Демон-хранитель (СИ)

 - Не бойтесь, моя леди, - Балтазар подмигнул ей, продолжая расставлять красивые золотые свечи в одному ему известном порядке, - когда в ход пойдет моя магия, страх уйдет.
 Леди предпочла поверить, так как совершенно не представляла себе, как можно получить удовольствие, лежа на голом кристалле, да еще и с мужчиной. Мужчинами.
  
 Глава 102 Ритуал ч.1 Искра 
 Нарцисса и Люциус с интересом наблюдали за тем, как Балтазар готовит ритуальный зал. Демон периодически выхватывал из воздуха пучки каких-то трав, разноцветные кристаллы странной огранки и кусочки самородного красного золота. Потом достал каменный кубок, очень темный, грубой работы, весь покрытый вязью непонятных символов, и кисточку. Люциусу показалось, что волоски этого странного артефакта слабо шевелились.
 Нарцисса никогда не видела, как чарует мессир. Казалось, магия сама спешит исполнить даже малейшие желания этого существа еще до того, как оно подумает, что именно ему нужно. Теперь же знакомое до мельчайшей черточки красивое лицо демона было одновременно сосредоточенным и одухотворенным, зеленые глаза ярко светились в окружающей полутьме, как и татуировки. Черный змей нехотя отполз на правую сторону груди, сиротливо свернувшись вокруг темного соска, Красный беспокойно извивался, а Белый меланхолично вылизывал его острую мордаху.
 Балтазар что-то мелодично засвистел, воздух в зале ощутимо дрогнул, и стало значительно теплее. Передвинув черный кованный брачный браслет с предплечья на бицепс (артефакт оказался удивительно пластичным и легко принял нужную форму), демон полоснул удлинившимся когтем по правому запястью, и в каменный кубок потекла его густая кровь, мягко светившаяся от переполнявшей ее магии.
 Как все трое оказались обнаженными, Нарцисса не поняла. Голова ее сладко кружилась от одуряющего запаха трав, от наполняющей зал магии, от тонкого аромата запылавших свечей. Зеленый кристалл алтаря постепенно наливался сиянием, шедшим откуда-то из его загадочной глубины, а Балтазар, опустившись на колени, щекотно водил странной кисточкой по животу молодой женщины, выводя неровный круг, состоящий из причудливых символов и рун, краской служила его собственная кровь. Постепенно мелодичный, почти соловьиный свист перешел в тихое мурлыканье, а потом и в низкое рычание незнакомого языка. Нарцисса стояла, прикрыв глаза, и опиралась спиной о грудь Люциуса.
 Ощущения были потрясающими: перестало ныть ударенное на днях колено, развязался тугой узел где-то в груди, отпустило виски. Тело наливалось силой, какой-то бурлящей, хмельной радостью и жаждой жизни. Хотелось смеяться, делать глупости, нестись вскачь на белом коне по темным полям, прижимаясь к нему всем обнаженным телом, чтобы в волосах свистел ветер и путались лунные лучи. Нарцисса вдруг поняла, какими были ведьмы в древности, жившие без родовых мэноров, слитые с природой в единое целое.
 Весело рассмеявшись, она взлохматила тяжелые волосы склонившегося к ней Балтазара, который как раз заканчивал наносить рисунок на ее узкие ступни. Демон, не переставая рычать что-то непонятное, быстро, обжигающе поцеловал ее раскрытую ладонь, которую тут же опалило сладким, беспокойным жаром, быстро распространившимся на все остальное тело.
 Люциус озадаченно смотрел на этих двоих, нашедших, похоже, общий язык, но ровно до тех пор, пока та самая кисточка не коснулась сначала его собственной шеи, потом груди, а потом и вовсе стоящего колом члена, выводя красивые узоры. Пока дошло дело до ягодиц, обычно сдержанный лорд уже всхрапывал, как породистый жеребец, нетерпеливо переступая длинными ногами, и страстно целовал запрокинутое лицо смеющейся Нарциссы.
 Почувствовав спиной алтарный кристалл, женщина еще успела удивиться тому, что он такой… теплый, приятный и совсем нетвердый. Казалось, что на нагретый южным солнцем мелкий песок чья-то заботливая рука накинула тонкую ткань, уложив сверху Нарциссу. Поверхность постоянно меняла форму, подстраиваясь под тело, невесомо лаская нежную, очень чувствительную сейчас кожу.
 Вселенная качнулась, увлекая в звездный водоворот, где-то жадно застонал Люциус, будто превратившись в первобытного неандертальца – настолько мощными, вечными были движения его бедер. Он запрокидывал лицо с влажными, блестящими губами и двигался, двигался так, как будто собирался умереть и родиться вновь, слиться, стать частью той звездной Вечности, что раскинулась над ним, за ним, в нем.
 Огромный красный дракон, две головы которого были других цветов: одна черна, как ночь, а вторая – светла, как южный полдень, издал низкий рык, и Вселенная, содрогнувшись до самых своих глубин, взорвалась мириадами мелких блестящих искр, будто рождая новые миры. Один из этих огоньков обжег на мгновенье, прячась где-то внутри, согревая теплым светом, присутствием, возможностью невозможного, и тихое эхо хрустального перезвона небесных сфер донесло: «Дракон, Драко».
 ***
 Проснувшись наутро в постели между мессиром и мужем, чьи руки переплелись у нее на животе, Нарцисса счастливо улыбнулась: Драко был с ней, у них получилось.
 Она потерлась зачесавшимся носиком о твердую грудь Люциуса и уснула снова. Ей снились бескрайние леса, полные тайн и силы, высокое незнакомое небо, на черном шелке которого ярко сияли сразу две большие Луны, таинственные переплетения лиан и ветвей, по которым можно было идти, как по подвесным мостам, журчание серебристых ручейков, шепот многовековых деревьев. Казалось, она понимала их неспешные беседы о дождях и почвах, об эльфах и небе, о Вечности, которая иногда проходит слишком быстро.
 ***
 Солнечный луч, жарко пощекотав шею, переместился на лицо, заставил поморщиться и отодвинуться дальше, уткнувшись в знакомые темные волосы.
 - Нарси, - прошептали рядом. - Просыпайся немедленно, а то я умру от любопытства, уж больно довольное у тебя лицо.
 - Еще пять минуточек, Роззи.
 - Нууу, - капризно протянула Розалинда. - Уже полдень, между прочим. Нарси!
 Нарцисса открыла один голубой глаз, чуть насмешливо фыркнула и улыбнулась:
 - У нас будет Драко.
 - Получилось?! А разве можно сказать так рано?
  
 - Я его чувствую, Роззи. Вот здесь, - и положила узкую смуглую ладонь подруги себе на голый живот.
 Бледная кожа вокруг руки Розалинды налилась ярким красным светом, проступил рунный круг, а Нарцисса прошептала: