Вакансия: Мама для Ягодки (СИ)

— Пойми, меня поставили перед фактом…
— Как и меня.
— Да, но для тебя эта девочка — племянница, а я её совсем не знаю.
Эта девочка, угу.
— Я испугалась, Ром, — Вика добавила чувств в голос. — А сейчас понимаю, что только так и должен был поступить мужчина.
Да неужели? Она, как кошка, перетекла ко мне на колени, и я вспомнил, почему вообще закрутил роман со своей подчинённой. Вика, конечно, хороша. Безупречна даже. Если бы не одно «но».
  
— Ты же понимаешь, что это не на время? — вздохнул я, ссаживая её с себя.
Поднялся и прошёл налить себе воды.
— Я собираюсь её удочерить.
Она моргнула, видимо, надеясь, что стоит перетерпеть, и вопрос решится сам собой. А тут новый удар.
— Это очень достойно, Ром, — выдавила она и тут же взяла себя в руки. — Но, учитывая, что ты очень занятой человек, а малышку нельзя оставлять без внимания, тебе понадобятся няни.
— Прямо няни? — хмыкнул я. — Во множественном числе?
— Ну а как? Один человек круглосуточно не справится.
— Серьёзно? Ты предполагаешь, что я просто скину её на других людей? Может, тогда уж в интернат?
Я прямо представил, как она ухватится за эту мысль, а назавтра принесёт мне список самых лучших частных заведений. Но Вика включила мозг и, видимо, решила быть хитрее.
— Нет, это перебор. Девочке нужна семья.
— У неё имя есть, — спокойно ответил я, глотнув воды.
— Эмм…
— Даша.
— Очень красиво, — улыбнулась Вика, присев передо мной на подоконник.
Я вспомнил, как на корпоративе пару месяцев назад мы зажигали с ней прямо на этом месте. Но я не настолько падок на её женские штучки, чтобы повестись и сейчас.
— Я думаю, ты была вполне искренна, когда говорила, что на такое не подписывалась. И ты права, ни к чему тебе эти обязательства.
Я вернулся за стол, давая понять, что разговор окончен. К чести Вики, она не стала устраивать сцен.
— Ром, я всё понимаю, у тебя «новый проект», — она сделала кавычки в воздухе. Обошла моё кресло и скользнула ладонями по плечам. — Сейчас вам нужно освоиться друг с другом, так что я не лезу.
Её аромат вновь заполнил ноздри, когда она наклонилась ко мне и шепнула на ухо:
— Но я рядом. И уходить не собираюсь.
Вильнув бёдрами в обтягивающей юбке, она прошла к двери и на пороге обернулась:
— Кто знает, может, именно с тобой я готова к большему?
Когда за ней закрылась дверь, я понял, что в чём-то она права. У меня «новый проект», и он мне сейчас по какой-то причине интереснее того, что творится на работе.
Какого чёрта я пялюсь в документацию, а думаю о том, чем они там занимаются? Ведь в первый момент, когда Диана заявилась ко мне на порог, эта идея казалась чистой воды абсурдом.
Я, как дурак, пытался въехать в правки, а потом не выдержал и сам позвонил Насте.
— Привет, у вас всё в порядке?
— Привет, — осторожно отозвалась она. — Да, вполне. Мы тут кровати смотрим. Ты не передумал?..
— Нет, конечно, — улыбнулся я. — Что-то уже понравилось?
— Даш, как тебе эта? — донеслось чуть тише.
— Красиво…
Я увидел своё отражение в стеклянной дверце шкафа и вернул себе нормальное выражение лица. Хорошо, что никто не видит, не поняли бы.
— Ну хорошо, я сегодня без задержек, часам к семи буду дома, — прокашлявшись, добавил я.
Всё это звучало как-то странно, к чему я отчитываюсь? Как будто жене звоню. Настя, наверное, тоже не поняла. Я свернул разговор и дал себе мысленный подзатыльник. Давай, Ром, чего раскис-то? В семью поиграть захотелось? Бред какой-то.
И всё равно, возвращаясь, заехал за цветами. Не знаю, что там Настя любит, попросил посимпатичнее букет собрать. А то берлога у меня слишком мужская. Только поэтому.
  
