Карачун 95 (СИ)
— На втором этаже рабочие помещения и зоны реинкарнации, а на третьем — зал совета и кабинет рейхсканцлера.
— Отлично, тогда идем сразу на третий. Будем решать проблему кардинально.
— А нам-то что теперь делать? — неожиданно заговорили забытые всеми оруженосцы.
— Выполнять приказы начальства! Идти вперёд и умирать на благо отечества! — ответил я.
— А если мы не хотим? — взбунтовались вояки.
— Тогда станете продолжением змея.
— Как говорится — кто не хочет идти вперёд с гордо поднятой головой и героически принимать все невзгоды на грудь, тот — пойдет раком. — пафосно выдал я.
Вояки посмотрели на ужасную конструкцию из бомжей и понуро поплелись вперёд.
Глава 21
Second Floor
Были демоны, мы этого не отрицаем. Но они самоликвидировались!
Жорж Милославский
Бомжезмей отправился скрести по сусекам, вычищая весь первый этаж и подвальные помещения от затаившихся врагов и прочих нежелательных элементов, ну, а мы, дружной ордой, двинули на второй. После пар часов блужданий, мы оказались перед здоровенной картиной прямо посреди главного холла. Как оказалось, лестница скрывается прямо за ней.
Новоявленный генерал КГБ Жиллиман подошел к обнаженной жирной и потной деве, изображённой на полотне и громогласно прочитал пароль:
— Выборы, выборы, кандидаты — пидоры!
— Самокритично. — прокомментировал Зевс.
— А чего им стесняться? Здесь чужих быть не должно. — согласился я.
Картина немедленно отъехала в сторону и нам открылся широкий пролёт мраморной лестницы, освященный висящими на стенах магическими факелами. Какая-то дичь у них с освещением! В одной комнате электрические лампочки, в другой — свечи, а здесь вообще не пойми что. Местный завхоз похоже знатный наркоман, потому что такое даже воровством не объяснишь!
— Хитро придумано! Я одно не пойму, а нафига делать секретную дверь на первом этаже, если обычные посетители имеют доступ на второй? — сказал я, поднимаясь по ступеням.
— Так и на втором есть, двойная защита! — ответил Жиллиман.
— Что-то она не сильно помогла. — отметил я.
— Ну, раньше всех кто без приглашения попадал на первый этаж удавалось быстро уничтожать. — сказал комиссар.
— Так и знал, что я особенный! — самодовольно произнёс Зевс.
Второй этаж меня немного удивил: больше всего он напоминал типичное отделение городской поликлиники. Повсюду кабинеты с номерами, здоровенные фикусы в горшках и вазонах, цветастые паласы на полу, лавочки и очереди из многочисленных душ, ожидающих своей реинкарнации. Странно, но охраны здесь не было совершенно. Я-то ожидал очередных боёв, а здесь тишь да благодать. Лишь посетители этой больнички, удивленно пялящиеся на наш внешний вид: все в кровище, чужих кишках и прочих нетипичных для общественных мест субстанциях. Ну, а чего они хотели? Победа легко не даётся!
— Ну и куда мы идем? разве лестница на третий не должна находиться там где и на второй? — спросил я топающего вперед Жиллимана.
— Тут всё сложнее! На третий так просто не попасть, туда нет лестницы. Только телепорт и тот весьма специфический. Для того, чтобы его активировать нужно получить талончик!
— И в чем проблема? Давай отберем у кого-нибудь! — предложил я.
— Не выйдет, это особенные талончики. Их не отберешь! — ответил он.
— Да какие еще особенные? Давай рассказывай! — разозлился я.
— Идем, сам всё поймёшь. — как-то подозрительно ухмыльнулся примарх.
Через пару минут мы подошли к большому стеклянному бюро с надписью «РЕГИСТРАТУРА». За перегородкой, как и положено сидели несколько тучных теток с химическими кудрями на головах и усиленно работали: пили чай с тортиком, играли в пасьянс косынку, болтали о мужиках и лишь изредка отвлекались на очередь из посетителей.
— Ну приехали! Ещё и тут в очереди стоять? — посмотрев на этот цирк воскликнул я.
