Сладкий грех. Разрушение (СИ)

Ощущаю, как с меня снимают кеды, и как немного прогибается подо мной мягкий матрас. Мурлычу от удовольствия, когда мои ступни растирают, и улыбаюсь с закрытыми глазами.
— Отдыхай, Энрика. Теперь я буду следить за твоим здоровьем и оберегать тебя, — голос Слэйна становится тихим, и я покачиваюсь на приятных волнах сонливости. Тепло касается моей щеки, а потом губ, и на них остаётся привкус чего-то очень сладкого.
Распахиваю глаза и резко сажусь на кровати. Чёрные стены кажутся мне незнакомыми, как и обстановка спальни. Несколько раз моргаю, причмокивая губами, и испытываю жуткую жажду. Медленно вспоминаю, где нахожусь и почему я здесь. Печаль и горечь охватывают моё сердце. Причины такие чудовищные. И я ненавижу эти чёртовы уколы. От таблеток я ни разу так паршиво себя не чувствовала.
Меня немного покачивает, когда я встаю и делаю пару шагов. Внезапно двери комнаты раздвигаются в разные стороны, и передо мной появляется Слэйн. Всё происходит так быстро, что я вскрикиваю от страха. Слэйн успевает подхватить меня за талию прежде, чем я бы рухнула на пол. Он прикладывает ладонь к моему лбу, озабоченно смотря мне в глаза. А я словно впервые вижу его. Он такой сильный и мужественный. Вместе с очень холодной, даже отталкивающей, внешностью его глаза кажутся какими-то магическими. Скулы стали более мягкими, но всё же какими-то резкими, словно готовыми ужалить мою кожу.
Моргаю несколько раз, пытаясь развеять непонятный туман перед глазами, но это не помогает.
— Ты в порядке, Энрика? — шепчет Слэйн, касаясь моей щеки. Он ласково проводит по ней, и время словно замедляется. Я так ясно чувствую, как его мозолистая ладонь скользит по моим щекам и немного царапает горячую кожу. Улавливаю свой тихий вздох. Мой нос немного щекочет аромат виски.
— Ты выпил? — хмурюсь я.
— Нет, я довольно трезв, — удивляется Слэйн. Тогда почему я чувствую аромат виски, исходящий от него. Да-да, тот самый аромат, который испробовала в судьбоносную ночь между нами. Он яркий, богатый и безумно сладкий.
— Энрика, мне вызвать врача? — спрашивает Слэйн.
— Хм, нет… нет. Я, видимо, ещё не проснулась. Укол. Да, думаю всё дело в уколе, — натянуто улыбаюсь ему и отталкиваю его. Слэйн сразу же отпускает меня, но судя по его виду, всё же не верит моим словам.
— Одно из правил, указанных в контракте — никакой лжи, Энрика. Если ты не будешь говорить мне правду, я буду злиться, — предостерегает он.
— Я… не вру. Но состояние, действительно, странное. Очень странное. Запахи стали такими яркими. И усталость. Чувствую себя пьяной. Не знаю, как объяснить, но думаю, что волноваться не о чем. Это пройдёт. Я в порядке, — быстро заверяю его.
— После лёгкого ужина тебе станет легче. — Он протягивает мне руку, и я вкладываю в его ладонь свою. Послушно. Без каких-либо возмущений. Слэйн одаривает меня благодарной улыбкой за то, что я не начала воевать с ним.
Он ведёт меня в столовую и помогает сесть на стул.
— Мне нравится есть там, где ты готовишь, — шепчу я.
— Мне нравится видеть тебя там, где я хочу оставить твой запах, Энрика. Мои желания сейчас в приоритете. И я не хочу, чтобы ты свалилась с высокого стула раньше, чем я успею тебя поймать, — бросает он, направляясь на кухню.
Это разумно, потому что голова ещё немного кружится.
Слэйн возвращается и расставляет передо мной посуду и приборы. Он наливает воду в бокал и протягивает его мне, как и таблетку.
— На всякий случай жаропонижающее. Ты горишь, Энрика, — объясняет он. — У тебя высокая температура, её нужно снизить.
Не думаю, что я заболела. Это вина Слэйна. Я горячая, потому что смотрю на него, и он воздействует на мой мозг. Я только и могу, что находить лестные эпитеты его внешности, голосу, взглядам. Это отвратительно.
Кривлюсь и глотаю таблетку, обильно запивая её водой. Облизываю губы и понимаю, что хочу ещё воды. Слэйн без слов понимает меня. Он наливает мне ещё один бокал.
