Плененная во тьме (ЛП)

Мне хотелось причинить ему боль. Но я не могла.
Оставив повязку на глазах, он осторожно взял меня на руки и поднял с кровати.
Я почувствовала, как меня подняли и как, в полнейшей темноте, мое тело оказалось в подвешенном состоянии. Моя тяжелая голова упала на его руку. Я чувствовала его под собой. Своей кожей, я чувствовала его одежду.
- Почему я не могу двигаться? - заплакала я.
  
- Я дал тебе кое-что. Не волнуйся, это скоро пройдет.
Напуганную и ослепленную тьмой, он обвил меня руками, а его голос стал приобретать структуру и очертания. Он несколько сдвинул положение моего тела так, чтобы моя голова перекатилась на его рубашку.
- Перестань дергаться.
В его голосе послышались нотки веселья.
Перестав сопротивляться, я попыталась сконцентрироваться на деталях, связанных с моим похитителем. Он был ощутимо сильнее, раз переносил меня, и при этом у него не сбивалось дыхание. Своей щекой я чувствовала его сильную, широкую грудь. От него немного пахло мылом, возможно, немного потом, и мужским запахом, который казался и знакомым и таким незнакомым одновременно.
Наш путь был не долгим, всего несколько шагов, но для меня каждая секунда казалось вечностью в параллельной реальности, где я была в чужом теле. Но моя собственная реальность обрушилась на меня, в тот момент, когда он опустил меня внутрь чего-то гладкого и холодного.
Меня охватила паника.
- Какого хрена ты делаешь?
Последовала пауза, после чего он произнес изумленным голосом.
- Я же сказал тебе, что собираюсь помыть тебя.
Я открыла было рот, чтобы возразить, но вместо у меня получилось издать лишь пронзительный вопль, когда первый поток холодной воды попал на мои ноги. Пока я безрезультатно пыталась вылезти из ванны, перекатывая свое тело к краю, вода стала теплее, и он снова усадил меня на место.
- Я не хочу принимать ванну. Отпустите меня.
Я пыталась снять повязку с глаз, постоянно шлепая себя по лицу своими вялыми руками, что противоречило моей цели. Моему похитителю совершенно не удавалось сдержать свой смех.
- Мне все равно, хочешь ты, или нет, тебе нужно принять ванну.
Почувствовав его руки на своих плечах, я собрала все силы для атаки. Мои руки беспорядочно потянулись назад, и схватили его, как я думаю, за лицо или шею. Но он тут же погрузился своими пальцами в мои волосы, и сильно потянул их назад, запрокидывая мою голову под странным углом.
- Ты хочешь, чтобы я тоже играл жестко? - прорычал он мне в ухо.
Когда я не ответила, он сильнее сжал свои пальцы, от чего начало покалывать кожу головы.
- Отвечай на вопрос.
- Нет, - всхлипывая, испуганно прошептала я.
Он тут же ослабил хватку. Но прежде, чем убрать руки из моих волос, его пальцы помассировали мою кожу. Я была в ужасе от происходящего.
- Я собираюсь разрезать твою одежду ножницами, - решительно произнес он.
- Не бойся.
Поток воды и биение моего сердца слились воедино и застучали в ушах, при мысли о том, что он собирается раздеть и утопить меня.
- Зачем? - лихорадочно выпалила я.
Его пальцы начали ласкать мое напряженное горло. Я задрожала от страха. Мне было невыносимо, что я не могла видеть то, что происходит, и это заставляло меня чувствоватьвсе более ярко .
Внезапно, его мягкие, полные, и незваные губы оказались у моего уха. И пока я пыталась отодвинуться от него и изогнуться, он вдохнул мой запах.
- Я мог бы раздеть тебя медленно, не спеша, просто ножницами будет быстрее.
- Держись от меня подальше, ты, придурок!
 Что с моим голосом?Этой бойкой стороне меня, действительно, следует заткнуться. Из-за нее меня могут убить. Я ожидала некий акт мести, но его не последовало. Вместо этого, я услышала тихий звук, похожий на смех. Гадкий сукин сын.
Он медленно и осторожно разрезал мою рубашку, отчего я подумала что, он, возможно, наслаждался моей паникой. Эта мысль подвела меня к тем уголкам моего разума, посещать которые я себе запрещала.
