Невеста поневоле, или Чужой трофей (СИ)

Вчера я едва коснулась головой подушки, как провалилась в глубокий тягостный сон. Воспоминания о прежней жизни, о матери, о кровавой бойне на заднем дворе вновь напомнили о себе. Засели столь крепко в моей голове, что мне едва ли не пришлось избавляться от них с помощью острого скальпеля. Благо, расчесывание волос немного помогло. Возможно лишь потому, что я отчаянно рвала кожу головы острыми зубьями дешевого деревянного гребешка.
Боль отрезвляла. Гнетущее чувство, поселившееся в душе, не отменяло моих обязанностей во дворце. С сегодняшнего дня я должна была все свое время посвящать леди Бетти. Маленькой девочке отныне предстояло находиться под моим присмотром практически круглосуточно. Лишь четыре перерыва полагались гувернантке, коей я теперь являлась.
Как долго продлиться моя служба у его светлости я не знала. Но отчего -то уже жалела, что выбор пал именно на меня. Возможно, виной тому был самодовольный канцлер...
Айзек. При мысли о нем щеки вспыхнули, налились краской. Как смел он склонять служительницу к непристойным утехам? Как смел узреть то, что не должен был видеть никто?
Я отчаянно рванула гребешок вниз. Несколько алых волосков остались красоваться между его острыми зубьями. Словно трофей, в зубах зверя -захватчика, скалящего свою пасть, в надежде напугать жертву.
Леди Бетти выглядела вялой. Ее уставший взор без интереса скользил по мне. Малышка была облачена в длинное платье кораллового цвета, которое ей вовсе не шло. Шелковистые волосы приподняты на затылке и скручены тугой спиралью, опоясывающей головку девочки дважды. Маленькая леди запустила пальцы в прическу, отчего диадема, инкрустированная изумрудами, съехала набок.
— Леди Бетти, вы испортите прическу, — руку малышки деликатно одернула леди Бисли. Она же поправила диадему, после чего переместила свой взор на меня.
Я склонила голову, моля Деву Справедливости о том, чтобы чепец не съехал. В это раз я затянула его столь туго, что голова, казалось, была закована в металлический армет [8], а не в плотный кокон из грубой накрахмаленной ткани.
Кроме юной леди и чопорной леди Бисли в покоях малышки находилась еще одна девушка. На вид ей было не больше двадцати лет. Огненно -рыжие с медным отливом волосы аккуратными завитками спадали на ее плечи. В них был вплетен обруч -диадема из белого металла, украшенный россыпью мелких изумрудов. В полумраке комнаты, в свете свечей, они переливались всеми оттенками зеленого, бирюзового, нефритового. На девушке было пышное платье цвета слоновой кости, украшенное на рукавах, вороте и подоле заморским кружевом. Такое плетут на Восточном материке самые искусные мастера, требующие за свои работы от нескольких сотен золотых и выше. Мне же, простой служительнице, о таком было непозволительно даже мечтать. Талию девушки опоясывал тонкий пояс, усыпанный нефритами, малахитами и аквамаринами разной величины.
Сама она была не дурна собой, но и хорошенькой назвать ее я не могла. Непримечательное лицо, невыразительные зеленые глаза в обрамлении редких ресниц, бесцветные губы и тусклая кожа с легким румянцем на щеках. С такой внешностью легко затеряться в толпе. Лишь цвет волос оживлял ее образ, добавлял толику шарма и обаяния.
— Должно быть, вы мисс Донахон, прибывшая во дворец издалека? — заговорила незнакомка и ее губы тронула легкая улыбка.
— Верно, леди, — ответила я, осторожно подбирая слова.
— Меня зовут Лили, — продолжила девушка. — Буду рада, если вечером вы найдете время заглянуть ко мне на чай. Полагаю, истории о жизни в обители могут оказаться довольно занимательными, — сказала она, продолжая улыбаться. Эта особа определенно умела располагать людей по отношению к себе.
— Спасибо за приглашение, леди Лили, — я вежливо поклонилась. — Боюсь, мой распорядок не позволит оставить леди Бетти более чем на один час.
— Не беда! — воодушевилась леди Лили. — Моя сестричка любит вечерние чаепития, которые мы устраиваем дважды в неделю. Вы можете прийти вместе с ней, мисс Донахон.