— Завтра я вызову врача, если симптомы не пройдут. Мне не нравится твоё состояние. В первый раз никаких побочных эффектов не было, а я вколол тебе тот же препарат, — хмурясь, говорит он и ставит передо мной тарелку с супом.
 
— Нервы, Слэйн, и сильный стресс. Женщины переживают стресс иначе, чем мужчины. Мы не можем пойти и набить кому-то морду, — фыркаю, наклоняясь над тарелкой и втягиваю в себя божественный аромат.
— Что это? — интересуюсь я.
— Картофельный крем-суп на курином бульоне. Я посчитал, что сейчас тебе нужна такая пища.
— Спасибо. Ты искусный повар. Думаю, что если бы ты открыл свой ресторан, то твоя мама вычеркнула бы тебя из списка контактов, — улыбаюсь я.
Слэйн садится рядом со мной и отвечает мне быстрой улыбкой.
— Поэтому держи это в секрете, Энрика. Мы же не хотим вынудить её испытать такой стресс, тем более у вас, женщин, он похож на лихорадку. Ты боишься чего-то, Энрика?
Проглатываю ложку супа и смотрю на него.
— Да, наверное. Последствий того, что сейчас происходит.
— Хочешь мне что-то рассказать? — его голос становится ледяным. — О Лиаме? О том, что он говорил тебе? О вранье? О твоём новом плане мести мне?
— Нет. Нет, — быстро мотаю головой. — Ничего из этого. Лиам меня просто запугивал, и я точно не хочу вести с ним никакие дела. Меня пугает то, что происходит между нами.
— Между нами? А что происходит? — удивляется Слэйн.
— Ну… контракт. Твой злодей. Мой новый цвет волос. Чёрные стены. Стеклянные потолки. Ужин с твоей семьёй сегодня. Достаточно причин для стресса, — перечисляю я.
— Ты справишься, Энрика. Дай себе снова привыкнуть ко мне, тем более тебе здесь ничто не угрожает, и никто до тебя не доберётся.
— Кроме тебя, — замечаю я.
— Я стал твоим врагом? С каких пор? — прищуриваясь, спрашивает он и, макая кусочек хлеба в суп, бросает его в рот. Хм, а что так можно было?
— Не знаю, но я чувствую себя в опасности рядом с тобой. Наверное, я слишком восприимчива или выдумываю несуществующие вещи, или что-то ещё. Не знаю, но у меня чувство… — Замираю, когда смотрю, как кончик его языка скользит по нижней губе, слизывая крошки. Чёрт, это самое сексуальное, что я видела в жизни.
— Чувство чего? — спрашивает Слэйн.
— Что? — моргаю и непонимающе смотрю на него.
— Ты недоговорила. Ты хотела рассказать мне, что рядом со мной у тебя появляется какое-то чувство.
— Ох… я не помню. Из головы вылетело, — смущённо бормочу и утыкаюсь взглядом в суп.
— Ты уверена, что с тобой всё в порядке, Энрика? — уточняет Слэйн. Я наблюдаю, как он отламывает ещё один кусочек хлеба и макает его в суп. Облизываю губы, когда он поднимает руку и замирает.
— Открой рот, Энрика. Позволь помочь тебе с едой, — томно говорит Слэйн. Я приоткрываю губы, и он кладёт туда своё лакомство. Его пальцы касаются моих губ, и я обхватываю их, кусая хлеб. Наши взгляды встречаются, и его зрачки расширяются, открывая мне чёрную дверь в огненное желание. Глотаю, но это так сложно. Я даже не чувствую вкуса пищи, ощущая его пальцы на своих губах. Плотнее сжимаю их, и Слэйн расслабляет пальцы, отдавая мне последний кусочек хлеба. Мой язык скользит по его пальцам, а я облизываю их. Кажется, температура моего тела стала невыносимо высокой. Пот выступил у меня на лбу, и я осознаю, что сосу чёртовы пальцы Слэйна, как безумная и похотливая девица.
Резко отклоняюсь и пью воду, а потом прочищаю горло.
— Надо же, не знала, что это так вкусно, — бормочу я.
— Это традиционный суп нашей семьи. Рецепт мамы, а я его немного доработал. Мне нравится свежеиспечённый хлеб с этим супом, — спокойно произносит Слэйн. Бросаю на него взгляд, а он продолжает есть, словно ничего не случилось, и я не его пальцы заглатывала, а стояла на коленях и во рту держала его член. Да чёрт возьми.
— Понятно. Знаешь, я что-то не голодна. Я бы хотела принять душ и переодеться к ужину. Я могу это сделать? — Отодвигаю тарелку с огромным желанием бежать подальше от Слэйна.