Скажи, что ты моя (СИ)

Иначе с чего бы ему смотреть на меня так, словно я Родину предала, и теперь придётся расплачиваться?!
Танцы для меня закончились.
Начались переживания!
— У-ууу… — сопроводил мою капитуляцию недовольный прерванным развлечением народ вокруг.
Но я про них уже позабыла. Разве что не о тех из ребят, кто помогал взобраться на барную стойку. Самой-то мне с неё не слезть. Тем более, что я даже без обуви.
Куда делись туфли?
Как назло, совершенно не помнила, в каком направлении они улетели, когда я их скидывала. Зато довольно ловко воспользовалась подставленным плечом и протянутой в помощь рукой. За то же плечо я и спряталась, судорожно соображая, смогу ли скрыться ещё дальше из вида вездесущего начальства, если так и останусь босиком. Рискнуть? Или всё же сдаться с повинной?
— Вот же… — выругалась тихонько себе под нос.
Ведь ни то, ни другое не устраивало. А пока я размышляла на тему возможного спасения, генеральный моё временное убежище обнаружил и стало слишком поздно.
— Юлиана, — раздалось совсем близко, перед тем самым плечом, за которое я позорно пряталась.
Надо отдать должное, плечо осталось непреклонным и продолжило прикрывать меня в такой же позиции. И ещё одно, принадлежащее другому парню, к нему придвинулось.
— Мужик, тебе чего? — отозвался вместо меня тот, что повыше. — Не видишь, девушка занята.
Лично я бы на его месте такими громкими словами не разбрасывалась. Особенно в адрес того, кто терпимостью ни разу не отличается. Но они ж не я. А все мои начавшиеся возражения по этому поводу оказались напрочь проигнорированы.
— Занята? — вкрадчиво уточнил Константин Владимирович.
— Ты глухой? — усмехнулся второй из парней. — Надо повторять дважды? Сказал же, занята. Найди себе другую. Эта — уже наша!
Не видела лица того, кому адресовалась озвученная насмешка, но как наяву увидела расползающуюся по его губам встречную обманчиво ласковую ухмылку. И прекрасно знала, что обычно может следовать за этим, особенно в свете того, о чём шёл разговор.
Вот и…
— Не надо! — спохватилась, пока ещё не поздно. — Не так уж и занята! — поравнялась со своим боссом. — Всё в порядке, — оправдалась перед заступившимися за меня ребята в целях наступления мировой и разрешения всех возможных конфликтов. — Он — мой…
Не договорила. Банально не успела. Меня опять никто не слушал. Полетевший кулак — куда быстрее моих слов. Я даже не поняла, кто из них первым начал драку. Хотя публичное избиение младенцев дракой вряд ли назовёшь. Закончилось всё также быстро, как и началось. Я только и успела вскрикнуть на эмоциях, а плечо, за которое держалась когда-то, оказалось вывихнуто, после чего его обладатель свалился к ногам генерального директора. Второму повезло чуточку больше. Он остался стоять на ногах. По той простой причине, что ему упасть не позволили. Удар под дых сложил парня пополам, а приглушённый стон погас в громких басах звучавшей музыки. Заметившая всё это безобразие охрана подоспела к моменту, когда жертва обстоятельств пыталась отдышаться.
— Всё в порядке. Закашлялся просто, — похлопал ему по плечу Константин Владимирович, прежде чем отпустить. — Не здоровится, видимо.
Бравые ребята в чёрном ему не особо поверили. Требовательно уставились на жертву, то есть на болезного. Тот вяло, но кивнул в подтверждение. Видимо знал, что в обратном случае выставят отсюда всех и сразу.
— А этот? — сосредоточились на том, который всё ещё не поднялся на ноги.
В себя тоже, если и пришёл, то паршиво. Сцепив зубы, тихонько ругался, держась за повреждённую конечность. Подниматься не рисковал.
— Запнулся, упал, — сообщил его друг, наконец, полноценно разогнувшись, — пока туфли её искал, — заодно и повод придумал.
Все взгляды близприсутствующих скрестились на моих босых ступнях. Что сказать… величина меры моего стыда только что поднялась на новый уровень. Особенно в свете того, как находящиеся позади всего этого безобразия девчонки сидели с приоткрытыми ртами и как-то очень уж нездраво одобрительно пялились на моего босса.
 
