Я возьму тебя на руки (СИ)

— Пацан! — помахал я рукой, выходя из машины. — Я тут!
Рома стоял возле аптеки с красным носом. Джинсы мокрые на коленях. Такая же ерунда с локтями на курточке. Странно. То ли он катался с горки и греб носом снег. То ли упал и выкачался в сугробе. В любом случае внешний вид был неопрятный. На него не похоже. Такое чувство, что его били ногами.
— Здравствуйте, — сказал он без прежних ужимок и сарказма. — Спасибо, что приехали. Мне просто не было больше, к кому обратиться.
Я подошел вплотную и присел на корточки. Внимательно посмотрел в лицо. Стряхнул снег с вязаной шапки. Во взгляде мальчика явное отчаяние. 
— Что произошло? Расскажи мне правду.
— Ничего, — ответил Рома. Но глаза опустил. Значит, это вранье. А мне вранье не надо. Хочу узнать причину его звонка. Должна же быть причина. Он бы от нечего делать не звонил на этот номер. 
— Я тебе не верю. Ты меня обманываешь. 
— Я просто хочу попросить вас дать мне денег. На время.
— Много денег?
Рома хотел ответить, но голос оборвал предательский комок в горле. 
— Угу… Много. Очень… много…
Он начал плакать. Беззвучно, по-мужски. Не ревел, а просто давал слезам скатываться по холодным щекам. Мне его было очень жалко. Хотелось помочь. Но деньги деньгами, конечно — надо сперва узнать всю правду. 
— А для чего тебе нужны эти деньги?
— Это для мамы.
— Для Томы?
— Угу, — кивнул Ромка. И зажмурился от слез. — Я должен был купить ей лекарства. Они очень дорогие. И… — едва держался он, чтобы не разреветься. 
А я взял его за плечи, надеясь дать моральную поддержку. 
— Ничего, успокойся. Я тебе помогу. Ты только скажи, что случилось. 
— Она дала мне большую сумму, чтобы я купил лекарства. Ей нужно для ног. Она должна их растирать регулярно, чтобы не было проблем с мышцами. Оно импортное. Мазь такая. Я уже покупал. Но сегодня…
Рома снова зажмурился. И детские слезы капали мне на пальто. 
— Чш… Все нормально, парень. Мне ты можешь рассказать всю правду. Что произошло на самом деле? Куда подевались те деньги, на которые ты обещал маме купить дорогое лекарство для ног?
— Я их потерял. 
Пацанчик сказал это и с облегчением выдохнул. 
— Потерял?
— Да. Все деньги потерял, когда шел со школы. 
— И как же это произошло? Ты же не мог их держать просто в руке? Наверное, они были у тебя в портфеле?
— Нет, были в кармане. 
— А почему одежда грязная?
— Я поскользнулся. И упал. После этого деньги пропали. 
Рома пытался мне врать, а я это видел. Детям трудно обмануть взрослых. Это сразу же заметно. Потому что у детей еще мало опыта. Они не знают, как это — успешно обманывать кого-то раз за разом, прокручивать трюк годами. Рома просто боялся, что не выгорит. И я это видел. Вот только ругаться не собирался. 
— Скажи мне честно. Тебя избили? — Только теперь я рассмотрел синяк на скуле. Его хорошенько кто-то врезал. — Тебя кто-то ударил по лицу и отнял все деньги?
Мальчик пытался что-то сказать, но ничего не вышло. 
— Да… 
Он просто разревелся. Залился горькими слезами, не имея поддержки во внешнем мире. Мама на него надеялась, доверяла сыну. Отдала ему чуть ли не все деньги. И даже если для меня эта сумма не была космической, то для ребенка такие деньги могут казаться чем-то запредельным. И ответственность та же. 
— Кто это сделал? Это были гопники?
— Нет, — мотал он головой, пока я вытирал мальчишечье лицо носовым платком.
— Какие-то бомжи? Уличные отморозки?
— Нет. 
— Это были твои сверстники? Кто-то из школы? — В этот раз голова не повернулась, чтобы отрицать. Пацан смотрел себе под ноги. И я понял, что докопался до правды. — Так, значит, одноклассники? 
— Нет, не одноклассники. Пацаны из старшего класса. 
— Их было несколько?
— Да.
— Дай-ка угадаю… Двое держали, а третий бил?
— Нет, — мотнул Рома головой, чтобы рассказать детали. — Еще был четвертый. Он все снимал на телефон, чтобы выложить в интернет. Он обещал залить видео, чтобы вся школа видела, как меня лупашат в морду. 
Я огорченно выдохнул. Было его жалко. Меня самого не раз "лупашили" после школы. Гоповатые здоровяки всегда не прочь отнять у тебя деньги. Или хотя бы что-то ценное. Да хоть и школьный обед. Одно-единственное яблоко, которое дала тебе мама перед выходом из дома. Это знакомо. Проходили. 
 