Я бы и рада была отказаться, да воспитание и хмурый взгляд леди Бисли не позволяли мне этого сделать.
 
— Благодарю, леди Лили, за ваше благодушие, — ответила я, улыбнувшись девушке одними уголками губ.
Запечатлев на алебастровой щеке малышки короткий поцелуй, леди Лили, в сопровождении своей компаньонки, удалилась, оставив меня один на один с маленькой леди, в воспитании которой я ровным счетом ничего не смыслила.
— С чего начнем? — спросила я, стоя в полной растерянности в центре покоев своей подопечной. Никаких наставлений от леди Бисли, временно исполняющей обязанности гувернантки, я не получила. Кажется, она была только рада избавиться от ребенка, которого ей навязали. Не мудрено. В обязанности компаньонки входит отнюдь не присмотр за дочерью покойного пэра. Ее жизнь пестрит красками. Прогулки, поездки, многочисленные развлечения...
— Мисс Такер начинала день с молитвы, — тихо ответила девочка, стоя неподвижной статуей чуть поодаль от меня. Для ребенка ее возраста она была слишком зажатой, пассивной и вялой. Это меня настораживало.
— Хотите помолиться, леди? — осторожно поинтересовалась я.
Вопреки моим ожиданиям леди Бетти отрицательно качнула головой. Боюсь, молитва — это единственное, чему я могла бы ее научить.
— В таком случае, предлагаю вам, леди Бетти, поиграть в увлекательную игру, — я подошла к девочке и присела на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне. Вещать с высока, стоя над малышкой словно колосс, я не хотела. Вряд ли, это помогло бы расположить ее по отношению ко мне.
Я заметила неприкрытый интерес во взгляде леди. Кажется, я на верном пути.
— Мисс Такер играла со мной только после занятий, — возразила девочка, все еще пытаясь держать оборону. Получалось у нее не очень. В итоге детское любопытство пересилило упрямство.
— Мисс Такер — ваша гувернантка? — поинтересовалась я.
— Моя гувернантка — это вы, мисс Софи, — с укором заметила девочка. — Мисс Такер сбежала из дворца. Она сказала, что жалованье которое ей платят, не покроет затраты на лечение, — добавила леди Бетти.
— О, мисс Такер была больна? — изумилась я.
— Не знаю, — пожала плечами малышка. — Она часто твердила, что ее душа поселилась в пятках, стоило ей однажды прогуляться по дворцу после наступления темноты, а сердце выпрыгнуло из груди. Наверное, — задумчиво добавила девочка, — она сбежала, чтобы отыскать его. Ведь без сердца можно умереть.
Да, дворец полон тайн и загадок, в которые посвящать меня герцог не спешит. Тем не менее, он требует ответов на вопросы, которые еще не задал.
— Что ж, леди Бетти, — с улыбкой ответила я. — В таком случае предлагаю вам оказать посильную помощь мисс Такер. Давайте, поможем ей отыскать потерянное сердце. Ведь пока она ищет его по всему герцогству, оно может быть спрятано где-то во дворце! Полагаю, начать нужно с ваших покоев, леди Бетти.
Девочка встрепенулась. Г олубые глаза заблестели от азарта.
— Я посмотрю за портьерами, а вы загляните в шкаф! — предложила я.
Малышка кивнула и, путаясь в длинной юбке, бросилась к массивному шкафу, что словно великан стоял у стены, упираясь в потолок.
— Здесь ничего нет, — сказала Бетти, заглядывая в шкаф. В голосе ребенка сквозило разочарование.
— И за портьерами пусто, — театрально вздохнула я, впуская в комнату яркие солнечные лучи. — Возможно, нам стоит спуститься в столовую? Наверняка, мисс Такер частенько туда наведывалась, — предложила я, широко улыбнувшись малышке.
— Мисс Такер говорила, что за добавку к завтраку она готова продать душу.
Наши взгляды встретились, и я тут же зажала рот ладошкой, изобразив изумление. Леди Бетти повторила мой жест. Неуклюже стиснула пальчики, прикрывая губы. Ее голубые глаза стали вдвое больше.
— Неужели мисс Такер живет не только без сердца, но и без души? — прошептала она, испуганно качая головой.
Боюсь, я перегнула палку. Ребенок не только вовлечен в игру, но и напуган. Так дело не пойдет. Только слез нам тут не хватало!