Кот в мешке и прочие неприятности (СИ)

— Ну что же ты, хороший? Выходи, — я подошла ближе к псу, медленно, чтобы не напугать. Кто знает, как тут над ним, бедолагой, успели поиздеваться. Дог и не думал нападать. Он благодарно ткнулся горячим носом в мою открытую ладонь, но с места так и не поднялся.
Сам не дойдет точно. И бросать не хочется, оставлять на произвол судьбы. По маленькой комнате я заметалась сама как раненый зверь. Должен же быть выход, хоть какое-то решение.
Когда было плохо Килану, я его перенесла в дом в старом отрезе ткани. В случае с несносным Вестером это, быть может, было больше из соображений брезгливости, а с догом, который гораздо крупнее лесного кота, должно было помочь.
В углу было несколько старых деревянных ящиков. Тряпок там, увы, не оказалось. Попыталась поднять один из них. Сносно, но с догом внутри точно далеко не унесу.
— Р-р-р, — затарахтел Бон рядом с деревянной паллетой.
Я привыкла доверять своей интуиции, а уж чутью Бона тем более. Под деревянным импровизированным настилом оказался люк. К небольшому замку на нем легко подошел один из ключей моей увесистой связки.
Внизу было темно, в небольшом пятачке света виднелся только обрывок лестницы, уходящей вниз. Не видно ни зги, да и не слышно в общем-то ничего. Разве что небольшой шорох, который можно легко объяснить сквозняком.
Лезть туда не было никаких видимых причин, вот только я это я и вдобавок центнер нездорового любопытства и тяги к приключениям на пятую точку. Я сомневалась, что живодеры спрятали в подвале еще каких-либо животных, но если был хоть призрачный шанс спасти еще кого-то, я не могла сидеть сложа руки.
— Бон, — первым делом я обернулась к своему верному другу. — Мне нужно проверить, что там. Ты со мной пойти не сможешь, — я то ли уговаривала пса, то ли отдавала команду. — Тем более, мне понадобится твоя помощь.
Бон повертел головой по сторонам и завилял хвостом. В отцовском гараже, который я когда-то благополучно приватизировала под собственную мастерскую, мой помощник таскал для меня гаечные ключи и ящик с инструментами. Здесь же обстановка к такому не располагала. От того дружок и не понимал, что от него требует хозяйка.
— Ты должен уйти, малыш, — пес навострил уши и зарычал, ему совсем не нравилось, что я говорила. — Беги, приведи помощь.
Пес в нерешительности переминался с лапы на лапу и тогда я решилась пойти на крайние меры. Схватила первую попавшуюся пустую бутылку, коих тут было в избытке, и бросила ее в Бона. Не ожидая от меня такой подлости, пес даже не успел увернуться. Тогда я схватилась за новый снаряд, показательно замахнулась им что было сил. Бон подскочил на лапы, поджал хвост и прижал уши к голове. Теперь я бросала бутылки рядом, нарочно стараясь промахнуться, но заставив его тем самым уйти. Медленно, шаг за шагом, недоверчиво оглядываясь на меня, Бон подошел к двери, а затем засеменил прочь.
Только когда пушистая холка верного друга скрылась из виду, я позволила себе расплакаться. Прости меня, мой любимый Бон, так было нужно. Если я еще могу снискать прощения у хозяев этого логова, то собаке точно не сдобровать. Бона вообще не следовало брать с собой.
Подхватив единственную керосиновую лампу, я нерешительно остановилась у люка. Из небольшого темного зева тянуло сыростью, воздух казался затхлым и спертым. Набравшись смелости и сделав глубокий вдох, я стала спускаться.
Поначалу мой скудный светоч не выхватывал из темноты ничего интересного. Старые стены, облупившаяся штукатурка, местами наружу пролазила зеленая плесень. Потолок в подвале был невысоким. Я и сама могла выпрямиться во весь рост с большой натяжкой, временами рискуя набить себе шишки. Сразу в углу, у лестницы, громоздились друг на друга деревянные поддоны. По их обветшалому виду было понятно, что забыли их тут достаточно давно.
На первый взгляд ничего необычного. Может и зря я затеяла эту игру в супер-спасителя.
— Булочка? — тихий шепот за моей спиной заставил меня забыть как дышать.
Нет-нет-нет. Это не может быть правдой.
В противоположной стороне было несколько самых настоящих камер, не тронутых ржавчиной или плесенью. Они смотрелись здесь чужеродно, но в суровой реальности имели место быть. И в крайней их них, прижавшись вплотную к стальным прутьям, стоял Килан.
 
