Эмин. Чужая невеста (СИ)

— Мля, Дина, — мужчина давит на мой затылок, удерживая на месте. — Я и не собирался относиться к этому так.
— Но это так выглядело! Ты уехал, не предупредил. Сразу как мы с тобой… Ничего не написал, не вспоминал обо мне. Мне такие… такое, — отчаянно подбираю хоть что-то другое, не столь откровенное, но сдаюсь. — Такие отношения мне не нужны.
— Я понял. И я написал тебя, предупредил, что меня не будет.
  
— Один раз!
Мои слова тонут в новом поцелуе, заставляют дрожать от напряжения. Кто-то толкает меня в плечо, проходя мимо, я прижимаюсь к мужчине сильнее. Охаю от того, как крепко он держит меня.
— Дина, — произносит безэмоциональным голосом, но я всё равно прислушиваюсь к нему. — У меня было три задачи: работать, добраться до отеля, залить в себя кофе. Я не привык отчитываться и не собираюсь это делать дальше.
— Тебе нравится со мной целоваться?
Я чуть наклоняю голову, радуясь морозу. Так можно списать мою красноту на холод, а не давящее смущение. Молчание Эмина бьет по мозгам, заставляя сомневаться в собственных решениях.
— Красавица, я не…
— Нравится или нет?
— Да.
Он отвечает, напряженно считывая что-то на моем лице. Эмин не понимает, куда я веду, видимо, для него это впервые. И мужчине это откровенно не по душе.
— Хорошо. А мне нравится получать от тебя сообщения. Уверена, что пока ты пьешь кофе или поднимаешься в лифте в отеле — можно написать пару строчек. Если нет, то никаких поцелуев.
— Ты фактически сейчас устанавливаешь для себя цену, понимаешь это? На выставке ты из-за этого сбежала, а теперь сама решила выбрать прейскурант? Картина была дороже, чем мои сообщения.
— Либо так, либо убери уже руки с моей попы!
Эмин не двигается и ничего не говорит, словно застывает, прикидывая варианты. А я четко ставлю себе задачу — если он сейчас не пойдёт на уступки, то к черту. Я…
Мне нравится.
Всё с ним нравится: поцелуи, касания, эта чертова ухмылка, от которой у меня мурашки по всему телу. Ненавижу свою растерянность рядом с ним, неопытность, но при этом — не хочу заканчивать.
Но закончу.
Может, я ещё ничего не знаю об отношениях, не разбираюсь в этом. Эмин для меня первый в каждой детали, во всем. Вот только я чувствую, когда что-то неправильно.
Опыт здесь не играет значения.
«Дин, иногда нужно умнее быть» — так мне говорила мама, когда я ругалась с отцом по пустякам.
А я не хочу быть умнее!
Я счастливой хочу быть.
И плевать мне на прошлое Хаджиева, на его криминальные повадки. Он может стрелять, устраивать вендетту или ещё что-то — но далеко, без меня. А сейчас он рядом, со мной, и в этом случае он должен оставлять всё за воображаемыми дверьми.
— Ясно, — вздыхаю, когда молчание затягивается. — Я поняла.
— Одно.
— Что?
— Одно сообщение в день, на больше не рассчитывай. У меня нет времени вести глупые переписки.
— В Новый год ты мне писал!
— Писал. И тогда у меня было время.
Я хмурюсь, сдерживаю радость внутри. Это больше, чем я рассчитывала. Но всё равно нельзя так откровенно показывать свои эмоции, хочу прочувствовать момент.
Отклоняюсь, когда Эмин тянется ко мне с поцелуем. Я отворачиваюсь, позволяя прижаться губами к щеке. Кожу щиплет, волнами расползается жар, превращая меня в красный помидор.
— Я всё ещё обижена.
— Дина!
— Очень обижена, — шепчу, не сомневаясь, что мужчина услышит меня. — Мне было неприятно. Ты просто воспользовался мной и сбежал, ничего не объясняя. Короткое сообщение не в счет. А мне… Мне хотелось знать, что происходит.
— Ты могла написать и спросить.
— А ты бы ответил? Сам сказал, что не до того было.
— Я бы постарался.
Я лихорадочно ищу хоть ещё какой-то повод для скандала. Нельзя так просто сдаваться, а то Хаджиев поймёт, что я умею быстро прощать и забывать обиды. Но в голове пусто.
Я киваю, проигрывая в собственной борьбе. Ладно, пусть. Эмин пошел на уступки, я тоже могу. Не сложно ведь, правда? Жмурюсь на секунду, успокаивая бурю внутри. Я буду потом разбираться в том, что происходит и что это всё значит.
Пока — буду плыть по течению, иногда устраивая шторм.
— Теперь, красавица, когда мы всё решили — можем вернуться домой? Или ты ещё хочешь поспорить?
— Ла-а-адно, — тяну медленно, нехотя. Но то, как смотрит Эмин, рушит любое сопротивление. Он прекрасно понимает, что этот раунд за ним. — Поехали домой. Говорят, у меня муж из командировки вернулся.
  
