Невеста поневоле, или Чужой трофей (СИ)

— Чудесно, девочка моя! Теперь вы будете радовать мой глаз своим присутствием! — восторженно воскликнул герцог, стоило мне вновь переступить порог его кабинета. — Сегодня же распоряжусь, чтобы подготовили указ, обязующий все мирские обители носить модные платья! Уверен, его величество король Франциск будет доволен моим вкладом в религию!
— Ваша светлость, — грубый низкий мужской голос прозвучал у меня за спиной, — боюсь, это невозможно. Наша казна опустеет, если мы станет наряжать служительниц в платья, под стать герцогиням.
— Верно, — герцог закусил губу, размышляя над словами неизвестного. Я не видела его, так как мужчина расположился у меня за спиной, а обернуться в присутствии его светлости было бы дурным тоном.
Святая Дева! Я была столь увлечена мыслями о платье и собственном комфорте, что не заметила постороннего! Непозволительно! Мой разум должен быть чист от подобного рода размышлений!
— Увеличим налоги вдвое! — ладонь герцога хлопнула по лакированной столешнице, а на его лице заплясала улыбка.
Вдвое?! Это же неподъемная сумма для жителей Третьего кольца! Интересно, булочная мистера Фокса все еще держится на плаву? Я не заглядывала туда уже добрых пять лет.
За спиной послышались тяжелые шаги. Незнакомец неторопливо прохаживался у меня за спиной.
— Ваша светлость, эти платья развратят их умы. Непритязательность и скромность держат служительниц в узде. Если они станут щеголять в модных нарядах, то поверьте, служить они будут не Девам, а своей похоти! — изрек мужчина, лениво прохаживаясь у меня за спиной.
Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, налились краской.
Как он смеет?!
— Вы мыслите поверхностно! — возмутилась я, позабыв о всяких правилах.
— Хотите глубже? — усмехнулся незнакомец.
Теперь щеки горели не только от гнева, но и от стыда. Что он вообще себе позволяет?
— Такова женская натура, которую вы пытаетесь усмирить, мисс. Рано или поздно жадное до мужских ласк юное тело обретет над вами власть. Поклонение Деве — игра, из которой вы очень скоро вырастите, — произнес он, смакуя каждое слово.
Слова мужчины резали слух. Они унижали не только меня, но и всех тех девушек, что принесли свои жизни в дар Девам.
— Тело — всего лишь сосуд, — тихо произнесла я, пытаясь усмирить гнев. — Чем он будет наполнен — решать нам.
За спиной я услышала тихий смешок. Неужели я позабавила этого хама? Его светлость герцог Сарский с интересом наблюдал за нашей словесной баталией, не желая ее прервать.
— И чем же наполнен мой сосуд, мисс? — поинтересовался мужчина, делая шаг по направлению ко мне.
Я нервно сглотнула, обдумывая те слова, что крутились на языке. Я знала, что честность во дворце не в почете, но и лгать была не намерена.
— Ну же, девочка моя, — герцог в нетерпении подался вперед. — Ответьте.
— Он наполнен ненавистью. Кто-то однажды разбил ваше сердце, и теперь вы боитесь доверить его. Пытаетесь утопить боль в отвратном чувстве, переполнившем сосуд до краев, — произнесла я, до боли стиснув пальцы. Тяжело оставаться смелой, когда не знаешь, кто на самом деле твой собеседник.
— Вздор! — воскликнул мужчина. Слова его были преисполнены гневом. — Вы ничего не смыслите в мужчинах, мисс Донахон, — прошипел он, огибая мое неподвижное тело.
— Впрочем, — добавил уже спокойнее, опускаясь в кресло, — это поправимо.
Голова незнакомца повернулась ко мне. На суровом лице появилась хищная улыбка. Нет! Оскал! В холодном взгляде вспыхнуло пламя, которое не сулило ничего хорошего. О, однажды я его уже видела! Оно едва не спалило меня до тла, оставив доживать свой век обугленной головешкой. И сейчас, спустя пять лет после нашей встречи, в душе ожил давно забытый кошмар, заставивший меня бежать из дома тетушки Эстеллы темной ночью.
— Позвольте представиться мисс, канцлер Миона [6] Айзек Бэнкс, — прошелестел он, жестом предлагая мне опуститься в соседнее кресло.
[4] Молочное дерево — местное древесное растение, которое достигает в высоту не более двух метров. Древесина имеет молочный оттенок, хорошо поддается обработке и полировке, обладает высокой прочностью. Особо ценится среди мастеров и любителей роскошных предметов интерьера (прим. автора).
 
