Морозов. Истинный маг (СИ)

Я ворвался в комнату, но ничего такого не увидел: Лена стояла перед Настей, сидящей на кровати в домашней одежде, держащей в руках белый нож с зелёными прожилками, ещё и отливающий зеленью на свету.
— Лен, что-то случилось? — спросил я.
— Настя каким-то образом создала эту гадость, — ответила Лена, указав на нож. — И не хочет его отдавать.
— Сдался тебе этот нож…- ответил я.
— Она пыталась воткнуть его в своё тело, — ответила она. — Я не дала ей это сделать, но нож она ни в какую не отдаёт.
— К слову, Настя, раньше умела создавать такие ножи? — спросил я, затем обратился к Насте, присев рядом с ней на корточки — Насть, ты раньше создавала подобное?
— Нет, — тихо ответила она. — Оно само собой получилось.
— Само собой получилось, говоришь? — ответил я и протянул руку. — Позволишь мне осмотреть его?
Девушка тут же среагировала и попыталась полоснуть меня по груди, а после воткнуть. И попала бы, если бы не была медлительной, ещё до конца не восстановилась, так что я без труда отскочил назад. Заметив зеленый шлейф после ножа, сотканного из маны, я выяснил что нож этот отравлен и подобен тем, что я видел той ночью.
Вот откуда ищейки берут своё оружие. Видимо, магию свою фанатики получают под влиянием того кристалла. Нет, конечно, кристалл не является источником их магии, я бы это давно обнаружил в сектантах, скорее, катализатором, влияющим на развитие. Имеет смысл его уничтожить, да только это лишь временно избавит крепость от появления новых фанатиков, не искоренит саму секту. Временно, потому что секта сумеет найти новый способ. И потом, кто знает, сколько энергии в кристалле, какой взрыв под землёй он создаст? А если у них не один кристалл? Что если в каждом месте, где они обосновались, у них есть такой кристалл? Столько вопросов, и так мало ответов.
— Она не в себе. — ответил я.
— Неужели? — съязвила рыжеволосая девушка. — Спасибо что разъяснил, сама бы не догадалась.
— Не злись, — ответил на это я. — Злость тут не поможет. Я бы мог помочь тебе, проникнув в её голову, но мне нужно время, чтобы набить руку под эти задачи, пара дней.
Тут волосы Лены словно ожили, потемнели, и кинулись в сторону Насти, та стала брыкаться, начала неистово отбиваться ножом, даже срезала пару прядей, но волосы схватили её и пригвоздили к кровати, накрепко привязав к ней. После этого прическа рыжеволосой ведьмы пришла в норму, она прошла в сторону кричащей подруги и одним ударом ладони по губам нанесла печать, от которой звук её голоса пропал.
— Я сама разберусь с этим, твоя помощь мне тут не нужна, — сказала Лена, потом выхватила нож из рук Насти и небрежно кинула его мне в руки. — Лучше с этим разберись. И вообще оставь меня одну, мне нужно привести в чувства подругу. Таисия! Закрой, пожалуйста за лейтенантом Морозовым дверь.
— Ну как знаешь, — ответил я. — Дай знать, когда захочешь меня увидеть. Где меня найти тебе известно. Хорошего дня.
— Господин, а вы завтракать не будете? — спросила пожилая женщина в фартуке, подошедшая ко мне в коридоре.
— Нет, Таисия, — ответил я, прошагав мимо неё в сторону выхода. — Аппетит пропал.
По пути к своей части стены я много думал о том, что случилось. Я знаю почему она так злится. Она ждала чего-то подобного, но не ожидала, что увидит свою подругу детства такой. Её злит то, что с ней сделали и то, как Настя себя повела. Впервые увидел, на что может быть способна Лена в гневе. Только теперь я начинаю понимать, почему её зовут Алой ведьмой. Нет, конечно я догадывался, что она нарочно вела себя как женственная слабая красавица которой нужна защита, многие девушки хотят быть такими в компании своего мужчины, и всё же… И как, после того всплеска маны, что я увидел, теперь воспринимать её как прежде? Да и эти фокусы с волосами, это же родовая магия. Пусть такой талант в родах редок даже в моём мире, за свою жизнь мне доводилось наблюдать родовую магию, правда, не все из тех, кого я знал, имели родовые таланты, пригодные для боя. Но Алая ведьма из боярского рода, у таких всегда есть нечто подобное среди талантов. А впрочем, какая разница, Лена от этого не перестаёт быть той, что была со мной всё это время. Да и не стоит забывать о том, что мы аристократы, без лжи и скелетов в шкафах у нашего брата не бывает.
