в теплой воде, в легких переливах подводных потоков. «Мы с тобой как два дельфина», — сомлев от нежности после секса говорил обычно Лео. «Как два морских котика», — фыркал в ответ Алан. «Глупан, ты этих котиков видел? Они ж на тюленей похожи, ну или на бегемотов. Какой из меня тюлень? А ты так вообще на сколопендру похож. Своими костями мне кожу чуть до крови не оцарапал.»
 Они как обычно, дурачились в теплой воде, пока та не остыла, и по составу не стала напоминать сперму, чуть разбавленную водой, как наконец заметил утомленный до сонного лупания глазами Алан. После этого едва нашли в себе силы наскоро ополоснуться и доползти до кровати, где и вырубились почти мгновенно, даже не вспомнив об ужине.
А наутро Лео проснулся намного позже звонка будильника и вихрем пронесся по комнатам, собирая раскиданные шмотки, разыскивая чистую майку, набивая сумку шпорами и конспектами, чтобы, как обычно перед зачетом, надышаться перед смертью в коридоре универа. Кинув короткий взгляд на неподвижную, мирно сопящую фигуру под одеялом, он не рискнул будить Алана, а тихо на цыпочках вышел в коридор и осторожно покинул дом. Позвонит часа через три-четыре, после зачета, когда уже разберется с подарками и будет ехать назад, домой.
Лео по дороге в универ слушал музыку в машине и одновременно мысленно выстраивал планы на сегодняшний день, и все у него в этих планах выходило ровно и гладко. Будучи разумным парнем, он никогда не ставил в известность Бога о своих намерениях. Поговорку же не дураки выдумали? Молчи, мол, не рассказывай о своих планах. Однако вредный старикашка, видимо, очень хотел посмеяться сегодня, и каким-то образом разузнал о них сам. Иначе чем объяснить ту карусель, которая закрутилась словно бешеная, и закружила заодно и Лина, сломав весь намеченный распорядок сегодняшнего дня? И превратив его в нечто среднее между американскими горками и цирком на конной тяге?
Едва вывалившись из дверей аудитории, победно помахивая зачеткой под завистливые взгляды еще не отмучившихся сокурсников, он сразу потянулся за телефоном, чтобы отзвониться. Однако тот сам взорвался у него в руке трелью входящего звонка, да так неожиданно, что парень едва не выпустил его из пальцев. Ашхен.
Сквозь отвратительный треск и кваканье он расслышал только одно слово — «больница» и тут же заорал: « Ты где?» Невнятный шорох и писк в ответ, однако сквозь помехи удалось всё же разобрать, что на работе. Где это — Лео прекрасно знал. В трех-четырех кварталах, к счастью, недалеко, даже с учетом пробок.
Через десять минут он влетал на полной скорости в зеркальный зал, внутренне готовый уже ко всему. «Надеюсь, хоть кто-нибудь догадался позвонить в скорую?» — панически пульсировала в мозгу единственная оставшаяся там мысль. Бляааа!!! Ашхен! Она же такая… До последнего не пожалуется!
Вой и всхлипывания заполняли всю кубатуру зала, а фигура в черном, распластанная на паркете, заставила его сердце остановиться. Но в следующий момент Аш подняла голову и махнула ему рукой. Блин, и правда у страха глаза велики. То, что он сперва принял за самый страшный кошмар, оказалось всего-навсего импровизированной скульптурной группой. Выл и всхлипывал хрупкий темноволосый мальчик, скорчившись и закрыв лицо ладошками, а Ашхен сидела рядом с ним на полу и ощупывала его распухшую лодыжку, ругаясь вполголоса.