Без паники! или Влюбиться любой ценой (СИ)
- Что? – Поднимаю я голову, вообще не понимая, что случилось. Но как будто произошло что-то серьезное. Михаил тоже чувствует неладное и выходит из своего кабинета, опираясь о стену и сложив руки на груди.
- Михаил Алексеевич, - замечает секретарша и его, - вас тоже касается. Срочно к Александру Владимировичу!
- Что-то случилось? – Вскакиваю я с места.
- Вас вызывают. Там проблемы с прессой и пиар отдел … Узнаете сами. Александр Владимирович и Алексей Петрович сказали срочно вас привести.
- Ну что опять, - закатывает глаза Михаил и отходит от стены.
Глава 54
Глава 54
Иду я немного ускоренным шагом, хотя так тянет вернуться обратно в кабинет, будто натянутые резинки, привязанные к спине, тащат меня назад. Это срочное дело наверняка связано с работой и очередными странными действиями, которые вновь заставят меня чувствовать себя некомфортно. Михаил волочится где-то сзади. Он даже не скрывает своего нежелания. Тоже понимает, что сейчас его может ожидать.
- Явились, - уже с долей претензии объявляет Алексей Петрович, разглядывая стены кабинета, не изменившиеся с прошлого собрания.
- Садитесь, - командует мой отец, сидя на своем троне начальника.
- В чем дело? – Скорее утвердительно спрашивает Михаил, занимая ближайший стул.
- Начались проверки различных компаний. Наша фирма тоже попала в эти списки. Такого не должно было случиться, но, видимо, некоторая информация просочилась.
- И? – Ведет себя нахально Михаил, перебивая и не давая возможности закончить мысль вызвавшим его в кабинет, пока я тихо сижу и пытаюсь понять суть происходящего.
- Документы по слиянию фирм пока не готовы, а новость о свадьбе больше похожа на фикцию. – Спокойно объясняет мой отец проблему.
- Разве нет? – Слишком близко подходит к Михаилу его отец, заглядывая тому в глаза и гневно прожигая взглядом. Но Михаил не ведется на провокацию, никак не реагируя. – Объясню для всех. Вчера я возвращаюсь вечером с заседания, как выясняется, что мой сын, у которого по всевозможным слухам скоро свадьба, все еще играет в любовь. Но этого ему мало! Более того, он съезжается с девушкой из детства. Когда скоро свадьба с другой! В прессу эта информация каким-то образом успела попасть. Кто информатор – не знаю, но с этим разберемся позже. Если в ходе проверок установят, что свадьба фиктивная, то обе компании понесут значительные убытки. Как вы догадываетесь, слияния также никто не допустит.
- Уж не думал, что вы настолько глупые, - начинает открыто ругаться уже и мой отец. – Одной двадцать четыре, другому – тридцать. А ощущение, что обоим по пятнадцать. Хотя даже первоклассники ведут себя умнее!
- Договоримся об интервью, - слишком легко предлагает Михаил сделать то, что терпеть не может. – Информация, как появилась, так и исчезнет.
- Одного уже хватило! – Бьет стопкой бумаг по столу мой отец, не вовремя начав уборку.
- В этот раз все будет иначе, - стоит на своем Михаил. Я лишь успеваю бегать глазами от говорящего к говорящему. Интересно, чем весь этот цирк закончится, в котором я участвовать не хочу. Какой смысл перебивать разгневанных, наделенных властью мужчин? Они будто друг друга то сами не слышат. Если сейчас еще и я начну что-то предлагать, то вообще базар начнется. Пускай все для начала хотя бы немного остынут.
- Мы не будем связываться с прессой! – Сразу же перебивает его Алексей Петрович, угрожающе смотря на сына и в который раз повышая голос.
- Но лучше всего дать ответ сейчас и самим, а не ждать, пока желтушники перевернут все с ног на голову и выдадут то, что получилось извратить, в выгодном им свете. Тогда от скандала мы еще долго не отмоемся.
- Ты здесь пока лишь консультант. Окончательный ответ за мной. А совет утром уже поддержал мое решение.
- Вы собрали совет без нас? – Искренне удивляется Михаил.
- Вам не место на совете директоров, - сразу же ставит его на место мой отец.
