Чистилище. Трудовик (СИ)

— Хм, значит, за пятерых разумных прибавляется единица. Подскажи, с какой стороны вы пришли сюда? — спросил я, чувствуя, что разговор пора заканчивать. — И ещё, какое расстояние между перекрёстками?
— Так вот, по этой тропе, — мужик указал рукой налево. — А расстояние, так по-разному. Где километр, а где и четыре. Слушай, я далеко не ходил, там твари слишком лютые бродят. Им ваша группа, даже с огнестрелом, на один зуб.
— Так, вы нас не видели, мы вас не убиваем. Договорились? — я склонился к мужику, растерянно рыскающему взглядом в разные стороны. Встретившись со моими глазами, он резко побледнел.
— Д… договорились.
— Ну, тогда прощайте. И молите Демиурга, чтобы мы больше не встретились, — я помог Тамаре вновь усесться на мою шею. В этот момент глубоко в тупике, откуда мы только что вышли, что-то гулко ухнуло. Повернувшись к своему отряду, я приказал: — Набираем свежей воды и уходим. По широкой тропе.
— Это, чуть самое главное не забыл, — крикнул мужик нам в спины, когда мы уже наполнили фляги и двинулись прочь от поляны. — Гром! Бойтесь грома! Если услышите, бегите к ближайшему перекрёстку, иначе вас перетрут стены!
— Что значит — перетрут? — спросил Андрей.
— Ну, они сомкнутся, и все, кто попался в ловушку, погибнут. Обычно такое происходит, если долго сидишь на одном месте. Кого перетёрло, их больше никто не видел, как и тех, кто оказался в оазисе во время реинкарнации. Ну и еще одно. Здесь зоны воскрешения расположены на перекрёстках. Так вот.
— Благодарю, — крикнул я в ответ.
— Да не за что. Мне только что три десятка единиц кармы прилетело, — отозвался мужик и отвернулся, что-то говоря своим друзьям. Странный он. Ведь я только что смотрел ему в лицо, а через десять секунд не могу его вспомнить. И это не способность, просто человек безликий. Так бывает.
— Идём до торговой лавки? — поинтересовался Андрей, нарушив молчание.
— Надо бы. Но не сейчас. Судя по рассказу работяги, стоит озаботиться набором единиц кармы. А это значит, придётся убить изрядное количество тварей. Здесь, как я понял, всё разделено на сферы влияния, и каждая группировка не очень рада чужакам. Нужно пройти вперёд, подальше от окраин лабиринта. Скорее всего, там мы получим больше информации.
— Идём через лес? — уточнил разведчик.
— Да. Пока не разберёмся в местной иерархии, лучше не светить группу.
Казалось бы, что может случиться с отрядом, неспешно продвигающимся по довольно узкой лесной полосе? Видимость более ста метров, шума не издаём, сами слушаем в оба уха. А вот наверх посматривать не догадались. Ну не было в чистилище деревьев — и тварей, способных по ним лазить, тоже.
Пронзительный крик, раздавшийся сверху, неожиданно подействовал на Андрея, идущего впереди, и Тамару. Разведчик рухнул на землю, как подкошенный, а снайперша чуть не свалилась вниз с моих плеч, еле успел её подхватить. Это и спасло меня.
Крясь! — что-то тяжёлое грохнулось сверху на спину моей «наездницы», и та, громко в крикнув, обмякла. Позади прозвучал хлопок тетивы, а следом чавкающий звук, словно лезвие вспороло чью-то плоть. Кто-то завизжал, противно, мерзко, не по-человечески. Не церемонясь, я сбросил Тамару со спины на землю и одним ударом ноги раздавил тварь, вцепившуюся в шею Тамары.
Мерзость. Ящер сантиметров шестьдесят в длину, с длинными когтистыми лапами. Этакий хамелеон-живчик. К тому же он действительно менял окрас, подстраиваясь под окружающую среду. А ещё этих тварей было много, гораздо больше, чем нас.
Перешагнув через снайпершу, я дернул одной рукой рукоять боевого серпа, а второй из нагрудных ножен метательный нож. Широким взмахом дотянулся до второго ящера, усевшегося на спину Андрея и пытающегося добраться до позвоночника. Камрада спас рюкзак, наглухо перекрывший доступ к телу.
Моё оружие легко развалило тварь, не встретив сопротивления. Зато кровь, хлынувшая из ран, зашипела, вспенившись на рюкзаке. Твою же мать, да это кислота. Я тут же обернулся назад, чтобы убедиться, что Дарья с девчонками выжила. Они втроём встали спина к спине, ощетинившись оружием, и внимательно осматривались по сторонам, не забывая поглядывать наверх.