  
Глава 28. Лицом к лицу со злом
 
— Что ты здесь делаешь?! — я подскочила к решетке, даже не заметив, как под ногами удивленно пискнула толстобрюхая крыса.
— Я мог бы задать тебе тот же вопрос, — Килан иронично улыбнулся и тут же скривился, словно от боли.
Вестер выглядел потрепанным, а из-за скудного освещения и вовсе на жильца был не похож. Одежда была местами порванной, грязной и висела на нем, как на скелете. Круги под глазами, рассечение на лице. Жалкое зрелище. Душа разрывалась на части от противоречивых желаний. Хотелось утешить, коснуться, ободрить и ругаться, биться в истерике за то, что он позволил такое с собой сотворить. Вместо этого я застыла напротив, робко протягивая руку сквозь решетку. Вестер коснулся моих пальцев, перехватил мою руку. И уже через миг мы самым невообразимым образом крепко обнимались, не взирая на стальную преграду между нами.
— Как давно ты тут? И как тебя угораздило вообще? — сдержаться не получилось и я дала волю эмоциям.
— Давненько, — хмыкнул оборотень, ловко перехватывая мои ладони, потому как я твердо вознамерилась вытрясти с него всю правду. — Приблизительно двадцать тысяч капель с ржавой трубы, — отшутился он. Откуда только силы на это берутся?
— Но как?!
— Шел вызволять принцессу, да дракон оказался не по зубам. Или я ему, вот и маюсь тут.
Я тяжело вздохнула, поняв, что вразумительных ответов от Килана сейчас точно не дождусь. Устало прикрыла глаза, склонясь ближе. Мы стояли около минуты, молча, лишь соприкоснувшись лбами и не разнимая рук.
— Мне сказали, что ты ушел. Я думала, ты в Вольнице… Не зря почувствовала что-то неладное, когда узнала, что ты там даже не появлялся. Если бы я только знала…
— Ты бы ничего не могла исправить, булочка, — мягко перебил меня кот, заправляя мои выбившиеся пряди за ухо. — А разделить с тобой свою скромную обитель я не горю желанием.
Браваду оборотня я не разделяла, только хмуро взглянула на него исподлобья. Килан же продолжил:
— Из Дарбурга я сбежал в тот же вечер. Хотел догнать, сказать, что передумал, что готов уехать вместе, а там будь, что будет. Но, посчитав это малодушным порывом, понесся в противоположную сторону. Чем дальше убегал, тем хуже мне становилось. На луну хотелось выть, когда внутренности все словно скручивались в узел. Возвращался и становилось легче. Пробовал снова и возвращался, как побитый щенок, поджав хвост. Тогда решился найти тебя, разобраться…
— Человека в столице? Проще иголку в стоге сена найти, как тебе удалось? Нашел адрес у моих родителей?
— На удивление очень легко и даже без сторонней помощи. Я чувствовал себя компасом, где ты была моим персональным севером. В любое время дня и ночи, в любую погоду, я чувствовал верное направление.
— Почему ты не сбежал?
— Как ты себе это представляешь? Я всего лишь иной, а не волшебник, — и снова его неуместный сарказм.
— Превратись в кота, например. Ты легко пройдешь через прутья, — я чуть не запрыгала от радости от казавшейся мне гениальной идеи. И чего, спрашивается, стоим тут разговариваем? Давно бы уже были на свободе.
— Уже не могу, пирожок, — почти прошептал он в ответ, не поднимая глаз. Но в тишине, прерываемой только каплями откуда-то с потолка, я легко услышала его слова. — Я больше не могу оборачиваться. Он…
Договорить, что с ним успели сотворить здесь, Килан не успел. Наверху послышались шаги, мгновение и в люк заглянул луч света. Наверное, зря я оставила его открытым. Теперь у нас нет никакого шанса пустить преследователей по ложному следу…
Пока мы сами оставались в тени, человек, спускающийся по лестнице вниз, был как на ладони. Начищенные до блеска ботинки, отутюженные брюки, камзол по последнему писку моды. Лощеный, как самый настоящий аристократ, хоть на самом деле таким и не являлся, Тобиас Мор. Он не скрывал от меня, что с помощью Фина пытается лоббировать нужные ему самому законы в парламенте, кто знает, что еще он вытворяет за спиной Гарана.