Глава 14
 
Настя
Я всё ещё улыбалась после разговора с Ромой. Он сам позвонил, поинтересовался, как у нас дела, и даже отчитался, как муж. Забавно.
— Дашуль, ну что, выбрали, значит?
Она заворожённо водила пальчиком по экрану планшета, рассматривая тот самый «принцессин балдахин».
— У меня такая будет?
— Теперь да, — я погладила её по голове.
Даша улыбнулась, и в новом домашнем костюме она была такая зайка, что захотелось её пощекотать.
Я заметила, что она слегка оттаяла и время от времени пыталась уткнуться мне в бок, как будто искала тепла. В такие моменты сердце кровью обливалось, и я обнимала её и целовала в макушку.
Как же много теряет Диана, но ей не объяснишь. У неё свои голоса в голове, что уж они там ей нашёптывают, какие гадости. Даже думать не хочу. Хватило её пьяных голосовых и бредовых сообщений в мессенджере. Я ей так и не ответила.
Позже мы вышли на прогулку в парке, и раскачивая Дашу на качелях, я спросила:
— Даш, а как тебе дядя Рома?
Она моргнула непонимающе.
— Ну, он хороший?
Она пожала плечами.
— Он добрый.
Она пока с трудом выговаривала букву «р», но старалась.
— Да, это точно, — задумчиво пробормотала я. — Добрый. А ты хотела бы с ним жить? Постоянно?
Она помолчала, а потом в глазах мелькнула грусть.
— Ты уедешь?
Я остановила качели и поторопилась её успокоить, взяв за руку.
— Я не про то, Даш, я только про дядю Рому спрашиваю. Я никуда не денусь, обещаю.
— Мы будем жить вместе? — она задрала ко мне голову, глядя с надеждой.
— Если ты захочешь, — осторожно ответила я.
Она закивала, и я от её улыбки едва не растеклась лужицей.
Мы шли по парку, пиная листья, Даша отбежала в сторону, нашла целую кучу и топталась по ним, радуясь шелесту, который они издавали.
Рядом пробежал мальчишка в ярких резиновых сапогах, не обращая внимания на лужи, и я увидела, как у неё загорелись глаза.
Я представила, что будет с её новенькими кроссовками, и думала остановить, но она даже не попыталась «нарушить правила».
— Даш, а ты по лужам побегать не хочешь? — усмехнулась я, вспомнив, как сама обожала это в детстве.
Она помотала головой, с грустью взглянув на кроссовки. Я вообще заметила, что она старалась не доставлять хлопот.
Когда мы вчера вернулись из магазина, она дважды вытерла обувь на коврике. Что-то дёрнуло меня сказать:
— Пойдём купим тебе сапожки.
В кармане у меня была карточка Ромы, ещё утром я пообещала себе, что воспользуюсь ей только в крайнем случае, но он меня поймёт, я уверена.
Я повела Дашу в ближайший торговый центр, где и купила ей, совершенно обалдевшей от этого нескончаемого потока подарков, ещё и яркие резиновые сапоги.
Её лицо надо было видеть. Её кукла так не обрадовала, как эти жёлтые красавчики. Прямо в них она выбежала на улицу и застыла перед лужей.
— Ну? — подбодрила я её.
Первый раз переступить через запрет ей было нелегко. Наблюдать за тем, как она делает первый шаг, было и забавно, и грустно.
А потом она распробовала и так развеселилась, что я не выдержала и сделала пару кадров. Отправила Роме, надеясь, что не отвлекаю его от какого-нибудь страшно важного совещания.
Как ни странно, ответ пришёл через минуту.
«Завидую», — написал он.
Я моргнула, прочитав единственное слово несколько раз, и набрала в ответ:
«Тоже хочешь?»
«Ага. А такие бывают 46 размера?»
Я рассмеялась, представив его в жёлтых резиновых сапогах, и, повинуясь идиотскому порыву, взяла и заказала точно такие же его размера. Потом пожалела и решила сделать отказ, но тут меня отвлекла Даша.
Запнувшись, она упала на асфальт, я бросилась к ней, собираясь сразу успокоить, ожидая плача, и криков. Но она сидела на земле, выставив вверх содранную ладошку, слёзы катились из огромных глаз, губы дрожали, но она не издавала ни звука.
  
И хуже всего была не ссадина, а то, что она не позволяла себе кричать, даже когда больно.
  
Глава 15
 
— Маленькая моя…
Я подняла Дашу, отвела на лавочку и вытерла кровь платком, смоченным водой из бутылки.