— И что же мы будем делать? — Ромка не ответил и не поднял на меня глаз. Только обреченно пожал плечами. — Хочешь, я позвоню сейчас в полицию? Если тот гаденыш и правда выложит видео в сеть, то полицейские вычислят, кто это сделал. Мы найдем их и заставим их родителей заплатить за это штраф. Как тебе идея? Готов наказать своих обидчиков?
— Только не так. 
Ответ малого меня удивил. 
— Почему?
— Так поступают только слабаки. А я не хочу быть слабаком. Если я заявлю на них в полицию, то все будут знать, что я девчонка. Тряпка. Я так не хочу. 
— Что ж… Это вызывает уважение. Я тебя понимаю. 
— Вы же не будете звонить в полицию? — посмотрел он мне в глаза с такой надеждой, что я не мог поступить иначе. Кроме как выполнить все его условия. Этого подросшего комочка маминой радости. 
— Если ты против — не буду. 
— Обещаете?
— Обещаю.
— Ну так как? Вы поможете купить лекарства для моей мамы? Они обычно стоят…
— Мне не нужно это знать. Все это неважно… Хочешь кушать? 
Рома кивнул, и мы пошли с ним в кафе. Я взял нормальное меня, мы хорошенько наелись, выпили горячего чаю. Мальчик отогрелся, успокоился, начал мне доверять. А я дал слово, что ничего не скажу его матери о драке. И об украденных деньгах — "чтобы мама не нервничала". Это было благородно. Нет — не то, что сделал я. Я ведь просто-напросто купил Тамиле всяких мазей и таблеток. Это было легко. Достаточно привычно приложить к терминалу телефон, чтобы с карты снялись деньги. И вуаля. Покупки оплачены. 
Узнав, что именно ей надо, я прикупил с запасом. Даже лучше того, что было у нее раньше. Посоветовался с аптекарем — мне посоветовали более качественные средства, дали некоторые советы по нанесению мазей. Я узнал примерно, как делается массаж. Даже почитал немного в интернете на эту тему. 
А затем мы загрузились в машину и поехали домой. Вот только не ко мне, а к Роме. Неожиданно для себя я снова следовал туда, где было мое сердце. Я ехал к ней — к той девушке, которую хотел увидеть, приобнять. И снова почувствовать ее запах. Запах нежности и беззащитности. Запах уюта и тепла. Запах женщины. Такой необычной и неповторимой в своем роде. 
Так пахнет нечто особенное. Что-то более особенное, чем просто хороший кофе или вкусный борщ. Так пахнет влюбленность. Так пахнет еще один шанс, который дала мне судьба, дабы выполнить свое предназначение. И на этот раз я эту возможность не упущу. Сегодня я сделаю нечто такое, чего раньше не делал — чувствую. 
  
14
 
Тома
Я Роме так и не сказала, что у нас были гости. 
Хотя Руслан и виделся с моим сыном, но когда он вернулся из школы — я ничего не сказала. Не думаю, что ребенок мог что-то заподозрить. Что у мамы вдруг появился влиятельный и материально обеспеченный покровитель. У детей и своих забот хватает. Школа, терки со сверстниками, домашняя работа. Мечты и подростковые страхи. В это время мир кажется очень сложным. И ты не знаешь, как на него влиять и реагировать. И только с годами, когда ты становишься взрослой, то понимаешь, как же просто все устроено.
Все хотят от тебя выгоды. Пользы. Будь это здоровые ноги молодой жены. Или же деньги зрелого мужчины у тебя на кухне. Именно поэтому я твердо решила не звонить ему, не тревожить Руслана. Что бы он ни говорил и что бы я ни чувствовала к нему — этот человек слишком хорош для меня. Я его недостойна. А он достоин большего. Я бы не смогла выдержать конкуренцию в борьбе за его сердце. Каким бы вкусным ни был мой борщ. Я бы не смогла заставить красивого мужика не заглядываться на таких же красивых баб, пока его избранница прикована к инвалидному креслу.