По приказу сердца (СИ)

— Хорошо. Идите в гостиную.
Я наблюдала, как Дима быстрыми шагами поднялся на второй этаж и ушёл в сторону своей комнаты.
— Кира, я даже боюсь спрашивать, кто это… — сказал Игорь, проходя в гостиную.
— Мы с тобой об этом говорили. Ты уже устроил свою жизнь, а я… У меня есть выбор.
Я встала около дивана и сложила руки перед грудью.
— И ты выбрала этого? — он пожал плечами, делая медленные шаги ко мне. — В общем-то, он показался мне неплохим. Но отдавать тебя хоть самому идеальную мужчине на свете мне будет очень трудно.
— Если я решусь на это, то тебе придётся с этим смириться.
— Но, Кира, зачем ты сбежала от меня?
— Потому что нам необходимо начать отвыкать друг от друга и строить отдельные жизни.
— Но ты же носишь моего ребёнка. Я хочу помогать вам.
— Это ни к чему… — я коснулась рукой лба. Как же всё было сложно.
— Что значит ни к чему? Это просто неправильно. Скажи… — он сложил руки по карманам и шумно выдохнул, — мне всё-таки придётся задать этот вопрос… Вы с этим парнем вместе?
— Он мне очень помогает и… хочет жениться на мне и признать моего ребёнка.
— Нет, Кира, я против, — его карие глаза округлились, а дыхание по громкости стало приближаться к его голосу. — Это мой ребёнок. Твой и мой. Наш. И я хочу пусть даже самым малейшим образом, но быть причастным к его жизни.
— Но…
— Кира, послушай, — он схватил меня за локти и впился в меня взглядом. — Я буду вам помогать. Ты не останешься одна. Деньги у тебя всегда будут.
— Игорь, ребёнку нужны не только деньги. Ему отец нужен. Я понимаю твои чувства, но и ты должен понимать, что моя жизнь и твоя — это разные вещи.
— Но ты не любишь его. Я же вижу, — прошептал он, бегая глазами по моему лицу.
— Но и ты мне никогда не достанешься. Игорь, я знаю, что это больно, но ты должен привыкать, что мы больше никогда не будем вместе. Ты сделал мне подарок, — я отцепила его руки от своих локтей и погладила свой живот, — и я позабочусь о ней.
— О ней?
— Да. Это девочка.
После этих слов я заметила на его лице много разных положительных эмоций. И улыбку, которая всегда меня обезоруживала. Но сегодня она казалась мне самой прекрасной из всех.
— Я думаю, что такими счастливыми, какими мы были вместе, мы уже никогда не будем, — сказала я. — Но не каждому человеку везёт испытать такие чувства. Мы должны быть благодарны за них.
У меня появилось непреодолимое желание коснуться его. Но пока я сдерживалась.
— Они ведь есть до сих пор.
— Есть. Но ты же всё понимаешь… — я покачала головой, чувствую, что еле-еле сдерживаю ещё и слёзы.
— Но это несправедливо, Кира. Это же мой ребёнок.
Увидев, как пара слезинок скатилась по его щекам, у меня замерло сердце.
— Я очень тебя люблю, — сделав шаг к нему, я стала касаться губами его щеки, — люблю, люблю, люблю…
— А я люблю тебя ещё сильнее, — прошептал он мне в ухо.
А потом мы крепко обнялись.
— Кира, я знаю, что это эгоистично, но я не хочу тебя терять.
— Ты нужен своей жене и детям, — сказала я, выпуская его из своих объятий. — Думай о том, что у тебя трое детей, а мой ребёнок — твой мне подарок. Только подари мне его полностью.
— Я знал, что такой момент настанет. Но не думал, что будет так тяжело.
Он походил минуты две по гостиной, а потом подошёл ко мне и сказал:
— Открой хотя бы для меня свою страницу в соцсети. И выкладывай туда фото… ты поняла чьё. Чтобы продолжать жить дальше я должен знать, что вы есть.
— Хорошо. Я создам специальный альбом и сброшу тебе ссылку.
— Спасибо, — он вздохнул и остановил на мне свой взгляд. — Проводишь меня?
— Конечно.
В дверях он бросил на меня тоскливый взгляд и спросил:
— Ты точно выйдешь за него?
— Я пока не знаю, — моя рука надавила на грудь. — Я запуталась.
Он приложил руку к своим губам и поцеловал её, а потом поднёс к моей щеке и подержал несколько секунд. Слеза скатилась с моей щеки и попала на его руку.
— Ты всегда и легко сможешь меня найти, — сказал он и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь.
  
