Гроза пришла в Зелёные Холмы (СИ)

— Ерунда, — несмело улыбнулась я в ответ, — он не причинил мне вреда
— Я спрашивала Дари, — смахнула с глаз слезинку бывшая телезвезда, — девушка тебе попалась боевая.
— Всё хорошо, — уклончиво ответил Сан Дар. — Но, Соника, откуда ты знаешь мою бабушку?
— Лорри Араи — была кумиром миллионов, — ответила я. — В доме родителей до сих пор хранятся вырезки из старых газет, они были фанатами телешоу «Сердца Врачей».
— Ничего не понял, — нахмурился Дар. — Я слышал, что бабушка играла в театре, до того, как перенеслась сюда, и у неё были поклонники, но миллионы…
— Потом ему расскажешь, — поморщилась Лорри и обратилась к Сонике, — скажи, в твоё время я…мертва?
— Лежите в коме уже сорок лет, — тихо ответила я.
— Догадываюсь, почему меня не отпускают, — хмыкнула женщина и обратилась к Сан Дару. — Дорогой, сходи проверь своего знакомого. Я хочу поговорить с твоей спутницей с глазу на глаз.
— Он пришёл в себя?
— Да, я сделала всё, как ты просил. Найдёшь его на заднем дворе, он помогает старшему садовнику.
Блондин кивнул и покинул гостиную, Лорри, проводив его взглядом, обратилась ко мне:
— Я бы хотела поговорить с тобой наедине. У Дари могут возникнуть вопросы. Ответишь на них позже, сама, если будет желание.
Я лишь кивнула, не зная, чего ожидать. В это время, слуга вернулся с подносом, на котором стоял чайник и чашки, а следом пришла девушка, разложила блюдца с закусками на столе. Лорри Араи сама разлила тёмный напиток, видом и запахом напоминающий чай, пододвинула ко мне чашку и, улыбнувшись, спросила:
— Сильно испугалась, попав сюда?
Дрожащими руками я взяла чашку, и почувствовала, как внутри меня прорывается неведомая плотина. Я рассказала женщине всё — как вышла на ринг, получила удар по голове, а затем очнулась на солнечной поляне, о встрече с блондином, его помощником, о знакомстве с Нарианом Таем. Рассказала всё, без утайки, потому что видела — Лорри слушает меня с сочувствием и пониманием. Закончив долгое повествование на событиях сегодняшнего утра, я пригубила порядком остывший чай и спросила:
— Есть ли шанс вернуться назад?
  
Глава 35
 
Лорри Араи молча смотрела в большое окно гостиной, забыв про чай. Пауза затянулась.
— Возможно, и есть способ, но я его не знаю.
Внутри меня всё оборвалось.
— Но как же так? Разве вы никогда не хотели вернуться обратно, к богатству и славе?
Бабушка Дари грустно улыбнулась и покачала головой.
— Поначалу, такое пристальное внимание ко мне, было в новинку. Я действительно наслаждалась славой, возможностью купить всё, что хотела, я ведь из бедной семьи. Но, последствия не заставили себя ждать. От меня требовали работать без остановки, не давая возможности даже поспать. Заставляли сниматься в каждой рекламе, заключать контракт за контрактом, эти бесконечные мероприятия, фотосессии, съёмки в «Сердцах». В один момент я поняла, что силы покидают меня, здоровье уходит безвозвратно. Из меня пытались выжать все соки, а потом выбросить на обочину за ненадобностью. Как личность — я была никому не нужна. В момент церемонии, получая премию «Женщина года», я не справилась с напряжением, будучи на пределе, и упала прямо на сцене. Открыла глаза…не поверишь, на этом самом диване. Рядом со мной сидел мужчина средних лет, не красавец, но очень приятной наружности, держал меня за руку. Он нашёл меня, лежащую рядом с воротами, спрашивал кто я, откуда…я так и не рассказала ему правду, боялась, что он не поверит и выгонит прочь. Он решил, что я потеряла память и приютил меня.
Гиллион Дар был лучшим врачом в Зелёных Холмах. Его первая жена умерла при родах, он не смог спасти ни её ни дитя. Больше десяти лет жил один, но, как он впоследствии говорил, не смог отпустить загадочную незнакомку и, спустя некоторое время, предложил мне руку и сердце. До самой кончины Гиллиона, я помогала ему во врачебном деле — всё же, «Сердца врачей» хоть и был телешоу, но, для достоверности, все актёры стажировались в настоящих больницах.
 
