Между добром и злом. Том 6
И ведь ладно сам, так ещё и его пыталась затащить в это, но для Кондрата рассекать город в шортиках и безрукавке было как-то ну уж слишком. Уж лучше в этом костюме, пусть не совсем удобном и не совсем для этого места, но привычном, чем в… этом…
— Ты можешь идти на праздник, Дайлин. Я сам могу сбегать в банк.
— Да нет, раз ты идёшь туда, то и я пойду. Мне что, одной отдыхать, пока ты тут пашешь, как лошадь? Я и так чувствую себя лодырем. И мне это нравится, кстати говоря!
У кого-то хорошее настроение.
Кондрат посмотрел на девушку, но взгляд как-то сам сползал на её одежду. Не на тело, а именно на одежду, которая её укрывала. Он до сих пор не мог определиться, как к этому относиться. С одной стороны вроде как ничего пошлого, ничего особенного одежда не открывала, но с другой именно на Дайлин она выглядела как-то… развратно что ли. Или он слишком стар и сейчас брюзжит подобно всем старикам.
— Что? — заметила Дайлин его взгляд.
— Да ничего, просто интересно, ты не стесняешься в этом ходить?
— В смысле? — сразу нахмурилась она.
— Тебе это должно было непривычно просто. Обычно у вас платья и блузки закрывают почти всё тело, а тут руки открыты, да и ноги чуть выше колена видны. Даже обтягивают немного…
— А, ты про это, — выдохнула она, будто испугалась. — А знаешь, действительно непривычно, однако мне нравится. Ты будто стал свободен. Вообще свободен, — улыбнулась она. — Да и посмотри, сколько людей одеты так же здесь. Я будто растворяюсь среди них и не чувствую стеснения.
— Понятно.
— Тебе бы понравилось, поверь мне.
— Не думаю.
— Ты будто полностью раздет, но при этом одет. Очень странное чувство. Тебе должно быть стыдно, но так как все так одеты, тебе уже и… всё равно? — она будто спрашивала.
— Как на пляже, — кивнул Кондрат.
— В плане?
— Ну как на пляже. В купальнике.
— Купальник? Одежда для купания, то есть? — озадачено уточнила Дайлин.
— Да, можно и так сказать.
— Но… там же, как и обычная одежда, нет? Просто для купания, — пыталась она понять. — Или у вас было иначе?
— Немного иначе. У девушек были трусы и бюстгальтер для купания, а у мужчин просто трусы.
— Да ладно!
— Да.
— Ты врёшь! Быть такого не может!
— Может. И было. У нас было так принято, — пожал плечами Кондрат.
Конечно, рассказывать такое может и не стоило, однако почему нет? Здесь он уже как свой, и все привыкли, что он знает некоторые необычные вещи, потому что явно не местный, а посмотреть на реакцию Дайлин было интересно. А посмотреть было на что.
Непонятно почему, но девушка покраснела, приложив ладони к щекам и глядя куда-то вперёд. Кондрат не умел читать мысли, но если бы мог, то узнал, что сейчас Дайлин представляет себя на таком пляже. Представляет, что почти всё её тело открыто, и прикрыты ну самые интимные участки тела, а у мужчин только там, внизу… И она ходит так голая…
— Какой ужас… — пробормотала она. — Какой стыд…
— А что стыд? Там ты точно так же растворяешься в толпе, — пожал Кондрат плечами, уже не став рассказывать он нудистском пляже.
Банк располагался в одном из домов, не сильно отличающихся от других. Разве что окон здесь почти не было, и заменяли их по большей части бойницы. Сами ячейки, как и главный сейф с деньгами, находились этажом ниже в подвале, где света совсем не было и коптили разве что лампы, разгоняя мрак.
Кондрата и Дайлин проводили вниз, но не доходя до главного сейфа они повернули влево и вошли в небольшую комнату, стены которой сплошь покрывали ячейки. Искать ничего не пришлось, служба банка и так знала, кому какая принадлежит. И пусть ключа не было на руках, они работники на глазах Кондрата и Дайлин попросту выломали ячейку.
— Знаешь, я думала, это всё займёт больше времени, — тихо произнесла Дайлин, наблюдая за тем, как перед ними ставят металлическую ячейку.
— Мы из специальной службы, всё делается быстро.
