Одержимость (СИ)

Но был ли он способен просто забрать жизнь невинной девушки? Да и зачем ему это, если, по его словам, Анжела была с ним, пока я еще не была к этому готова?
Я подскочила с места и затараторила:
— Извините меня, пожалуйста, я понятия не имела, что произошло с вашей дочерью, и я не хотела сделать вам еще больнее.
Женщина затихла. Ее слезы закончились, но ведь боль, сжигающая изнутри, может быть бесконечной. Если бы я однажды потеряла Алису, я бы без сомнений прыгнула с моста, потому что не представляю свою жизнь без дочери. Даже не так, она — моя сила, не дающая сломаться, без нее меня просто нет.
Женщина вытерла слезы и кивнула мне в сторону двери:
— Просто уходите и больше не напоминайте нам о себе. Знали вы или нет — мне все равно, это не вернет Анжелу.
Я опомнилась лишь когда села в машину, и звук двигателя вернул меня к реальности. В один момент я вдруг оказалась женой чудовищного и бесчестного человека, способного на убийство, шантаж и подкуп. Разумеется, это были лишь догадки, у меня не было никаких доказательств на руках, однако сам факт того, что Марк, по его словам, меня любит и при этом не видит ничего зазорно в том, чтобы применять по отношению ко мне насилие, говорил о многом.
Да, эти мысли давно блуждали у меня в голове. Я бы даже сказала, что на второй месяц знакомства уже догадывалась о жестокости Марка, но ведь женщинам так свойственно верить, что в их силах все исправить, верно? Однако можно ли оправдывать себя таким образом?
После того, что я услышала, никаких сомнений не осталось. Если мой муж и правда не виновен в смерти этой девушки, то ему нечего бояться, так ведь? Я просто обязана набраться смелости для того, чтобы пойти против Марка, ведь ближе меня к нему никого нет.
Я вздрогнула от резкого жужжания телефона. Достала его из кармана и ответила на звонок, увидев знакомый номер:
— Ангелина, вы…
— Я все знаю, и я готова вам помогать.
— Отлично. Это дело не быстрое, у вашего мужа слишком много связей, поэтому постарайтесь пока не вызывать у него никаких подозрений, хорошо?
Целовать Марка, обнимать и улыбаться, при этом прокручивая в голове сцены жестокой расправы? Звучит не так уж сложно, верно?
— Какой у нас план?
  
Глава 23. Ты же не надеялась, что это сработает?
 
Я судорожно поправляла платье. До «праздничного ужина» осталось буквально полчаса. Скоро сюда придет множество гостей и, как я понимала, Марк специально позвал прессу, чтобы показать всему миру, как мы счастливы.
В этот вечер все должно пойти по плану. Если же нет, я боялась даже представить, что тогда произойдет. Мы с Александром очень долго обсуждали, как нам поступить. Было много вариантов, однако большинство из них могли оказаться нерезультативными. Чтобы посадить моего мужа, необходимо крайне весомое доказательство. Что-то вроде полного признания, и мне нужно подловить момент, когда он будет готов к откровенному разговору.
Беспокоило лишь одно — искренность у Марка была не частым гостем — только когда он выходил из себя и унизительно избивал меня. Требовалось довести его до того уровня агрессии, когда срываются все маски, обнажая уродливое нутро. Пострадать я не боялась, подкрепляя свои силы мыслями о том, что если все наконец-то закончится, у меня будет шанс.
На этот вечер я не стала особо наряжаться. Выбрала достаточно простое, но элегантное темно-синее платье, подвела немного глаза и губы, туфли на небольшом каблуке. Волосы оставила распущенными — так они лучше всего закрывали микро-наушники, которые и должны были зафиксировать то, что скоро произойдет.
На всякий случай я решила проверить связь и обратилась к Александру через наушник:
— Вы меня слышите?
— Да, все в порядке. Не переживайте, Ангелина, наши люди уже на местах, все готово. Теперь успех операции зависит лишь от вас.
Как я ни старалась себя убеждать в том, что не боюсь — не получалось. Мне было что терять, и потому я в сотый раз мысленно прокручивала сценарий этого вечера. Вроде все просто — сыграть спектакль перед прессой со счастливым концом, а после радостно помахать Марку рукой, когда того будут забирать в участок.
 