Глава 30. Эмин
 
— Я. Тебя. Ненавижу.
Дина выдыхает рвано, вкладывая лишь настоящую искреннюю ярость в свои слова. Сдувает длинную челку с покрасневшего лица, вытирает капельки пота. Её трясет, жар исходит от тела, согревая и меня.
Я усмехаюсь, ускоряюсь. Не собираюсь тратить силы на разговоры, когда есть занятие намного лучше. Красавица не отстает от меня, хотя прикрывает глаза, её ведёт от усталости.
— Ненавижу, Хаджиев, — едва не всхлипывает, губа уже начинает дрожать. — Ты монстр.
— Это все знают.
Девчонка сдается, тормозит посреди пустынной дорожки, упираясь ладошками в колени. Вся дрожит, жадно глотает холодный воздух, а мне это не нравится. Заболеть слишком просто, если делать всё неправильно.
Я торможу возле неё, продолжая бега на месте. Удивлён, что красавица так долго продержалась. Ждал вспышки её гнева ещё на первом кругу на стадионе.
Я совру, если скажу, что не в этом была моя цель. Слишком яркие эмоции у девчонки, чтобы довольствоваться только радостью. Выпускает шипы, как острия диамантов.
А я — псих. Наслаждаюсь этим.
Мамедова ещё сильнее убить хочется. Голыми руками на тот свет отправить. За то, что посмел красавицу тронуть, пытался запереть в своем доме, сделав послушной.
Тихая и смирная — не про Дину, никогда не будет. Слишком большой у неё котёл с эмоциями, которые постоянно закипают. Выплескиваются претензиями, руганью, искренним счастьем.
Никогда не видел, чтобы кто-то настолько открыт был в своих чувствах.
— Не останавливайся, ты замерзнешь, — подначиваю, обхватывая запястье. Тяну на себя, но девчонка не сдается. — Дина, заболеешь.
— Иди к черту! — рявкает, потирая колени. — У меня всё болит! Ты обещал мне прогулку, а вместо этого — гоняешь меня, как гончую.
— Я не обещал. Ты сама вызвалась со мной.
— Потому что дура! Ты сказал, что идешь прогуляться. Ты не предупреждал, что будет марафон на выживание. Я не люблю бегать.
И тянет так жалобно, смотрит на меня с немой просьбой. Ещё и вздыхает так театрально, хочется прижать к себе и пожалеть. А то какой-то мудак её потащил рано утром бегать, а моя красавица страдает.
Я стратег, я привык любые ситуации продумывать, решать их. Ложь и манипуляцию щелкал быстро, не задумываясь. Всё ведь ясно, как другие не замечают? Но с Диной, почему-то, ничерта не получается. Вроде и давит, но вроде честно всё говорит.
— Пошли, проведу тебя до дома, — я тоже сдаюсь, убирая волосы с влажного лица. — Нельзя на холоде долго быть, если не двигаешься.
— И кто в этом виноват, а?
— Та, которая отказалась дальше спать, а навязалась вслед за мной?
— Я не навязывалась. И провожать меня не нужно, вообще. Пока.
Взрывается, а её гнев сладостью остается на языке. Дина снова начинает бежать, да так быстро, что на мировой рекорд идёт. Я остаюсь на месте, не желая ввязываться в это всё.
Мне нравится девчонка, глупо отрицать. Но я не привык к чему-то серьезному, и не собираюсь в эту упряжку запрыгивать. У меня есть четкие правила жизни, Дина в них не вписывается.
Я и так пошел на миллион уступок, чтобы ей было лучше.
Комплекс, где мы живём, закрытый. Охрана на высшем уровне, никто не проберется, какими бы деньгами не договаривался с охраной. Можно заморочиться, купить или снять квартиру, но это я тоже держу под контролем.
  
Поэтому Дина спокойно доберется домой.
А мне не хочется влезать в новые разборки.