Демон-хранитель (СИ)
Если бы мне была доступна моя магия в полном объеме, как еще несколько недель тому назад, я бы разнес все там в мелкую мраморную крошку. Но сил у меня едва хватило на то, чтобы создать гробницу для моих мальчиков, обратить их в мрамор, улечься между ними, чтобы никогда не вставать.
Они остановили свои сердца. Эльфы верили, что если сделать это правильно, то их души возродятся в более гармоничном и счастливом мире. Там, где нет боли и страданий, волнений и… демонов. Они ушли в свой эльфийский рай и оставили меня умирать, хотя знали, как я люблю их обоих. Не у кого было спросить, почему они так поступили, зная, что и мне не жить без сердец, отданных в их жестокие руки.
В то, что они могли чувствовать мое состояние и знать, что их муж при смерти, мне не верилось. Я ходил по лезвию кинжала уже много веков и не раз заглядывал в глаза Бездне, но мои супруги об этом не знали, я проверял. Мое физическое состояние никак не могло быть им известно, а значит, причина в другом – они просто… ушли. Туда, где я точно не смогу их найти – в великолепные чертоги эльфийского посмертия нет хода демонам. Даже безумно влюбленным.
Сколько я так пролежал, сказать не могу, но однажды ночью я нашел глазами Звезду Эарендиля и понял, что не смогу умереть ни от голода, ни от тоски, ни от любви. К сожалению. Демоническая природа защищает от подобных глупостей очень надежно. В последний раз проведя по мраморным лицам своих змеенышей, я поднялся, ощущая странную пустоту в груди. Не было бурлящего потока магии, такого привычного с детства, не было ласкового шипения Хранителей, не было ничего, ради чего стоило бы жить. И тогда я вышел из опустевшего замка и долго брел, куда глаза глядят – через лес, не разбирая дороги, не помня ничего. И вышел к источнику. Около него сидела очень красивая девушка и раскрашивала кисточками тончайший шелк. Я видел ее лишь со спины, но откуда-то знал, что именно она привела меня сюда.
«Нареченный Балтазаром Бескрылым, - зазвучал у меня в голове ее голос, - зачем ты явился к священному источнику Истины?»
Мысли прыгали у меня в голове, как зайцы, что видимо, не укрылось от незнакомки. В голове раздался серебристый смешок.
«Не имеющий нужды не найдет дорогу в Священный Лес и не услышит голос Хранительницы».
«Мои супруги», - только и смог прохрипеть я.
«Призовут тебя, как только придет время. Они должны пройти свой путь, который ты отнял у них своей любовью. Лишь познав боль и смерть, обретут они покой и радость в твоих объятиях. Иди».
И я ушел. Потратил триста лет, чтобы научиться жить без моих мальчиков и без магии, к которой так привык. Все это время я путешествовал по мирам, не отягощенный более войной и долгом, изучал различные виды магии, культуры различных рас. Вскоре начал даже находить жизнь вполне сносной. Пока однажды, заснув, не проснулся в Азкабане.
Оказалось, что мои змееныши родились заново, став магами расы людей. Большее наказание для гордых эльфов было сложно придумать. Но они выросли, ничего не помня о прошлом, выучились и поступили на службу к темному волшебнику – убогому ничтожеству, не достойному даже зажигать для них факелы. Маги между собой затеяли бессмысленную войну, пафосно именуя ее борьбой Света и Тьмы. Идиоты. Жертвами в этой войне стали очень многие – и безвинные, и виноватые. Сражаясь на стороне Тьмы, мои змееныши оказались среди проигравших. Тхашш погиб в бою, защищая одного безродного щенка, сына своего школьного недруга, Хссаш был схвачен победителями, и его приговорили к поцелую дементора.
Вы хотите спросить меня, почему я ничего не сделал для того, чтобы помочь им? Все очень просто. Судьба коварно уравняла наши силы. Я тоже родился смертным, намного моложе Мора и Эла. И вспомнил, кто я, лишь приняв демоническое наследие по достижении семнадцати лет. Когда уже было поздно. Это за меня отдал жизнь Морнемир. Это я родился сыном его школьного врага – Джеймса Гарольда Поттера.
Глава 20 Туманные планы на будущее
Повисло долгое молчание. Глаза Северуса и Люциуса стремительно приближались размерами к галеону. Снейп открыл было рот, чтобы возмутиться, но Малфой, ухмыльнувшись, отвлек его тем, что чмокнул в приоткрытые губы. Балтазар на это хмыкнул и снова закурил, пока Тхашш, сбитый с толку, решал чем он больше возмущен – новостями или фамильярностью.
- Когда я переместился во времени сюда, - он обвел рукой вокруг себя, - то сразу решил, что не позволю пустить все на самотек. Люциус принял наследие, став Элеманилом. Память к нему не вернулась, что странно. Возможно, эльфы позже достигают совершеннолетия. А может он никогда ничего не вспомнит. Если бы Северус не оказался при смерти, я бы, наверное, не рассказывал вам всего. И уж точно не открывал бы вам своих чувств, не будучи уверенным во взаимности. Но… я так устал от всего от этого. От постоянных игр с вами, хождений вокруг да около. У меня сейчас нет тысячи лет на то, чтобы начинать все заново. Причинить мне большую боль, чем я уже испытал, потеряв вас дважды, проблематично. Поэтому я открываю все карты. Я люблю вас сильнее, чем сможет полюбить кто-либо другой. Вы оба часть меня, моя лучшая часть, и поэтому… я не стану неволить вас, торопить с выбором, давить. Сил у меня сейчас очень мало, около пяти процентов от былой мощи. Через несколько месяцев я надеюсь восстановить хотя бы пятнадцать процентов. Даже с таким ничтожно малым запасом магии я все равно сильнее всех ныне живущих людей-волшебников. И буду защищать вас, как и поклялся себе когда-то. Даже от того идиота, которому суждено стать моим отцом через пару-тройку лет. Убить его нельзя, хотя и очень хочется. Серьезно покалечить тоже, так что придется придумать что-то…
- Мерлин, - хрипло проговорил Северус. - Я не верю. Этого просто не может быть. ЭТО ПРОСТО НЕВОЗМОЖНО! Чертов Поттер! Да я…
- Чшшш, Тхашш, - попытался утихомирить его демон. - Ты был готов поверить, что я – демон, а ты – эльф, но отказываешься воспринимать информацию о том, что я – сын Джеймса?
- Брат еще куда ни шло, - зло выплюнул Темный, - но СЫН?! Не верю. Этого…
- А я вот верю, - вставил свои пять кнатов Люциус, - и доказательства по-моему очевидны, - он указал на себя, а потом на два браслета на руках демона. - Что будем делать?
Демон неопределенно пожал плечами.
- Это решать не мне. Я собираюсь вас защищать. А что до всего остального… я уже сказал – давить на вас не вижу смысла. Мне достаточно того, что вы оба живы, а я уж постараюсь, чтобы вы не ввязались в войну, которая закончится вашей смертью. К тому же я сомневаюсь, что предел мечтаний Северуса – должность зельевара в Хогвартсе и рабство одновременно у Дамблдора и Волдеморта, а у Люциуса – пытки магглов и страх за будущее своей семьи, пытаемой тем же Лордом.