 
Что до ножа Насти, он рассыпался ещё до того как я вышел из дома Лены, видимо, я вышел за пределы влияния ауры девушки, да и не было смысла его изучать, эта магия была достаточно проста, без каких-либо секретов, да и яд, как я выяснил ранее, поддаётся магическому воздействию магии исцеления.
* * *
Пару дней я провел в делах в роте, проверял караулы, сверял графики, обсуждал с капитаном насущные вопросы и выяснял все нюансы у сержантов. Конечно мне было противно знать, что среди моих подчинённых служат такие же ополоумевшие ублюдки, какой становится Настя, но мне ничего не оставалось, кроме как набраться терпения и не подавать виду. Тот же сержант Свирин временами откровенно чуть не выводил меня из себя, тем, что постоянно улыбался. Эта натянутая улыбка была подобна маске, за которой крылось нечто в роде «я бы вас убил, но долг требует вам служить». Я бы тоже был бы не прочь всадить ему в его морду поток огня, такой силы, чтобы огонь из глазниц и ушей повалил, и порой, чтобы охладить пыл, часто уходил на перекур, бросая все дела и переговоры.
И тем, не менее, стоит отдать должное сержанту, нет, не тем как он работает, работал он как часы, словно никогда не спит и не ест. Но тем, что эта злость помогла мне выкладываться на полную на вечерних тренировках.
Я не стал тренироваться на полигоне в крепости, так как планировал выжигать максимум маны из своих запасов огненной магией, потому седлал Кошмара и выезжал в лес, где заприметил неплохую поляну вдали от всех, а перед началом проверял нет ли кого из людей поблизости, только потом всаживал в себя стимулятор и начинал. Да, это была опасная затея, но я не видел других приемлемых вариантов.
Но сегодня, на третий день, к вечеру приехал караван, и я поспешил туда. Причин у меня посетить их было несколько: у меня закончились папиросы, я жду доставку тренировочного артефакта и свой килич. Артефакт я заказал давно, на те деньги что получил после той резни. Остаток премии пришлось отдать тогда на восстановление моего меча, килич был изрядно потрёпан и местами повреждён. Никто не хотел браться за восстановление столь старомодного оружия с неизвестными свойствами, я даже стал подумывать отправить его в поместье Морозовых, пока один артефактор не сказал мне, что может отправить его знакомому в столицу, который работает и с таким оружием. Я ждал полгода, что артефакт, что оружие, а потом получил письмо, еще в Тюменцево, что их доставят в этом месяце. Конечно, надежд мало, что караван привезёт их сегодня, тем не менее, я всё ещё утешаю себя вероятностью, что это случится.
Вокруг каравана уже собралась толпа простолюдинов, которую пришлось малость растолкать, чтобы добраться до торговцев. По традиции, караван сперва должен был разобраться с поставками, и только потом приступить с торговле с народом, потому рота юго-западных ворот держала толпу на расстоянии, пока дела с поставками не будут завершены. У меня так же были ещё дела, так что я не стал никого ждать, дал знать местному дежурному, что заберу кое-что и уйду. Сержант не стал спорить со старшим по званию и согласился немного подождать.
— Ну здравствуй, Дима, — сказал я уже знакомому торговцу в цветастом сюртуке.
— Здравствуй, лейтенант, — сказал с улыбкой торговец, узнав меня. — Рад тебя видеть в добром здравии. За папиросами пришёл?
После этих слов, он забрался в повозку и стал шарить по ящикам.
— И за ними тоже, — ответил я. — Не знаешь, кто у вас тут почтой и доставкой посылок занимается?
— Знаю, конечно, — сказал торговец, слезая с повозки с коробкой папирос. — Вон та повозка, черного цвета, а мужичка Тимур звать. Вот твои папиросы, этой коробки тебе надолго хватит.