Дьявол в маске

Уилл склонился над рукой мисс Уинстед.
— Ах, ваша светлость… — пролепетала она, вставая с табурета. И в смущении замолчала, так как Уилл все еще не выпускал ее руку.
— Я самый преданный поклонник музыки. А вы… — Герцог указал на табурет, предлагая ей снова сесть. — Вы по-настоящему талантливый музыкант. Пожалуйста, одарите нас еще одной пьесой. Не лишайте мир вашего таланта.
  
Мисс Уинстед густо покраснела, хихикнула и уступила просьбе. Усевшись, она порылась в нотах, потом воскликнула:
— Вот, нашла!..
Уилл оставил ее и стал между Шарлоттой и Люсиндой. Все трое тихо поаплодировали, пока мисс Уинстед приготавливалась.
— И в какую игру вы играете? — спросила Уилла Люсинда, прикрывая лицо веером.
Мисс Уинстед начала играть пьесу Генделя, по тому особому энтузиазму, с каким она колотила по клавишам, было видно, что ей очень польстило внимание герцога.
— Ваша мисс Уинстед — прекрасная пианистка по сравнению с большинством молодых женщин, — пробормотал Уилл. — Если Раутон когда-нибудь заметит эту девочку, ей нужно будет воспользоваться всеми средствами, какими она располагает. Я просто помогаю ей.
— Как мило… И в придачу довольно умно с вашей стороны, — заметила тетя Шарлотта. — Не знай я вас лучше, я сказала бы, что вы — романтик, ваша светлость.
— Вы переоцениваете мою доброту, леди Шарлотта.
В комнату вошел слуга. Ударив деревянным молотком в металлический гонг, он объявил:
— Ужин подан!
Шарлотта с улыбкой взглянула на герцога.
— Не думаю, ваша светлость, что переоцениваю. Я редко ошибаюсь в людях.
С этими словами она взяла Уилла под руку, и тот повел ее в столовую.
Уилл проводил леди Шарлотту к ее месту за столом, потом осмотрелся в поисках своего места. Это оказалось не так-то просто — мешали вазы с фруктами и цветами, расставленные в середине стола.
— Извините, ваша светлость, — сказал лорд Раутон, — но у слуг было слишком мало времени, чтобы, изменить места гостей за столом.
Уилл подошел к графу и с пониманием кивнул:
— Да, конечно, лорд Раутон. Не беспокойтесь.
Остановившись за стулом, на котором сидела Люсинда, Уилл склонился над ней и шепотом спросил:
— Как вы думаете, где мне сесть?
Выражение лица Люсинды — только что радостное — стало серьезным. Повернувшись к Уиллу, она шепотом ответила:
— Ваше место рядом с леди Шипли, в конце стола.
Уилл изобразил озабоченность.
— Эта информация должна нагнать на меня страху?
— Ну… Нужно сказать…
— Так как же, Люсинда?
— Будьте добры, садитесь рядом с ней, пожалуйста.
Уилл насмешливо улыбнулся:
— Вы обижаете меня, миледи…
— И не забывайте говорить прямо в ее слуховую трубку. Чем громче, тем лучше, — шепотом добавила Люсинда.
Уилл решил, что будет лучше закончить этот разговор, пока ему не сообщили о каких-нибудь других странностях его соседки по столу. И все же он не удержался и спросил:
— Я должен присоединиться к моим соседям по столу где-то в северном крыле? Я правильно ориентируюсь в пространстве?
Люсинда засмеялась, потом шепнула:
— Да, все верно.
Уилл же отправился к своему месту.
Леди Шипли энергично помахала медной слуховой трубкой и приставила ее к уху в ожидании разговора.
— Леди Шипли, как приятно, что я оказался рядом с вами, — сказал Уилл, улыбаясь женщине так, будто она была единственной в комнате.
Пожилая дама смутилась.
— Говорите в слуховую трубку! — выкрикнула она, указывая на свой аппарат — как будто в комнате были еще и другие слуховые трубки.
Уилл невольно вздохнул.
— Черт побери… Оказывается, это труднее, чем я ожидал.
— Что такое?! — снова закричала леди Шипли.
— Я с вами совершенно согласен, — прозвучал чей-то скрипучий голос.
Уилл повернулся и увидел пожилого мужчину с пучками белых волос на голове и с носом слишком уж большим для его лица.
— Барон Шипли, — представился мужчина. Потом указал на свою жену. — А это — леди Шипли.