После того, как мой муж отошёл в мир иной, я продолжила его дело, воспитывала дочь — маму Сан Дара. Я была счастлива жить простой жизнью — ни камер, ни лицемерного окружения, ни пристального внимания. Поверь, возвращаться в современный Токхаль, я не желала. Здесь у меня была любящая семья, работа, свежий воздух, покой, а там — даже моя мать меня предала — переписала на себя всё моё имущество, пока я лежала в больнице, пытаясь оправиться от очередного нервного срыва. Подкупила всех, кого только могла.
Когда моей дочери исполнилось двадцать лет, она встретила Дерриана Тая — младшего брата Герриона. Влюбилась в него без памяти, хотя я не раз говорила — он ей не пара. Члены правящего клана никогда бы не приняли в семью женщину из простых — хоть Гиллион Дар жил весьма безбедно, имел репутацию лучшего врача Холмов, но знатью он не был и достаточным богатством не обладал.
Дерриан был хорошим человеком, в отличии от своего старшего брата. Герриону важны деньги и власть. Он не терпит инакомыслия у подчинённых, даже из Нариана пытается вылепить точную копию себя… Так вот, Дерриан был готов покинуть правящий клан, купить поместье в Нейтральных Землях, неподалёку от границы с Холмами и поселиться там вместе с моей дочерью, её звали Леа. На тот момент, она уже носила под сердцем Сан Дара. Геррион был в ярости. Я не знаю, чем он шантажировал и как надавил на младшего брата, но Дерриан вскоре женился на дальней родственнице, забыв про возлюбленную и своего сына.
Дару было около двух лет, когда Леа заболела и скоропостижно скончалась. Я воспитывала ребёнка одна. На десятилетие внука, к нам в поместье, неожиданно, нагрянул Дерриан. Я была в ярости и велела ему немедленно убираться. Он выслушал меня, рассказал, что сожалеет о том, что не смог быть рядом с Леа и сыном. Говорил, что Геррион угрожал сравнять с землёй это поместье, убить меня, дочь и внука, если его брат не возьмёт в жёну ту, кого выбрал для него правящий клан. Я смотрела в его глаза и видела сколько в них боли и сожаления, нет сомнений — он говорил правду.
Сан Дар поначалу устраивал истерики, кричал, что ненавидит Дерриана, но потом что-то случилось, и он быстро нашёл общий язык с отцом. Каждые выходные Дерриан проводил в нашем поместье, учил Дари всему, что знал сам, вырастил из него по-настоящему ответственного, справедливого и доброго человека. Когда моему внуку исполнилось двадцать, его отец предложил нам продать это поместье и втроём уехать в Даркайн. Объяснил это тем, что он оказал их правителю неоценимую услугу и тот обещал выгодное место при дворе для них с сыном, а меня включить в гильдию врачей. К тому же, Дерриану обещали защиту, гарантировали, что в Даркайне до них не доберётся правящий клан. Это была наша последняя встречал с отцом Дара…Спустя неделю он трагически погиб.
Дар уверен, что здесь не обошлось без вмешательства Герриона. Как же он был зол, когда дядя велел занять место его отца в иерахрии правящего клана! Я еле уговорила его остыть, не рубить с плеча и хладнокровно подойти к расследованию смерти отца. С тех пор у них с Геррионом и Нарианом холодная война.
Я слушала рассказ Лорри с открытым ртом. Теперь мне стало ясно, почему Дар подозревал всех и вся, относился ко мне с таким негативом, считая, что меня, под видом «неправильной Грозы», подослал правящий клан. Но одно мне было сложно принять — неужели, действительно нет способа вернуться обратно, в моё время? Как бы я не сопереживала Дару, оставаться в этом опасном обществе я не хотела. Мне хватало интриг и в Кэррейской Федерации Рестлинга, а жить здесь, зная, что в любую минуту можешь стать мишенью правящего клана или следить за каждым движением, в ожидании штрафа — нет, этого я не желала.
— Ты, наверное, устала, — участливо спросила Лорри, глядя на всю гамму чувств и эмоций, отобразившихся на моем лице, — нагрузила я тебя своей биографией и проблемами, но ты — единственная, с кем я могу быть откровенна.