Регрессор №15 (СИ)
https://yandex.ru/video/preview/3950362995476367533 Danheim Sigurboði — Rúnatal
В дальнейшем подобным (и, разумеется, другим разнообразным) репертуаром я насытил концертную программу нашего ВИА, и мы даже начали гастролировать, заехав в соседнюю воинскую часть, чем принесли проходящим там службу военнослужащим искреннюю радость, счастье от невероятного творчества и незабываемые впечатления от выступления.
И, естественно, я не забывал и про моё детище «Импульс», которым в самое ближайшее время собирался подарить пару-тройку условно «новых» хитов, оные без зазрения совести должны были быть сворованы и адаптированы из групп и исполнителей, что существовали в моей прошлой истории.
Одним словом, жизнь моя тут была если не чистый сахар, то уж как минимум мёд: налажена, обустроена и вселяла уверенность в завтрашнем дне. А если учесть, что кормили в части вполне нормально, а к еде я был не особо-то и привередлив, так и вообще тут была лафа, а не служба. Поэтому уезжать отсюда совсем не хотелось. Вот не хотелось и всё!
И когда визави, пользуясь моим долгим молчанием, начал расписывать все перспективы будущей жизни на гражданке я, перебив его, так и заявил:
— Я тут, можно сказать, уже прижился! Так что если уж вам так нужно что-то снять, то ладно уж, уговорили, пойду я вам на уступки. Только давайте снимем всё это здесь.
— Где? — удивился генерал Петров, который всю тираду бывшего замминистра молчал.
— Здесь — обвёл я рукой вокруг. — Ну не в самой части, разумеется, а неподалёку — в городе. Ну, в Мурманске.
Члены переговорной группы недоумённо переглянулись.
— Саша, — через несколько секунд тишины подался ко мне Мячиков, заговорив доверительным тоном, — думаю, ты понимаешь, что столь масштабное кино, каковым должен стать «Т-2», тут снять попросту не получится. И даже если сюда приедут все актёры и привезут все декорации, это вряд ли что-то изменит — нехватка мощностей, длинный и сложный путь доставки… Всё это просто не сможет вот так сразу нормально заработать. Организовать же тут новую киностудию хотя и можно, но просто не целесообразно всё по тем же причинам — удалённость от центральных городов и северный климат. К тому же тебя давно ждёт твоё детище — киностудия в Мытищах, к строительству которой ты тоже имеешь самое непосредственное отношение! Неужели ты готов его вот так вот взять и бросить? Там всё готово для производства твоих будущих фильмов. Всё ждёт только тебя. К тому же ты был одним из призёров режиссёрского конкурса. А значит, там ты фильм снимать имеешь полное право!
— Я занял не первое место, — напомнил я.
— Ну и что! Всё равно ты попал в тройку победителей, а значит, имеешь полное право воспользоваться призом — съёмкой собственно фильма. Согласись, там будет более комфортно снимать, а, стало быть, и результат будет качественней. Согласен?
— Да, — устало ответил я, с грустью понимая, что после всего сказанного и несказанного сам уже захотел домой.
Чувство ностальгии и тоски по дому неожиданно нахлынуло на меня, утопив в водах эмоций мучающуюся душу.
«Родная квартира. Ребята из группы. Друзья. Теперь вот — киностудия, суета съёмок, а главное — бабушка и мама. Боже, как давно я их не видел! Как же это было давно…»
Однако не только ностальгия по дому стала склонять чашу весов в пользу возвращения в родные пенаты, но и холодный расчёт. После скрупулезного всестороннего анализа пришло полное понимание того, что обиды обидами, но Мячиков и другие члены комиссии правы в одном — там, в родной Москве, я смогу сделать намного больше, чем где бы то ни было. А это означает в свою очередь только одно — решение возвращаться — есть самое логичное и правильное. И решение это, по правде говоря, я принял уже тогда, как только увидел тех, кто, невзирая на чины и звания, бросил всё и приехал за тридевять земель лично за мной. Приехали, чтобы уговорить. Я, конечно, прекрасно понимал, что в столь дальнюю дорогу они отправились не по своей воле, а по воли партии, но это ни на йоту не умаляло их заслуг и трудов в такой практически невыполнимой миссии. Ведь уламывать они ехали не кого-нибудь, а того, от кого можно ожидать чего угодно. Одним словом, я решил пойти на уступки и дать себя мобилизовать на дела ратные!
