Невеста поневоле, или Чужой трофей (СИ)

Запечатала себя в балахон, нацепила на лицо маску благочестивой девы. Глупая! Я насквозь вижу таких как она. Ведьма, пытаясь укротить свою похоть, пытается усмирить молодое тело.
— Не позволю, — прорычал, настежь открывая дверь в покои Люсиль — фрейлины герцогини Сарской.
— Айзек! — воскликнула она, от неожиданности выронив из рук стопку чистого белья. — Теперь снова складывать! — сокрушенно вздохнула, глядя на разбросанные простыни.
— Не забывайся, Люсиль. Ты говоришь с канцлером, — напомнил девчонке ее место.
Лицо Люсиль тут же зачерствело, словно кусок хлеба, забытый на обеденном столе.
— Простите, ваша милость, — сухо отозвалась она. — Извините, мне нужно сменить белье в покоях ее светлости герцогини Сарской, — добавила, пытаясь проскользнуть мимо меня в коридор.
— Позже, — оборвал ее невнятную речь, привлекая за руку к себе.
— Не думаю, что момент подходящий, — прошелестела она, обмякнув в моих руках.
— Думать — не твоя забота, Люсиль, — перебил я девицу, подталкивая ее тело к выходу. О, я не сомневался, оно жаждало ласки. Сейчас. Как никогда. — Для тебя есть работа.
Мне показалось, или лицо Люсиль исказила гримаса грусти и разочарования? Я не удивлен. Как и все она хотела лишь одного: удовлетворить желания, что не давали покоя. Горячая и податливая Люсиль. Отзывчивая, но такая приторная. Словно пастила, которая сладостью разливается по губам. Слишком липкая, слишком сладкая, слишком мягкая. До тошноты.
— Какая работа Айзек? — шепчет она, оказавшись в коридорах дворца. Большая оплошность обращаться ко мне по имени. С ее уст оно срывается, словно что -то чужеродное, незнакомое. То ли дело ротик ведьмы... Уверен, назови она меня по имени, я бы мог счесть сие слово за ругательство. Слишком много эмоций вкладывала девчонка в сказанное. В то, во что свято верила. Увы, ее вера не стоит и одного серебряного. И очень скоро я ей это докажу.
  
Глава 6
 
Софи
Переступив через огромную куклу со стеклянными глазами в обрамлении пушистого веера ресниц, я огляделась. Покои юной леди были под стать ее титулу. В центре просторной комнаты возвышалась кровать с балдахином. Боюсь, что малышка могла бы на ней с легкостью потеряться. Высокие окна наглухо закрыты тяжелыми изумрудными шторами. В комнате горело несколько сотен свечей, разбрасывая блики по пушистым коврам с длинной бахромой, по мебели из молочного дерева и по многочисленным игрушкам. Чего здесь только не было! Красочные книжки, куклы разных размеров — от крошечных, с мизинчик, до больших, которые без труда могли составить конкуренцию в росте самой Бетти. Кстати о девочке...
Я вдохнула спертый воздух. В комнате было нестерпимо душно.
— Леди Бетти, — я склонила голову, — разрешите представиться, меня зовут мисс Донахон.
— Мисс Донахон будет заботиться о тебе вместо меня, — добавила девушка, нависнув тенью над ребенком.
Я с интересом рассматривала Бетти. Хрупкая, миниатюрная девочка с алебастровой кожей сидела в центре комнаты, скрестив ноги, и листала увесистую книжку с яркими картинками. Русые волосы были собраны в высокую прическу и украшены диадемой с изумрудами. Казалось, под собственной тяжестью эта милая головка скоро не выдержит и оторвется. Темно-синее бархатное платье доходило девочке до самых пят. Ножки были закованы в туфельки с острыми носками — последние веяние моды — и стянуты ремешками на лодыжках. Маленькая леди подняла на меня взор голубых глаз и глухо вздохнула. По-взрослому.
— Мне не нравится эта мисс. Я хочу другую, — сказала она, изучив меня любопытным детским взглядом. При этом ее пухлые губки надулись, а вздернутый носик взлетел еще выше.
— Юным леди не пристало так выражаться, — с укором заметила леди Бисли. — Разве этому вас учили?
Бетти снова вздохнула и неторопливо поднялась на ноги. Для своих лет она была слишком миниатюрной девочкой. Впрочем, ее это вовсе не портило. Скорее наоборот подчеркивало ее хрупкость, легкость и воздушность.
 
