Демон-хранитель (СИ)

 Демонесса подошла к своему господину со спины, положив ладони на его напряженные плечи.
 - В тебе же столько внутреннего огня, силы и страсти, что хватает на всех, кто рядом. А уж твоим принцам – и подавно. Знаешь, что меня так привлекало в тебе, мой господин? Непредсказуемость, жажда жизни. Если же говорить о Темном… вряд ли он дожил бы и до ста лет, с его-то мерзким характером. Погиб бы в одной из бесконечных приграничных стычек со Светлыми или с нашими. То, что эльфийка не подошла бы ему в качестве супруги, и говорить не стоит. Он бы придушил ее на третий день. Твой Мор понимает только силу, ему нужна твердая рука, не говоря уже о темпераменте. Удивляюсь, что он не родился демоном в этот раз. Так что тебе не в чем винить себя, Балти. Разве в том, что ты слишком потакаешь им.
  
 - Я их люблю, Лилс.
 - Знаю. Теперь – знаю. Раньше я не понимала тебя, и это бесило до невозможности. Мне казалось, что ты утратил разум. Лишь встретив Джи, я осознала, через что тебе пришлось пройти, когда Их Высочества… прости.
 - Ты помнишь о том, что пообещала мне когда-то?
 - Помню.
 - Хорошо.
 Демон повел плечами и отстранился, будто стряхивая с себя оцепенение.
 - С Дамблдором мы все решили. Скажи Джи, что все под контролем. Иди.
 - Не хандри, мой демоненок, - проницательно улыбнулась Лилит. - Твои остроухие встрескались в тебя не менее страстно, чем ты в них. Это один из тех союзов, про который говорят: «Даже смерть не разлучит их».
 Балтазар резко развернулся, схватил невысокую демонессу за плечи и внимательно всмотрелся в ее удивительные глаза.
 - Ты что-то знаешь! – это был не вопрос, а утверждение.
 - Разумеется, как и всегда, демоненок. Это один из моих даров. И нет, я по-прежнему не могу тебе сказать больше, чем уже сказала.
 - Лилс!
 - Даже. Смерть. НЕ. Разлучит. Вас, - раздельно повторила демонесса, с намеком глядя в глаза своему сыну и господину.
 - Когда?
 - Скоро. Подумай сам, это несложно.
 Балтазар нехотя отпустил ее, зная, что большего ему не добиться. Так было и в прошлый раз, незадолго до того рокового восстания в Инферно, где он едва не умер сам и потерял своих мужей.
 - Иди, Лилит, ради Бездны, уйди.
 Демонесса поклонилась и исчезла.
 Глава 93 Необычное Рождество 
 Приближалось Рождество. Северус каждый вечер жаловался на скуку, мечтая о каникулах, Лилит и Джеймс периодически исчезали куда-то, пообещав довольному директору, что «мисс Эванс» войдет в его род незадолго до свадьбы, назначенной на август, Нарцисса и Розалинда спорили о том, как назовут своих сыновей (ритуал зачатия тоже планировалось провести после выпускного), Сириус хандрил, скучая по мародерским выходкам, доставая преподавателей и получая за это кнутом от недавно обретенного родителя.
 Жизнь вошла в колею и медленно катилась по ней, неся в неизвестное будущее, мысли о котором вызывали у Балтазара приступы черной меланхолии, граничащей с тоской. В такие моменты он либо часами неподвижно стоял у окна, глядя, как белый пушистый снег заметает роскошный сад мэнора, либо набрасывался на супругов с отчаянием обреченного, жадно лаская их, шепча какие-то совершенно безумные клятвы, доводя и себя и эльфов до полного изнеможения, после чего уходил еще и в дуэльный зал, круша там стены голыми руками.
 Люциус и Северус тревожно переглядывались, приставали с вопросами, но ничего, кроме заверений в любви и бесконечной верности, добиться от мужа не могли. Нервозность главы небольшого клана передавалась всем вокруг, начиная с принцев и заканчивая самым последним домовым эльфом.
 К Рождеству Балтазар, казалось, взял себя в руки и пригласил на праздник не только родителей всех своих супругов, но даже Дракулу и Майю. Вейла с сожалением отказалась, посетовав, что через несколько дней планирует погрузиться в лечебный сон не менее чем на полгода, все уже готово и отменить процедуру она не может. Граф же с удовольствием принял приглашение, пообещав быть не позже Сочельника вместе с супругами.
 Стоя в холле Хогвартса у огромной горы чемоданов, Балтазар терпеливо дожидался, пока Нарси и Роуз попрощаются со своими многочисленными подружками, расцеловываясь в обе щеки, как будто прощались они навек. Северус лениво давал последние распоряжения груму, которого Балтазар выписал из драконария в Румынии. На его попечении оставались Хайкрэг и его невеста, драконица, подаренная Сириусу. О ее перемещении в Хогвартс Крокхавв договаривался сам, причем с Геллертом, а не с Альбусом, чем последний, понятное дело, был очень недоволен.
 Сириус несколько недель ходил гоголем, гордясь своим особенным положением, обсуждал с Северусом тонкости содержания этих огненных ящеров, вызывая завистливые и восхищенные взгляды сокурсников.
 Вздохнув, Балтазар нашел глазами Малфоя, которого обступили восторженные ученицы. Дамы использовали любой повод для того, чтобы насладиться обществом блистательного наследника древнего рода, несмотря на то, что тот был женат. Сириус, окруженный «оруженосцами», весело смеялся над чьей-то шуткой, как, впрочем, и всегда. Джеймс и Лилит со скучающими лицами расположились в стороне ото всех – их не интересовала вся эта суета.
 Наконец, Северус счел инструкции исчерпывающими и, поймав взгляд Балтазара, который в последнее время не отличался терпением и благодушием, направился к обеим леди, дабы они все могли отправиться домой. Розалинда тут же взяла супруга под руку и начала прощаться по-настоящему. Умница Нарцисса тоже все поняла и, обещав посетить новогодний девичник с гаданиями и прочими атрибутами праздников, послала подружкам воздушный поцелуй, приняв руку подошедшего Малфоя.
  
 Наконец, вся семья собралась около демона и горы чемоданов, которая постепенно редела, уносимая домовиками мэнора, а сам глава семьи в пол уха слушал разглагольствования мистера Брауна, так и не простившего Северусу выходки с драконом. Профессор по Уходу не жаловался на своего лучшего, хоть и нелюбимого, ученика. Он пытался вызнать, какие еще удивительные животные есть в зверинце у мессира. Тот предельно вежливо, но холодно ответил, что мужчине должно быть известно, как его супруг относится к своей собственности, а потому увидеть ни василиска, ни горгулью мистеру Брауну не удастся.