Видящая... Свет во тьме (СИ)

Он сделал шаг вперед, и лунный свет коснулся его лица. Он был прекрасен, как всегда, но в его глазах читалась тревога, которую я никогда раньше не видела.
– Почему ты это делаешь? – спросила я снова, уже тише. – Почему ты приходишь?
Он замолчал, словно борясь с собой. Слова, казалось, застревали у него в горле. Наконец, он выдохнул:
– Потому что… я не могу иначе.
В свете луны его глаза сверкнули алым, но меня это не испугало, а только сильнее притягивало внимание. Лунный свет подчеркивал резкие линии его лица, делая Димитрия еще более отстраненным и недоступным.
  
– Почему? – тихо спросил и сделала еще один шаг к нему, возмущенное фырчанье кота почти мной не воспринималось.
– Потому что… ты особенная, – прошептал он. – ты та, что заставляет чувствовать меня себя живым.
Его слова были простыми, но в них было столько силы, столько решимости, что я почувствовала, как по моей коже пробегают мурашки. Его ответ был неполным, но в нем было достаточно, чтобы мое сердце забилось быстрее.
Он просто стоял и смотрел на меня, и в его глазах я видела что-то, что не могла понять. Что-то глубокое, темное и… нежное. Между нами осталось небольшое расстояние, и вампир стал отступать к окну.
– Останься, – попросила я, не зная, откуда взялась эта смелость. – Останься еще немного.
Димитрий удивленно посмотрел на меня, словно, не ожидая такой просьбы.
– Я… не думаю, что это хорошая идея, – сказал он, его голос стал хриплым.
– Почему? – спросила я.
Он молчал, и я поняла, что он боится. Боится себя, боится своих чувств, боится того, что может произойти, если он останется.
– Потому что… – начал вампир, но снова запнулся. – Потому что я не могу гарантировать, что смогу сдержаться.
– Сдержаться от чего? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на бурю, бушующую внутри меня.
Он отвел взгляд, и я увидела, как напряглись его челюсти. Димитрий боролся с собой, как зверь в клетке, и я понимала, что он говорит правду. Он действительно боялся.
– Ты не понимаешь, – прошептал вампир, его голос был полон отчаяния. – Ты не понимаешь, что ты со мной делаешь.
– Что я делаю? – спросила я, чувствуя, как мои щеки начинают гореть.
– Ты… ты заставляешь меня чувствовать, – сказал он, словно это было проклятием. – Чувствовать то, что я давно забыл, как это. Ты заставляешь меня хотеть… жить.
Я опустила руки, выпуская кот на волю и сделала последний шаг на встречу к нему. Димитрий попытался снов отступить, но я схватила его за руку не позволяя уйти.
– Но и ты дал мне шанс н то, чтоб дышать полной грудью, а не доживать век в психиатрии! – горячо проговорил, ловя его взгляд.
Он покачал головой, но в его глазах не было уверенности.
– Это… опасно! – сказал он. – Для нас обоих.
– Почему? – спросила я. – Почему это должно быть опасно?
Он сделал шаг назад, словно пытаясь спрятаться от меня, от своих чувств.
– Потому что я… я не знаю, как с этим справиться, – признался он. – Я не знаю, как быть рядом с тобой и не… не захотеть большего.
Димитрий снова замолчал, и в комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тихим мурлыканьем домового. Я смотрела на него и понимала, что он говорит правду. Он был напуган, растерян и… уязвим. И это делало его еще более привлекательным.
– Тогда научись, – прошептала я, не зная, откуда взялась эта смелость. – Научись быть рядом со мной и не… не делать того, чего я не хочу.
Он удивленно посмотрел на меня, словно, не веря своим ушам.
– Ты… ты действительно этого хочешь? – спросил он.
Я кивнула, не отрывая от него взгляда.
– Да, – сказала я. – Я хочу, чтобы ты остался. Я хочу узнать тебя лучше. Я хочу понять, что ты чувствуешь.
Вампир молчал, словно обдумывая мои слова. Я видела, как он борется с собой, как пытается принять решение. Наконец, он выдохнул и сделал шаг вперед.
– Хорошо, – сказал он. – Я останусь. Но ты должна знать… это будет непросто.