Глава III Лучше синица в руках, чем журавль в небе. Или нет?
  
Моей Софьюшке уже четыре года!
Я подумала о том, как же летит время. Кажется только вчера меня выписали из роддома, а сегодня я уже наблюдала, как моя озорная кареглазая дочурка носится по спортивному комплексу вместе с остальными детьми. Её тёмные волнистые волосы повылезали из косы. Моя дочь в этой игре была, как голова змейки, а все дети бегали за ней хвостом.
Несмотря на то, что сегодня у Софьи был день рождения, этот день мало чем отличался от других. Соседские дети постоянно играли в спортивном комплексе на нашем дворе, который мой папа смастерил своими руками. Но ярким отличием сегодня был огромный розовый торт в форме бабочки, усыпанный серебристыми шариками в виде жемчужинок. Дети съели эту «художественную красоту» минут за пятнадцать и сразу бросились играть во двор: кататься на горках, лазить по лестницам и висеть на кольцах. В конце июня детям сам Бог велел играть в уличные активные игры.
— Кира, Кира! Телефон! — услышала я и развернулась, сидя на деревянной скамейке.
Ко мне подбежала мама, тряся своими пышными формами. Она держала в руках мой вибрирующий мобильный.
— О, спасибо, мам!
Увидев на дисплее имя «Оля», я сразу нажала на звонок.
— Привет, Оль!
— Привет! Поздравляю с днём рождения твоей красотки!
— Спасибо, дорогая, — ответила я, поправляя юбку своего простенького хлопкового платья в горошек.
— Кир, не получится у меня сегодня приехать. Ты же знаешь, я хотела ехать с Димой, но…
— Знаю. Он только сегодня вылетел из Сочи. На работе пришлось задержаться.
— Вот! Я не стала сломя голову бежать на автовокзал и решила, что дождусь Диму, и завтра мы спокойно приедем к вам на его машине.
— Конечно, Оль. Софья, кстати, очень тебя ждёт.
— Как приятно… — протянула Оля от удовольствия. — Но твоя дочурка ждёт меня не так сильно, как Диму, — она сделала интригующую паузу. — Он же её папа.
— Да! — я рассмеялась. — Если так рассуждать, то ты — её мама.
— Так и есть! Но мы же обе знаем, что своего крёстного Софья любит больше, чем крёстную. И я не обижаюсь. Просто мне надо чаще приезжать к вам. Вот Дима живёт в Сочи, а приезжает чаще, чем я.
— Да… Слушай, Оль, — я убрала с лица свои кудрявые локоны, прилипшие от жары, — а та вакансия в вашей студии дизайна ещё свободна?
— Свободна. Неужели ты?.. Не может быть! Ты всё-таки надумала уехать из деревни и обустроиться в городе?
— Ну… есть такие мысли, — ответила я, перебирая ногами под скамейкой.
— Наконец-то! Я сразу сказала, что не надо тебе после окончания института переезжать к родителям. А ты ещё плюс к этому устроилась на почту. Это вообще не твоё.
— Ты же знаешь, почему я это сделала, — тяжёлый выход вышел из меня непроизвольно.
— Да… Потому что Игорёк вернулся из своей трёхгодичной командировки, и ты боялась, что вы вдруг встретитесь.
— Оль, я и сейчас боюсь. Но сколько можно бояться? Мне хочется жить полной жизнью. А здесь я как в засаде какой-то сижу.
— Кира, я очень рада, что твоё терпение закончилось. Короче говоря, завтра суббота, а сегодня ты уже дома… — Оля сделала паузу. — Тогда в понедельник пиши заявление об увольнении. А я пока поищу тебе хорошие варианты с жильём. Думаю, тебе и Софье нужна двухкомнатная квартира?
— Да.
— Хорошо, буду иметь ввиду. А насчёт вакансии я сейчас подойду к начальству и про тебя скажу. У такой как ты точно будут все шансы. Так что готовься потихоньку к собеседованию.
 
— Спасибо, Оль. Ты меня очень подбодрила.
— Не за что! Ты же знаешь, я за любую активность! Давай до завтра!
— Пока.
***
Бодрость после разговора с Олей долга не оставляла меня. Моя подруга была права, я зря вернулась в деревню после окончания института. Но тогда мне казалось, что будет лучше, если мы с Игорем будем жить в разных городах.