- Понятно, - потирает руками переносицу Михаил. – Давайте иначе. Раз я всего лишь консультант, то узнаем мнение Анны Александровны по этому вопросу, как начальника отдела рекламы. И кстати, ее вы должны были обязаны позвать на собрание. В первую очередь. – Неожиданно вступается за меня Михаил. Честно, даже приятно становится. Но это только на секунду.
- Я согласна с Михаилом Алексеевичем. Нужно уведомить прессу, - соглашаюсь я с мнением неприятного человека, хотя никогда не могла представить подобного. А тут ситуация, в которой мы с ним на одной стороне против всех. Нуу деелаа.
Я говорю сразу, как только слышу свое имя, хотя и «права голоса» мне никто не давал. И это явно читается в глазах Алексея Петровича, гневно смотрящего сквозь меня. Его брови стремятся к единению, а глаза наливаются злостью. Кажется, еще чуть-чуть и он начнет крушить все вокруг от несдерживаемого раздражения.
- При всем моем уважении, - с огромнейшей и читаемой неприязнью в голосе обращается к сыну Алексей Петрович, игнорируя меня, - это всего лишь девчонка, молодая и глупая, хоть и дочка владельца компании. - Без обид, просто объективные факты, - переводит он взгляд на меня, как будто только замечая. Словно до этого я была лишь призраком, который трындел где-то вокруг, а тут я проявилась перед глазами на удивление всем. Но интересно, что мой отец при этом молчит, не вступая в спор. Неужели и он так считает? Ах да, конечно же, он именно так и считает. Ведь я ничего не знаю и ничего не умею. И жизни я не видела. И еще слишком глупа. Все это я слышала много раз в свой адрес. Но вот когда такое признание оказывается прилюдным, становится даже немного обидно.
- Вы считаете, это объективно? - Начинаю я разогреваться перед словестной перепалкой.
- Анна, пойдемте. Думаю, разговор окончен, - перебивает меня Михаил.
Он хватает меня за руку и выводит из кабинета, стремительным шагом преодолевает коридор, не останавливаясь и нисколько не замедляясь. И не отпуская моей руки! Мы подходим к нашему общему кабинету, Михаил резко дергает за дверь. Та скрипит, слышится звон падающего на пол гвоздя, а затем раздается громкий хлопок. Удивительно, как дверь не сходит с петель.
Мы стоим посреди кабинета. Держась за руки. Михаил смотрит куда-то вперед и ни на что не реагирует. Я легонько потрясываю рукой, как бы сигнализируя, что неплохо было бы меня выпустить из своего ручного плена. Ноль реакции. Тогда я пытаюсь просто вытащить руку из его, но очень быстро бросаю эту затею. Михаил слишком крепко держит меня. Да и с какой вообще стати он меня схватил? Мне казалось, что чувство неприязни у нас взаимно. И что он, как и я, не переносит НАШЕГО общества. Ведь буквально сегодня он мне выговаривал на этот счет. Как и вчера. И до этого … до той случайно прогулки, которой ни в какой реальности не должно было произойти. А тут выходит, что и тактильностью в мою сторону не брезгует. Несмотря на его внезапную позицию вернуться в ранг враждующих коллег.
Михаил тяжело дышит, по-прежнему уставившись куда-то неопределенно вперед. Я аккуратно постукиваю ему по плечу свободной рукой.
- Михаил Алексеевич …
Но он лишь в очередной раз тяжело вздыхает, а после вновь громко вбирает воздух обратно. Наконец, он медленно поворачивает голову в мою сторону и пустыми глазами смотрит в мои. Я взглядом намекаю ему на скрепленные руки, то и дело бегая глазами то вверх, то вниз. До него доходит не сразу, но все-таки доходит. Он мягко, не дергая, разжимает пальцы.
- Это машинально … Просто отец … Иногда тяжело быть сыном того, с кем спорить нельзя.
- Михаил, вы точно мне это рассказываете?
- Ну да … - Немного обреченно одергивается он. - Получается, у нас общая проблема.
- Да, так и есть.
И после такого признания в моей голове крепко закрепляется мысль. Да, да, та самая гениальная идея. Раз Михаилу так тяжело, что отец тоже решает все за него, то, возможно, он тоже поддержит идею диверсии и срыва свадьбы? Тогда общими усилиями можно избавиться от ненужной нависающей угрозы личной жизни в виде нависающей над нами свадьбы. Теперь то я точно знаю, что мотивации в этом деле у Михаила не меньше, чем у меня. Если не освободиться, то хотя бы позлить отца своим непослушанием он наверняка захочет.