Следующей, он разрезал мою юбку.
Хоть я и старалась дергаться, но мои попытки оставляли желать лучшего. Когда мои руки преграждали ему путь, он без особых усилий убирал их назад. Когда я поднимала свои колени, он прижимал их обратно вниз.
Он, до сих пор, не закрыл ванну пробкой, из-за чего та не наполнялась водой. Меня стал охватывать холод, пока я сидела там, в нижнем белье. Когда он прикоснулся к моему лифчику, я перестала дышать, и меня начало бесконтрольно трясти.
- Расслабься, - мягко сказал он.
- Пожалуйста, - еле выдавила я сквозь рыдания.
- Пожалуйста, чтобы Вы не собирались делать, не делайте. Пожалуйста, просто отпустите меня, и я никому не скажу, я клянусь… клянусь.
Не ответив, он приложил ножницы между моими грудями и разрезал лифчик. Почувствовав, как обнажилась моя грудь, я снова зарыдала.
- Нет, нет, не трогайтеменя!
Он тут же схватил меня за соски и сжал их. Я вскрикнула от удивления и шока. Меня заполнила целая палитра ощущений.
Склонившись ближе к моему уху, он прошептал:
- Ты хочешь, чтобы я отпустил их?
Я кивнула, не имея возможности выговорить словами.
- Да, пожалуйста?
Он еще сильнее сжал мои соски.
- Да, пожалуйста! - рыдала я.
- Ты будешь хорошей маленькой девочкой? снова послышался его голос, пропитанный холодным равнодушием, что совершенно противоречило благородству, которое он пытался демонстрировать ранее.
- Да, - проскулила я сквозь стиснутые зубы и умудрилась положить свои руки поверх его. Его руки были большими и крепко держали меня. Я даже не пыталась убрать его ладони со своей груди. Не было ни единого шанса, что он отпустит.
- Хорошая девочка, - с сарказмом ответил он.
И прежде чем убрать руки с моих сосков, он погладил своими ладонями мои чувствительные и нежные вершинки.
Казалось, моим слезам не было конца, пока я заставляла себя приспосабливаться к его более милосердной стороне. Я сидела тихо, стараясь не заработать новую порцию наказания. Пока он снимал то, что осталось от моего лифчика, и разрезал мои трусики, я могла чувствовать скольжение холодного металла по своей коже, лезвие которое с легкостью разрезало ткань, а, возможно, и даже меня, если бы я слишком резко дернулась.
После того, как он облил мое тело единственным, чем это можно было сделать – съемным душем, он, наконец, закрыл ванну пробкой. Вода была достаточно теплой, и ощущалась гораздо лучше окружающего воздуха на моей обнаженной коже, но я была слишком напугана, чтобы почувствовать какое-нибудь облегчение от того, что я пока была в целости, и в относительной сохранности. Каждый раз, когда вода попадала на кожу в том месте, о повреждении которого я не знала, оно начинало щипать, заставляя меня вздрагивать.
Я попыталась успокоиться и говорить спокойно.
- Вы можете хотя бы снять повязку? Я почувствую себя лучше, если буду видеть, что происходит.
Я сглотнула, в горле пересохло.
- Вы же не сделаете мне больно… правда?
Мои зубы начали стучать, пока я ждала его ответ, все еще с повязкой на глазах, все еще в плену.
На секунду он задумался, после чего произнес:
- Твои глаза должны оставаться завязанными. Что касается причинения боли, то пока, я планировал тебя просто помыть. Но тебе нужно понимать, что у твоего поведения будут последствия, и это означает, что когда ты будешь вести себя неправильно, ты будешь наказана.
Он не стал дожидаться моего ответа.
- Так что, сиди спокойно и мне не придется делать тебе больно.
Он начал мыть мое тело мягким жидким мылом, которое пахло листьями мяты и лавандой. Темнота расцвела с ароматом, заполнившим комнату и окутывающим мою кожу. Как и его голос. Когда-то, я наслаждалась запахом лаванды. Теперь же…. я его возненавидела.
  
Когда он опустился к моей груди, я не могла больше сопротивляться желанию и попытаться накрыть его руки своими. Не сказав ни единого слова, он выскользнул одной своей намыленной рукой из-под моей и сжал мою кисть так, что я отпустила обе руки.