— Я очень рада, мисс. Добро пожаловать во дворец, — тихо произнесла девочка, в то время как на ее лице я заметила скуку. — Надеюсь, вам здесь понравится.
Леди Бисли удовлетворенно кивнула.
— Мисс Донахон, я оставлю вас с леди Бетти на несколько минут. Этого хватит, чтобы вы познакомились. — Легкий кивок головы и мгновение спустя, девушка направляется к выходу.
Мы остались с юной леди вдвоем. Я пыталась собраться. В моей практике не было общения с детьми. Тем более с детьми пэров. Я отчаянно пыталась подобрать слова, но Бетти меня опередила.
— Как вас зовут? — поинтересовалась девочка, вновь протянув ручку к яркой книжке, которую она листала несколькими минутами ранее.
— Мисс Донахон. Меня зовут мисс Донахон, леди Бетти, — ответила я, улыбнувшись малышке.
Подобрав подол длинной пышной юбки, я опустилась на пол, устроившись рядом с девочкой. Нет, это платье определенно не подходит для гувернантки. При всем моем уважении к герцогу, мне придется сменить наряд на более удобный. Надеюсь, его светлость примет мое решение.
— Как вас называют друзья, мисс? Разве зовут они вас столь сложным именем? Меня все называют леди Бетти, — добавила маркиза, не отрывая взора от картинки, где принцесса, сидя в заточении в высокой башне, с опаской выглядывает в окно, ожидая, когда принц, наконец, спасет ее. Увы, чудеса бывают только в сказках. Я успела в этом убедиться.
— У меня нет друзей, леди Бетти, — ответила я девочке. — Думаю, если вы не откажетесь стать моим другом, то сможете называть меня Софи, — улыбнулась я малышке.
Бетти кивнула. Мой ответ ее явно устроил.
— Хорошо, мисс Софи. Я стану вашим другом.
— Леди Бетти! — В дверях, словно из ниоткуда, появилась леди Бисли. — Так не годится! Вы не можете называть гувернантку по имени!
— Мисс Софи мне разрешила! — гневный взгляд ребенка, кажется, пригвоздил девушку к порогу. — Меня же называют по имени! — упорствовала она.
— Вы леди! Дочь пэра! Так положено, леди Бетти! Мисс Донахон же прислуга. Она прислуга! — Слова сыпались с языка леди Бисли, обжигая, словно раскаленные угли. Она права, я всего лишь прислуга во дворце. Даже не служительница. — Мисс, — обратилась девушка уже ко мне, — идемте. Вас уже ждут.
Теперь в голосе леди Бисли была не только чопорная натянутость, но и презрение. Кажется, обзавестись друзьями во дворце будет гораздо сложнее, чем я могла себе представить.
— Меня ждет герцог? — предположила я.
От пребывания в столь неудобной позе, платье смялось. Теперь аккуратные складки превратились в небрежную сетку морщин, обрамляющих пышную красную юбку. Уверенна, леди Бисли — компаньонка Лили — этого отнюдь не оценила.
— Нет, мисс Донахон. Вас ждет его милость канцлер Бэнкс.
Мое горло будто стиснула чья -то сильная невидимая рука. Дыхание перехватило, а пол будто одним ударом вышибли из -под ног. Встречи с Черным Мором в обличье канцлера Миона я желала меньше всего.
— Идемте. Его милость не любит ждать, — добавила леди Бисли, смерив меня взглядом, переполненным пренебрежением и неприязнью.
В отличие от кабинета герцога де Буа, кабинет канцлера тонул в полумраке. Серые стены давили со всех сторон, высокие массивные шкафы нависали, словно грозя обрушиться на голову мертвым грузом. Окна были зашторены занавесками цвета графита, которые едва пропускали солнечный свет.
В кресле цвета индиго, вольготно закинув ногу на ногу, сидел канцлер. На столе перед ним возвышалась кипа исписанных бумаг.
— Такой наряд не пристало носить служительнице, — его тонкие губы скривились в усмешке.
— Такова воля герцога, ваша милость, — ответила я, не решаясь приблизиться к мужчине. Рядом с ним я не чувствовала себя в безопасности. Канцлер нес в себе угрозу. Это я знала наверняка.
— Вы исполняете волю всех пэров, мисс Донахон? — сухо поинтересовался канцлер.
От подобной наглости я немного опешила. Чашка кьяра — это самая малость. Айзек Бэнкс заслуживал ведра помоев!