— Алистер, ты же знаешь, как меня раздражает, когда я не могу участвовать в разговоре!
— Вот именно… — со вздохом ответил барон.
Уилл улыбнулся:
— А я — Клермон.
— А… так вы тот самый человек, что увел леди Люсинду?
— Не думаю, что следует называть нашу помолвку именно так.
— Нет надобности быть вежливым ради меня. У Раутона имелись все возможности заполучить эту женщину. Но тактически его кампания была явным провалом.
— Ах, джентльмены!.. — воскликнула леди Шипли. — Скажите, о чем вы говорите?!
Барон снова вздохнул. Потом наклонился к слуховой трубке жены.
— Это — Клермон, герцог-дьявол, если я не забыл. Он пытается похитить Люсинду!
Внезапно все сидевшие за их концом стола прервали свои вежливые беседы, и все взоры обратились на барона.
Уилл посмотрел на леди Шипли. Казалось, она вот-вот умрет от чувства неловкости.
— Ах, ваша светлость!.. — воскликнула дама пронзительным шепотом.
И тотчас же пес Раутона завыл в дальнем углу комнаты.
Уилл же улыбнулся глухой даме и громко проговорил:
— Леди Шипли, не беспокойтесь за леди Люсинду. Я и в самом деле ее жених.
Герцог посмотрел на Люсинду взглядом собственника. Та изобразила удивление, а все остальные дамы в комнате взволнованно заохали и заахали. Мужчины же, воспользовавшись возможностью, принялись за еду:
— Ах… суп?.. — пробормотал барон, когда рядом с ним появился слуга с серебряной супницей. Другой слуга осторожно наполнил его тарелку, потом они оба подошли к леди Шипли, чтобы обслужить ее.
Уилл терпеливо ждал, когда дойдет очередь до него. Потом поднес ко рту ложку с ароматным супом, вдыхая запах курицы и перца.
— Леди Шипли, — закричал он в слуховую трубку — а вы всегда жили в Оксфордшире?!
— Зря спросили, — пробормотал себе под нос барон. И принялся за свой суп.
Уилл бросил на него взгляд, затем снова обратил свое внимание на леди Шипли.
— О, это захватывающая история, ваша светлость! — закричала дама в восторге.
Блюда следовали одно за другим, и через некоторое время острые сменились сладкими, что предвещало конец ужина. Уилл бросил в рот орех и улыбнулся леди Шипли.
Он с трудом смог бы повторить то, что она рассказала. Темп ее повествования был слишком быстрым, и за ним невозможно было уследить. Но герцог был доволен, потому что дама была довольна, — приятно доставлять женщине удовольствие.
Вскоре все леди задвигались, и двоюродная бабушка Раутона первой поднялась из-за стола. Остальные дамы тотчас последовали ее примеру.
— Надеюсь, мисс Уинстед окажет нам честь и споет, — заявила леди Шипли, вставая с места.
Уилл тоже встал и мило улыбнулся глухой леди.
— Слушать вас — это истинное удовольствие, леди Шипли.
— Ах, ваша светлость, я не дала вам и слова сказать, все говорила и говорила… — ответила она, покраснев от смущения.
Уилл не стал спорить. И — что удивительно! — ему и не хотелось спорить.
— Я буду вспоминать об Оксфордшире с большим удовольствием, — проговорил он в слуховую трубку.
— Из-за чудесного белого крем-супа? — спросила дама, довольная своей сообразительностью.
— Нет, не из-за супа. Из-за вас, леди Шипли.
Уилл вежливо поклонился баронессе. И вдруг заметил, что Люсинда смотрит на него. Она наблюдала за ним уже некоторое время, об этом свидетельствовала улыбка на ее лице.
Он тоже ей улыбнулся, хотя чувства, отражавшиеся на ее лице, очень ему не понравились. Казалось, она насмехалась над ним.
Или может быть…
Ах, черт!.. Вечер слишком хорош, чтобы думать сейчас об этом.
— Садитесь, ваша светлость, — велела леди Шипли. — Сейчас подадут портвейн. Портвейн у Раутона — самый лучший в графстве. Все так говорят.
  
«Что ж, портвейн — это неплохо», — подумал Уилл. И снова уселся на свое место.
  
Глава 14
 
— Похоже, наш воздух не подействовал на вас, — сказала леди Шарлотта, приближаясь к скамье, на которой сидел Уилл, наслаждавшийся утренним солнцем.