— Иначе никак. Правила для всех едины! — развел руками примарх.
— Ты же комиссар, должны по блату пропустить! — меня посетило озарение.
— А вот и нет, ты мне класс и должность испортил, теперь я тут прав не имею. Придётся вместе со всеми в очереди чалиться. — ответил он.
— Эх, будто домой попал… — вздохнул я, вновь окинув взором пространство.
— Ты что уже бывал в подобных местах? — удивился Зевс, и принялся нежно грызть деревянную стойку.
— О, я и не в таких бывал! У нас было гораздо хуже! — ответил я и принялся рассказывать одну занятную историю из своего сумасшедшего детства.
[ОИ]
Было мне тогда от семи до десяти лет, точно уже не помню — до того, как начал бухать, с памятью было плохо. Нельзя сказать, что после стало лучше, но по крайней мере какие-то фрагменты стали сохраняться… Одним теплым летним деньком случилась со мной беда — появилась аллергия, а на что непонятно. Из носа сопли текут, глаза чешутся и краснеют, а на руках красные пупырышки лезут. Ужас несусветный. Вот бабка и потащила меня в детскую поликлинику.
Больничка находилась прямо посредине нашего района и была весьма примечательна — уродливое серое здание, находящееся между засранными гаражами, сауной со шлюхами и старыми сталинскими бараками, в которых жили непонятные чумазые существа, называвшие себя научными сотрудниками кафедры экспериментальной физики. Все нормальные люди обходили это место стороной, но нам пришлось рискнуть…
Войдя внутрь, моя бабка профессионально обложила матом охранника, техничку и отвесила леща тетке, посмевшей высунуть нос из регистратуры и спросить: есть ли у нас запись. Бабуля была истинным мастером своего дела — сидя на лавочке возле подъезда и вступая в диалог с прохожими, она была настолько убедительна, что даже монашки из ближайшей церкви начинали верить, что они наркоманки и проститутки. Стоит ли говорить о простых людях? Они были готовы согласиться на всё что угодно, лишь бы она заткнулась! Вот и в тот раз, ее хитрый маневр позволил нам беспрепятственно попасть на второй этаж и оказаться на приёме у врача-аллерголога.
Здесь нас встретила молодая врачиха, в тонком белом халатике на голое тело и пятидесятилетний усатый главврач, пытавшийся этим телом овладеть. Он быстро орудовал руками между ее ног и шептал что-то соблазнительно на ухо. Врачесса неприязненно морщилась, но мужика не прогоняла. Видимо боялась увольнения. Наше появление стало для них полной неожиданностью: закрытая на замок дверь не выдержала мощного бабулиного пинка и с грохотом распахнулась. Аллергичка испуганно завизжала, а главврач схватился за сердце и упал на пол. Бабуля не стала с ним церемониться: схватила за шиворот и без лишних разговоров выкинула за дверь.
Альбина Ивановна, поблагодарила нас за спасение и с небывалым рвением принялась выслушивать мои жалобы, блестя мокрой промежностью. Оказалось, что для выявления причины аллергии нужно сделать «пробы». Ради нас она даже расщедрилась на новый набор «западных» препаратов и действо началось.
Она аккуратно нанесла пару десятков колото-резаных ран на мою руку, а после начала издеваться, капая на них различными аллергенами. Я стоически терпел унижение, отступать было некуда — выход из кабинета заслоняла бабка. По завершении процедуры мне пришлось посидеть пятнадцать минут в томительном ожидании, а после началась проверка результатов.
— Очень странно! — вещала врач, рассматривая мою руку, покрытую красными бугорками разного объема.
— Все реакции на обычные аллергены в пределах нормы, разве что манная каша выделяется. Видимо у вас где-то возле дома захоронение этой гадости.
— Так мы ж ее на завтрак готовим! Три раза в неделю. — ничуть не смутившись ответила бабка.
— Да вы с ума сошли! Манная каша уже пять лет как признана биологическим оружием! Немедленно позвоните в мчс и вызовите утилизаторов! — разъярилась докторша.
— Ладно-ладно, голубям скормлю…ее осталось-то всего двести кило… — пробурчала бабка.