Дверь в спальню распахнулась, и зашел муж с Алисой на руках. Он осмотрел меня и сказал:
— Неплохо. Я бы, конечно, выбрал что-то более изящное и подходящее тебе по статусу, но сегодня ведь акцент будет не на одежде, а на наших счастливых улыбках, верно, дорогая?
Я обернулась, взяла спящую малышку, села с ней на кровать и тихо сказала:
— Алиса может испугаться такого большого количества людей. Ей лучше остаться в комнате, давай позовем Людмилу?
— Нет. Дочь будет с нами в начале вечера, а как устанет, Людмила ее заберет.
Мужчина сел рядом и дотронулся до моих волос, отводя их в сторону и обнажая шею. Он прикоснулся губами, еле ощутимо провел по моей коже, оставив влажный след, и шепнул мне на ухо:
— Без глупостей, иначе твой дорогой Рома не дотянет даже до суда.
Я вздрогнула, но осталась на месте, боясь разбудить дочку. Кивнула и ответила:
— Все будет так, как ты хочешь, Марк. Не надо в очередной раз доказывать свою власть.
— Прекрасно. Тогда я спущусь вниз, чтобы убедиться, что все в порядке. Не задерживайся тут.
Напоследок он поцеловал меня в плечо и вышел из комнаты. Только в этот момент я смогла вдохнуть полной грудью и перевести дыхание. Страшно. Жутко страшно, но я ведь поступаю правильно, верно?
Лицо дочки было таким безмятежным и спокойным, что мне хотелось любоваться им часами, однако время поджимало. Я ласково провела ладонью по волосам Алисы и тихо шепнула:
— Малышка, просыпайся.
Алиса нехотя приоткрыла глаза и сонным взглядом стала осматривать комнату:
— Мам, а я не могу остаться тут? Столько незнакомых людей, мне страшно.
— Все будет хорошо, я рядом с тобой, помнишь? И так будет всегда. Побудешь немного, покушаешь, а потом опять в кроватку, ладно?
Дочка нехотя кивнула и поднялась с кровати. Я помогла ей переодеться в красивое, жемчужно-золотое платье, заплела косичку и поцеловала в щечку:
— Пойдем, нам уже пора. Я буду держать тебя за руку, ты же знаешь, что рядом со мной тебе не о чем беспокоиться?
Мы уже подошли к выходу из комнаты, как вдруг дочка спросила:
— А Рома будет сегодня? Я так по нему соскучилась, почему он даже не звонит нам?
Сердце защемило от тоски и боли. Если бы ты знала, что мы разделяем одно и то же чувство.
— Мы ведь переехали из Геленджика, а у него там работа, своя жизнь. Он же не может все бросить и тут же приехать. У взрослых людей очень много обязанностей, но я тебе обещаю, что скоро вы увидитесь. Он тоже по тебе скучает.
Мы спустились вниз. Тихая, спокойная мелодия, звучавшая на первом этаже, немного меня успокоила и, когда к нам подошла девушка с микрофоном, я смогла спокойно улыбнуться и радостно с ней поздороваться.
— Скажите, какого это наконец-то быть дома?
— Это замечательно. Муж почти не оставляет нас с дочкой, и у нас наконец-то есть время друг для друга.
Дальше мы немного поговорили об этом вечере, девушка сделала мне комплимент и отошла в сторону, потому что Марк громко поприветствовал гостей и подозвал нас с Алисой к себе:
— Друзья, сегодня мы хотели бы отметить объединение нашей семьи. Наконец-то весь этот кошмар позади, виновники будут наказаны, а мы сделаем все, что в наших силах, чтобы наверстать упущенное время рядом друг с другом. Ну да ладно, сегодня праздничный вечер и потому никаких драм. Давайте поднимем бокалы за мою дорогую жену, которая наконец-то рядом со мной. Она — невероятная женщина, не сломавшаяся после всего того, что с ней происходило. Ну и, конечно, за Алису, мое счастье и мою награду!
 
Гости дружно зааплодировали и стали нас поздравлять. Марк показушно поцеловал меня, обнял за талию и незаметно шепнул, делая вид, будто поправляет мои волосы:
— Улыбайся, а то ты сейчас больше на покойника похожа.