— Увидимся завтра? — предположила Даша.
— Хороших выходных! — предала меня и Карина.
Только Марина ничего не сказала, просто подала мне мои туфли, а затем демонстративно помахала ручкой на прощание, когда не сильно-то подобревший генеральный директор потащил меня за собой на выход из клуба, едва я обулась.
Да, всё такой же злющий, как тысяча чертей…
Но это даже хорошо!
Отрезвило.
Вместе с…
— Что случилось? — мрачно осведомился он.
Как тащил за собой за руку, так и не отпустил даже после того, как духота ночного заведения сменилась ночной весенней прохладой, а мы оказались на парковке.
Могла бы спросить его о том же!
Иначе с какой стати…
Вот это вот всё!
Но не спросила.
— А с чего вы взяли, что что-то непременно случилось? — огрызнулась.
До его появления ведь всё было как раз в полнейшем порядке. А он… зачем явился вообще?
— Ты пьяна, — только и сказал.
Могла бы отпираться и дальше, заверить, что он совершенно не прав, поскольку пьянство — ещё не признак и следствие обязательной катастрофы. Но почему-то соврать в очередной раз не вышло.
— Расставание случилось, — вздохнула. — Не самое приятное. Отвратительное даже. Хуже не придумаешь.
До принадлежащего ему внедорожника оставалось не так уж и далеко. Чёрный Кадиллак Эскалейд выделялся среди прочих стоящих здесь модных и ярких суперкаров не только своей высотой, но и суровой лаконичностью. И чем ближе он к нам становился, тем всё меньше у меня оставалось шансов избежать попадания туда этой ночью.
— А что вы здесь вообще делаете? — задалась вполне закономерным вопросом.
Если буду знать причину, глядишь, станет куда легче вернуть всё вспять и уговорить своего босса больше не беспокоиться на мой счёт.
Он ведь поэтому приехал?
Помнится, несмотря на жёсткость его характера и требовательность в исполнении поставленных задач, он всегда заботился о своих сотрудниках. Не припоминала, правда, чтоб прям самолично, но всё же…
— Следую твоим инструкциям, — отозвался Константин Владимирович.
— Каким еще инструкциям? — удивилась, притормозив.
Нет, не потому, что решила прервать разговор и всё-таки вернуться обратно в царство льющейся рекой текилы и драйвовой музыки, невзирая на его мнение. Просто мы дошли. Остановилась вместе с боссом. Аккурат напротив дверцы, за которой располагалось переднее пассажирское кресло.
— Тем самым инструкциям, при которых ты собиралась подцепить себе первого встречного мужика, потом соблазнить его, а потом провести с ним самую незабываемую ночь в своей жизни, — щёлкнул кнопкой разблокировки сигнализации, отчего габариты автомобиля приветственно моргнули, — а оставшуюся часть своих законных выходных страдать похмельем. И мне того же пожелала, — припомнил мне и это, выдержал небольшую паузу, за которую открыл дверцу. — Глядишь, отдохну и стану добрее, — усмехнулся всё также мрачно, разворачивая меня к себе лицом.
Что я там про величину меры моего стыда прежде вещала? Вот теперь она точно стала выше некуда!
— М-мм… — всё, что я сумела выдавить в своё оправдание, глядя в серые проницательные глаза.
Но то я!
У него очень даже нашлось, что ещё мне сообщить:
— И раз уж так вышло, теперь наши с тобой планы на ближайшие два дня полностью совпадают, Юлиана, — поведал, прежде чем запихнуть в машину.
  
Глава 4
 
За боковым окном мелькали огни ночного города, и чем дольше я на них смотрела, тем всё реже они заново вспыхивали перед моими глазами, постепенно и вовсе смазывались в единое жёлто-чёрное пятно. Не только потому, что у меня начала кружиться голова, а к горлу подкатывала тошнота от высокой скорости, которую держал Константин Владимирович. Мы выехали на загородное шоссе, и я бы непременно поинтересовалась у своего начальства, откуда у него вдруг проснулись повадки истинного маньяка, раз он меня увозит в неизвестном направлении, ничуть не потрудившись сообщить, куда именно мы едем, и почему он просто не отвёз меня ко мне домой, но каждый раз, когда я собиралась с силами и храбростью, мой телефон оживал то звуками входящих сообщений, то и вовсе звонков: обычных, через аудио-мессенджер, по видео… Беляев никак не воспринимал мой тотальный игнор, очень уж навязчиво пытаясь со мной связаться. И пусть я до сих пор была на него очень зла, с удовольствием бы выплеснула на него всё своё негодование за случившийся по его вине позор на глазах у многочисленных посетителей кофейни. Решила, что не стоит оно того. Уж лучше просто забуду. Что бы он мне не сообщил, и как бы не оправдывался, факт остаётся фактом, он — женат, а я любовницей женатого мужчины становится точно не стану.