— И тем не менее…
А быстро было по той причине, что не было наследников. Будь завещание с именем человека или прямой наследник, то открывали бы ячейку ещё и в присутствии того, кому она перешла. А это надо было ждать, пока человек прибудет сюда. А раз всё так быстро прошло, и они здесь вдвоём, то значит действительно никому наследство семьи барона не переходило.
Подтолкнув к ним ячейку, небольшой ящик из металла, они вышли, оставив Кондрата, Дайлин и уполномоченного служителя банка, который должен был проконтролировать процесс.
Они переглянулись, после чего Кондрат кивнул, и Далйин подтянула к себе ящик. Открыла крышку и заглянула внутрь. Она осторожно вытащила и положила на стол пистолет. И не обычный, а серебрённый с чёрным лакированным деревом со странной и красивой резьбой. На нём был изображён тигр, который мчался в сторону ствола с открытой пастью.
Кондрат взял его в руки. Хороший, удобно лежит в ладони. Сразу видна рука мастера.
Следующим лёг на стол какой-то амулет на шею. Он отчасти напоминал звезду Давида, только верхний и нижний лучи отсутствовали, а от остальных отходили цветные нитки, как фенечки. В центре амулета был на проволоках натянут какой-то металлический шарик.
Здесь же был и мешочек с монетами номиналом Корона, самая крупная золотая монета в Ангарии. Когда Дайлин передала Кондрату мешочек, он осторожно выложил монеты на стол и насчитал сразу пятнадцать полновесных монет. Целое состояние, если так задуматься. На них можно было уехать куда-нибудь и жить спокойно, даже не дуя в ус.
В ещё одном мешочке оказались драгоценные камни. Насколько они драгоценные, сказать было сложно, но выглядели красиво: красные, синие, золотые, перламутровые, бирюзовые — даже скудный свет масляных ламп в них переливался достаточно пугающе и красиво.
Последней находкой была книга. Обычная книга, которую Дайлин открыла и начала пролистывать, проверяя страницы, мало ли что лежало между ними. Однако всё тщетно и пусто. Только на форзаце было написано аккуратным почерком «Дорогому и любимому Партесу от той, кто ждёт». Дайлин прочитала это вслух.
— Видимо, ему отдала книгу его жена, — произнесла она. — Как память. Только странно прятать такую книгу здесь, а не в доме.
— Возможно, это было чем-то очень личным, и он этим дорожил, а такое люди обычно прячут. Что за книга?
Дайлин молча протянула её.
— Сказки Морси? Сказки для детей? — негромко пробормотал он. — Это что-то местное?
От человека, что был наблюдателем, раздался негромкий кашель.
— Если позволите мне… — негромко произнёс мужчина.
— Да, прошу вас, — повернулся к нему Кондрат.
— Сказки Морси — это сказки этих земель. Старые детские сказки, которые передавали из поколения в поколение и знают чуть ли не все наизусть. А потом их занесли на книгу, и подобные обычно читают детям на ночь. Но вы понимаете, книги дорогие…
— Понимаю, — кивнул Кондрат, разглядывая её, после чего открыл и начал листать.
Обычно подобные книги используют как шифр и на уголках бывают пометки, но Кондрат ничего, естественно, не нашёл. Да и не сильно он надеялся, надо признаться. По-хорошему, её надо передать криптографам, чтобы те посмотрели, что он, скорее всего, и сделает. Так, на всякий случай.
— Возможно, его жена читала её его детям и передала ему, как память. Или он читал детям, и она ему отдала. Знаешь, как напоминание типа детского предмета, чтобы тот помнил, ради чего должен вернуться.
— Возможно…
Этот вариант Кондрат тоже не исключал.
— Хочешь забрать её?
— Проверим на всякий случай. Мало ли что там может быть. Может это просто память, а может что-то более ценное. А что насчёт остального? — взглянул он на мужчину.
— Это остаётся на хранении банка, после чего будет передано в казну города, — произнёс тот. — Всё, что не представляет ценности, скорее всего, будет или передано ломбард, или утилизировано.
Вот так исчезает история целого рода, который едва успел появиться, и тут же затух, окончательно исчезая из истории. Завод уйдёт кому-нибудь в руки, руины снесут и застроят, всё распродадут и уничтожат, и уже никто не узнает, что были такие бароны, как Жангерфер Кроме сторожил города.