– Я знаю, – ответила я. – Но я готова рискнуть.
Он улыбнулся, и эта улыбка была такой редкой, такой искренней, что мое сердце забилось еще быстрее.
– Тогда… – сказал он, – тогда я останусь. И я постараюсь… сдержаться.
Он подошел ко мне ближе и протянул руку. Я взяла его руку, и почувствовала, как по моей коже пробегает электрический разряд. Его рука была холодной, как лед, но в его прикосновении была такая нежность, такая сила, что я почувствовала, как все мои страхи отступают.
– Мне завтра на работу, – тихо пожаловалась ему и нервно усмехнулся.
– Идем, тебе стоит поспать, – и Димитрий подхватил меня на руки и направился в мою спальню.
– А ты? – и он так н меня посмотрел, что я понял, что сморозил глупость.
– Мне сон почти не требуется, – хмыкнул мужчина и положил меня на кровать и рядом со мной место занял запрыгнувший кот, который тут же зашипел на вампира. – Твоих сил маловато, чтоб со мной справится! – щелкнул по носу домового Димитрий и присел рядом со мной.
– У меня такое чувство, что вы знакомы, – и я сонно зевнула.
Вмпир усмехнулся, наблюдая за тем, как кот, недовольно ворча, устроился у меня в ногах, продолжая испепелять его взглядом.
– Мы оба давно живем, – и не отвечая, но и не опровергая проговорил вампир и накинул на меня одеяло.
– Расскажи… – пробормотала и вытянув свою руку из-под одеяла сжала его.
– О чем? – спросил Димитрий и поцеловал кончики моих пальцев.
– О тебе и домовом, – попросилась и повторно зевнула, сон все сильнее на меня накатывал.
– Тогда слушай… Домовые являются хранителями очага, оберегают семью, которой они решают служить, – его голос стал тише, словно он боялся разбудить не только меня, но и саму тишину комнаты. – Я уже говорил, что не всегда был таким, как сейчас. Были времен, когда я был монстром.
Сон окончательно накрыл меня. Я чувствовала тепло его руки, слышала тихое мурлыканье кота у моих ног. И я знала, что, несмотря на все, я в безопасности. Потому что рядом со мной были два существа, которые, несмотря ни на что, оберегали меня.
И уплыв в царство сна и беззаботности не слышала того, что рассказал Димитрий:
Он сражался со мной. Не физически, конечно. Он плел сети из кошмаров, насылал видения, пытался изгнать меня из поместья. Но я был слишком силен. Я питался страхом, и его попытки лишь подпитывали меня. Я убил всех, кто жил в том доме. Всех, кроме него. Он был бессмертен, привязан к этому месту. И я оставил его жить, в одиночестве, среди руин его дома. 
Шипение кота и грустная улыбка мужчины, которые берегли сон девушки не тревожили Яну. Она наконец-то смогла спать ни о чем не тревожась.
 Глава 12 
Впервые я проснулась с улыбкой на губах. Глаза открывать не хотелось, но трезвонящий будильник настойчиво напоминал о себе. Села в кровати и огляделась. Димитрия нигде не было и в душе медленно разливалась разочарование: ушел…
Потянулась к телефону и потушила все еще трезвонящий будильник. Поморщилась от его противного звука и выпрямилась. Растёрла лицо руками сбрасывая остатки сна, сидеть было некогда. Надо было умыться и собираться на работу.
В отражении на меня смотрела девушка с растрепанными волосами и загадочно блестевшими глазами. В голове крутились обрывки вчерашних разговоров, его прикосновения, его взгляд. Все казалось таким искренним, таким настоящим.
Выйдя из ванной, я накинула халат и направилась на кухню. Кофе. Только крепкий кофе мог вернуть меня в реальность. Заваривая напиток, я заметила на столе небольшой клочок бумаги. Сердце забилось быстрее.
Развернув его, я увидела короткую записку, написанную торопливым почерком: 
  
"Прости, что ушел так рано. Очень важные дела. Увидимся. Д."
Улыбка сама собой расплылась на губах. Сделав первый глоток кофе, я почувствовала, как тепло разливается по всему телу. День обещал быть хорошим. Выходя из квартиры, я глубоко вдохнула свежий утренний воздух.