  
Убедившись, что дамы и сами хорошо справятся с возможной опасностью, я в пару шагов подошёл к Андрею и повернул его набок. Кровь продолжала разъедать рюкзак, и я, не церемонясь, срезал обе лямки и оттащил разведчика подальше от опасной жидкости.
— Ы-ы-ы, — еле слышно промычал боец и попытался пошевелиться. Чёрт, да его парализовало наглухо! Похоже на ментальную атаку. Нас, впереди идущих, зацепило, но у меня сработал иммунитет. Девчонок позади не затронуло, значит, вне зоны поражения.
— Лежи, не дёргайся, скоро должно отпустить, — приказал я и переместился к телу Тамары. Она была мертва, о чем говорило отсутствие одежды и винтовки. Склонившись над убитой, увидел у неё на спине следы от укуса. Сука, так эти твари ещё и ядовиты? Что ж за твари тут обитают? Какие-то лютые. Правда, и мы уже не простые бессмертные. Да, наше перемещение по лесу, судя по всему, отменяется. Придётся выбирать — или ползти, пугаясь каждой тени, или увеличивать отряд и идти напролом, зачищая всё на своём пути. Да, нужно найти спокойное защищённое место и как следует подумать. А пока разобраться, кто нас атаковал ментально. Не верю я, что одному виду тварей досталось столько хороших способностей.
— Дарья, что говорит твоё ощущение опасности? — спросил я. — Почему не сработало?
— Не знаю. Наверное, меня как-то заблокировали, — предположила напарница. — Я опасность почувствовала, когда Андрей уже упал.
— Стойте на месте, в моём направлении чтобы ни шагу! Зоя, посмотри на деревьях, у тебя зрение получше. Где-то засела ещё одна тварь, которая атакует ментальной способностью. Если нападут ещё ящеры, не позволяйте себя укусить, они смертельно ядовиты.
— Мой рюкзак! — воскликнул разведчик. Пришёл в себя, это хорошо. — Что в нём дымит?
— Хана ему, там всё кровью тварей залило, — сообщил я. — Она как кислота, если не хуже, всё разъедает.
— Это чем меня так приложило? — Андрей медленно поднялся на ноги, держась при этом за голову. — Ощущение, словно кувалдой ударили. Мозги в кашу, вообще не соображаю.
— Думаю, нам следует поднажать до следующего перекрёстка. Не знаю, сколько до него осталось, но, если промедлим, Тамара возродится на поляне-пустышке, и ей придётся застрять там, пока не погибнет вновь. Думаю, у нас есть часов десять, если здесь время ожидания не изменилось. А потому сейчас мы выходим на тропу и в темпе двигаемся вперёд.
— Рюкзак жаль, — проворчал разведчик, подбирая оброненное ружьё. Затем он подошёл к рюкзаку и пнул его ногой. — Ты смотри, даже кружку эмалированную раз…
— Попался, — перебил я Андрея, метнув нож в ящера-менталиста. Крупная, более метра, тварь притаилась на стволе дерева, обхватив его всеми лапами и замерев на высоте человеческого роста. Если бы я не вспомнил про только что открытую вторую способность жнеца, вряд ли бы удалось найти зверя. А так, вспомнив об атаке со стороны вожака, я мысленно приказал твари сбросить невидимость и, как только она выполнила приказ, метательным ножом пригвоздил к дереву, не давая удрать. Затем, в два прыжка преодолев разделяющее нас расстояние, рубанул серпом наискось, сверху вниз, одним ударом прикончив тварь. Успел.
— Ты смотри! — удивился разведчик. — Да я в упор на неё пялился и не увидел. Вот это маскировка!
— Способность. И не одна. Эта тварь тебя на землю свалила. — Я повернулся к Дарье и девчонкам: — Дамы, через минуту выдвигаемся. На тропу, и по ней до перекрёстка. В темпе, время поджимает! Зоя, ты замыкающая, Женя, идёшь первой, при случае активируешь ауру одного из кинжалов. Слушаем внимательно мои команды. Андрей, ты как, идти сможешь?
— Я в порядке, — подтвердил камрад. — С каждой секундой становится легче.
Идти по открытой местности оказалось намного проще. Или же нам повезло, потому что до самого перекрёстка, а это километра четыре прямой, как стрела, тропы, нам не попалось ни одной твари. Зато у самого перекрёстка нас ждала стая рыжих, гладкошёрстных псов. И тут мы ещё раз убедились, что стычки в чистилище и здесь происходят абсолютно по-разному. В лабиринте твари действуют организованно, потому что собираются вокруг вожака. В лесу это была большая ящерица, а здесь двухголовый пёс.