Демон-хранитель (СИ)

 Наконец, настал февраль. Делинталиору удалось высчитать момент появления долгожданных наследников с точностью до нескольких часов, а потому с утра все жители замка пребывали в нервном волнении. Измученные неспокойной беременностью леди дождаться не могли разрешения от бремени, их супруги нервно ходили из угла в угол, Сириус смылся в Инферно, Балтазар отменил все встречи и спокойно курил, забравшись с ногами в большое кресло и бездумно глядя на заснеженный сад.
  
 - Началось, - сообщил ему яркий змей – патронус Люциуса.
 Демон затушил сигариллу и переместился в спальню. Обе леди тихо стонали, опутанные тонкими нитями целебной эльфийской магии, а руны на их круглых животиках налились красным. Прислушавшись, Балтазар уловил нервные шаги обоих принцев под дверью и ободряюще ухмыльнулся обеим леди:
 - Я здесь, никто не умрет, через час вы уже будете отдыхать, мои хорошие. Чуть-чуть осталось. Стесняться не надо, наследники слишком тяжелы магически для одного Делинталиора, потому я ему помогу.
 Этот час был кошмаром. Все-таки не зря родители не всегда давали благословение на межрасовые союзы. Женщины часто не переживали рождения полукровок, особенно, если были слабее магически.
 Нарцисса оказалась очень терпеливой, в отличие от измучившейся вконец Розалинды, она лишь сжимала зубы и держалась за руку обожаемого мессира, из которого вышел бы самый замечательный на свете муж. Он подбадривал, отвлекал, рассказывал какие-то небылицы и щедро делился магией, облегчая страдания.
 Наконец, раздалось тихое, жалобное мяуканье, и на руках у Делинталиора оказался красный сморщенный младенец с белесым пушком на непомерно большой, как у всех новорожденных, головке. Нарцисса устало прикрыла глаза, пока целитель обмывал ее сына и пеленал его в специальные шелковые простыни, а Балтазар, погладив ее по голове, взял за руку Розалинду.
 Сынуля обожаемого Тхашш вел себя совершенно по-другому. Если Драко тихо жаловался на жизнь, мяукая и суча крошечными кулачками, то Блейз, едва сделав первый вздох, заорал так, что Северус услышал его в коридоре через слои защитных заклинаний. Крошечное личико покраснело с натуги, сделав глубокий, судорожный вздох, темноволосый смуглый младенец снова зашелся низким криком, пока не выорал из легких весь попавший туда воздух, и не захрипел, делая новый глубокий вдох.
 - Кого-то он мне напоминает, - устало прошептала Розалинда, глядя на сына, который, в отличие от Драко, и не думал успокаиваться, даже устроившись у матери на животе.
 Он орал, словно пытаясь вывернуться из-под материнской ладони, колотил крошечными кулачками по выносившему его чреву и никак не хотел засыпать. Драко, видимо, поняв, что что-то не так, снова замяукал, морща носик и ворочаясь.
 Северус, тоже не отличающийся терпением, распахнул, наконец, поддавшуюся его натиску дверь и, поцеловав в лоб жену, взглянул на сына. Тот как раз набирал побольше воздуха, чтобы пойти на новый заход.
 - Чего орем? - поинтересовался новоиспеченный отец, дотрагиваясь до влажного темного пушка на темечке.
 Блейз чуть подумал и снова заорал, ничуть не успокоенный.
 Люциус тоже озадаченно поглаживал Драко, беспокойно ворочающегося на Нарциссином животе.
 - Они всегда будут плакать? - поинтересовался он у Целителя, плетущего какую-то сложную вязь заклинаний.
 - До ритуала Наречения – точно, - ответил тот. - Господин, поможете?
 Балтазар небрежным взмахом руки влил немного магии в защитную паутинку, плотно окутавшую младенцев, и те стали спокойнее, но темноволосый все равно заходился в крике, хоть и чуть тише.
 - Интересно, - изумленно произнес Делинталиор. - Ну-ка, господин, подержите, пожалуйста.
 С этими словами он аккуратно подхватил крикуна и вложил его в руки ошарашенного демона. Малыш тут же заткнулся, открыл антрацитово-черные глаза и, запустив цепкую ручонку в длинные темные волосы Балтазара, наконец, удовлетворенно замолчал.
 - Северус номер два, - прошептала Розалинда, устало прикрывая глаза. - Будет скандалить, пока мессир не приголубит его.
 Ребенок засопел и, причмокивая красиво очерченными губками, уснул.
 Балтазар вздохнул, наколдовал люльку из своей магии и подвесил крошечного сына своего Тхашш на уровне груди. Драко икнул от возмущения и ревниво заверещал на одной ноте.
 - Иди уже сюда. Вот балованная порода, весь в отца, - ласково проговорил демон, упаковывая и второго младенца тоже.
 - Это точно наши дети? - поинтересовался Северус, разглядывая умиротворенные личики сквозь ярко-красную пелену коконов, в которые те были завернуты.
 - О, да, - иронично заметил Балтазар. - Демонята рождаются с хвостами и никогда ничего не просят. Мой сын уже пил бы из меня кровь, а ваши – просто скромняшки, тянут только магию. Леди, наследники прекрасны, - он галантно поцеловал ручки обеим дамам, ловко надевая на них богато изукрашенные браслеты. - Отдыхайте, мы навестим вас, когда проголодаемся.
 С этими словами он величественно вышел из комнаты, а по воздуху за ним поплыли два красных кокона с маленькими капризными паразитами. Делинталиор, ухмыльнувшись, принялся обихаживать дам, а принцы, недоуменно переглянувшись, поспешили к камину – доложить Аурелиусу и Абрахасу, что в мире стало на одного Принца и на одного Малфоя больше.
 Также следовало назначить дату ритуала Наречения. Не таскать же Балти маленьких мальчиков за собой, пока они не достигнут совершеннолетия? И кто вообще тут отец, спрашивается?
 Главы обоих родов вывалились из камина с просто неприличной поспешностью, наперегонки бросившись в кабинет, в котором Балтазар как раз просматривал свежую прессу. Ярко-красные свертки плавали вокруг него, укачивая детей. Идиллия.
  
 - Мессир, - чуть озадаченно выдавил Абрахас, наблюдая, как сигарильный дым складывается то в большую бабочку, то в дракончика, то в маггловскую машинку, прежде чем растаять без следа, наткнувшись на магический барьер, мешающий ему навредить хрупким организмам наследников.