— Хорошо, согласен, — сказал я, понимая, что тут главное не переиграть.
— Что⁈ Это правда⁈ — не поверил Мячиков своим ушам.
— Да, — скромно подтвердил я и, постаравшись показать всему миру, что хоть и сломлен, но не сдаюсь, чтобы все услышали, громко прошептал: — Я иду на эту жертву ради человечества.
Члены комиссии ещё не успели проникнуться величием момента, как весь драматизм сцены был полностью испорчен вредным Кравцовым, который, булькая от с титаническим трудом сдерживаемого смеха, стал рассказывать всем, что меня после психиатрической лечебницы лучше отдать работать в цирк, где таким сатирам, как я, и место.
Разумеется, такой навет меня возмутил. Не мешкая ни секунды, я собрался было вступить в дискуссию и в жарких дебатах доказать, что я не играю какую-то трагичную роль, а искренне и серьёзно переживаю за судьбу всего человечества, которое, не увидев вожделенный Т-2, очевидно, очень сильно расстроится.
Однако вступить в невооружённую борьбу мне не дал уже Мячиков.
— Прошу прекратить прения сторон. Васин согласился возвращаться и на этом вопрос закрыт, — он пододвинулся ко мне ближе и доверительным тоном произнёс: — От меня в Минкульте требуют срочного ответа. Они прямо сейчас сидят у телефона и ждут. Им нужен ответ на вопрос: у тебя есть сценарий для этого второго фильма про робота-убийцу или его нужно ещё написать?
— Есть, — ответил я, решив отвечать односложно, потому как язык уже начал болеть от постоянных разговоров.
— Но он хороший? Где он находится? В твоей московской квартире?
— В голове, где ж ещё? — удивился я. — Что же касается качества, то без лишней скромности скажу, что он превосходный.
— А когда ты его сможешь изложить на бумаге?
— Как приедем — сразу же и займусь.
— Гм, ну ладно. Так и сообщу, что займёшься в самое ближайшее время. — Сам себе кивнул новоиспечённый директор киностудии и указал на меня пальцем. — Но ты имей в виду — у тебя зелёный свет! Мы тебе поможем со всем, что только потребуешь. Найдём лучших писателей, сценаристов, режиссёров. Вообще всех, кто нужен, подтянем. Ты только скажи!
— Спасибо, не надо! Тем более вы уже как-то подключали одного, — отверг я предложение начальства, вспомнив про одного хитрого писателя, который, решив примазаться к моей славе, написал бездарный сценарий продолжения на «мою» первую картину про киборга, а сам подумал:«Уж что-что, а сплагиатить „Т-2“, я как-нибудь сам справлюсь. Тем более что тот фильм является одним из моих любимых и помню я его весь буквально наизусть… Разве что… О, точно. Вторую-то часть в том будущем вроде как ушлые журналисты заспойлерили. Выдали в интервью замысел Кэмерона про „хорошего киборга“ ещё за полгода до выхода фильма на экраны, а уж тут я подключу сам всемогущий Комитет, чтоб никто, вот вообще никто до первого сеанса и не знал даже, что будет такая вот загогулина! И вообще у каждого кинотеатра будет милиционер дежурить, чтобы не разглашали стратегически важные детали сюжета!».
— Без вопросов! Сам — так сам! — поднял обе руки, словно сдавался в плен, мой отныне непосредственный начальник, который по совместительству ещё был и потенциальным тестем, выдёргивая меня из пространных планов на будущее. — Теперь сразу давай подумаем о том, что нам нужно будет делать дальше.
— Так мы ж в Москву летим, — удивился я.
— Да-да, но я не об этом. Я о твоих планах. Я ж тебе говорил: от меня ждут срочного доклада. Что мне им сказать? Какие фильмы ты собираешься снимать после второго «Терминатора»?
— Скажите, что две комедии будем снимать.
— Ну да, ну да, — закивал тот. — Но потом-то что? У тебя есть ещё какие-то задумки о продолжении?