[5] Черный Мор — злое божество, которому противостоят пять Дев. Согласно легенде, проникнув в сердце человека, сеет там зерно сомнения и пробуждает враждебность к окружающим. В годы Изобилия насылает мор на целые деревни и города (прим. автора).
[6] Мион — королевство на Южном материке. В его состав входит пять герцогств, в том числе Сарса (прим. автора).
  
Глава 5
 
Софи
Воздух в кабинете был накален до предела. Горячий, сухой, колючий. Он окутывал меня, словно кокон. Голова шла кругом от тугого корсета, который я была вынуждена терпеть, а мысли путались от присутствия канцлера. Святые Девы, я плеснула горячий кьяр в лицо одному из самых влиятельных мужчин королевства!
Я всем сердцем надеялась на то, что мистер Бэнкс не узнает меня. Много ли девиц сменил он за эти годы? Возвращался ли он хотя бы единожды мыслями в покосившийся дом тетушки Эстеллы? Не думаю. У канцлера и без того полно забот. Мне же это только на руку. Будучи служительницей, я не хочу доживать свой век в темнице, под гнетом косых взглядов стражи. Это порочит меня! Всю обитель!
— Мисс Донахон, вам, наверное, любопытно, отчего герцог решил прибегнуть к помощи обители? — лениво произнес его светлость Арно де Буа.
— Для меня честь явиться во дворец, ваша светлость, — незамедлительно ответила я. После словесной перепалки с канцлером, я старалась быть более осмотрительной в своих высказываниях. Моя прямолинейность здесь, в сердце Сарсы, играла против меня. Здесь в почете были лесть, лицемерие и угодничество. Увы, мне эти качества были чужды.
— Не думаю, что девица из глуши, сможет нам чем -то помочь, — лицо мистера Бэнкса исказилось до неузнаваемости. Видимо ему мой приезд не пришелся по душе.
Герцог встал, поправил перекинутую через плечо ленту, разгладил пухлыми пальцами белоснежную ткань.
— Айзек, у нас дело безотлагательной важности. Твое расследование не дало никаких результатов и...
— Мое расследование еще не закончено. Не время говорить о результатах, — вспыхнул канцлер, позволив себе перебить его светлость.
Герцог де Буа прохаживался по кабинету, скрестив руки за спиной. Изогнутые мыски его туфель то и дело цеплялись за дорогие ковры, и я не на шутку переживала за то, как бы его светлость не изувечил себя, нечаянно споткнувшись и упав на начищенный до блеска мраморный пол.
— Время. Его у нас нет, Айзек. Поэтому, — де Буа резко развернулся на пятках, — вы, мисс Донахон, — палец герцога указал на меня, — и приехали во дворец.
Я все еще не понимала того, зачем понадобилась во дворце скромная служительница из мирской обители.
— В таком случае, я не стану вам мешать. — Канцлер неспешно поднялся с кресла. Он навис надо мной словно коршун. Под его колючим взглядом захотелось обернуться маленькой птичкой и выпорхнуть в окно. Благо во дворце не было металлических решеток на окнах, коих в доме тетушке Эстеллы хватало с лихвой. — Как только его светлость введет вас, мисс, в курс дела, не сочтите за труд, загляните ко мне. Мне есть чем с вами поделиться.
— Вот и славно! — герцог захлопал в ладоши, вновь опускаясь в кресло. — Если вы станете работать сообща, дело пойдет быстрее!
Я так не думала. Огонь, что полыхал во взгляде канцлера, не предвещал ничего хорошего. Я имела возможность познакомиться с этим человеком ранее. Оттого на душе было не спокойно. Я знала, что этот мужчина опасен. Нет, я это чувствовала. Каждой клеткой своего тела ощущала его силу, решительность и неприязнь.
Он сотрет меня в порошок. Непременно!
— Ох, девочка моя, — вздохнул герцог, глядя вслед мистеру Бэнксу, который стремительно покидал кабинет его светлости, — надеюсь, герцогиня не ошиблась, порекомендовав именно вас.