Демон-хранитель (СИ)

 - Счастливый ты, Балтазар, - наконец произнес граф, заработав чуть прищуренный взгляд зеленых глаз.
 - Угу, - откликнулся демон, затягиваясь ароматным дымом. - В основном потому, что я никогда не жалуюсь, стараюсь довольствоваться малым и никому не завидую.
  
 - Кому тебе завидовать? Сильный, красивый, свободный. Любишь и любим.
 - На мне шрамов больше, чем у тебя волос на голове, - фыркнул Балтазар. - И не дай Вседержитель тебе испытать все то, что выпало на мою долю, просто ради того, чтобы вот так, сидя у камина, обнимать собственного супруга. Как говорится, в чужих руках всегда толще. Цени то, что имеешь.
 - Верона, Маришка, Алира, спасибо, дорогие мои. Я скоро к вам присоединюсь, - вдруг сказал Дракула, выпроваживая дам из кабинета.
 Демон внимательно следил за ним, понимая, что Влад не просто так удалил жен. И, видимо, он не просто так хотел повидаться. У него есть дело. Или проблема.
 - На два слова, Бел-шарр-уцур*, - произнес вампир на древнем наречии. Этот язык был забыт более пяти тысяч лет назад.
 - Говори, - Зар снова затянулся, и прищур его выразительных глаз стал еще более подозрительным.
 - Я правильно понял, что этот мир теперь принадлежит тебе?
 - Наместником тут все равно Гел. Я не занимаюсь делами, - точно так же, на древнем наречии, отозвался демон. - Прошло то время, когда в честь меня называли детей, которые потом становились вавилонскими царями.
 - У Гела на меня зуб. Я когда-то не поддержал кампанию, затеянную его рыжим дружком. Это было еще до того, как тот надел на него ошейник.
 - Думаю, Геллерт осознал уже всю глубину своего заблуждения.
 - Мне от того не легче, - усмехнулся граф. - Когда Гел только-только обзавелся украшением, я пришел к нему и посмел заявить, что тот пожинает плоды своих собственных глупостей.
 - И был прав.
 - Да. Но…
 - Что тебе нужно? - демон продолжал не спеша курить и поглаживать плечо уютно устроившегося у него под боком Люциуса.
 Светлый, кажется, задремывал, устроив белокурую голову на сильном плече своего супруга, и от этого Балтазар пришел в на редкость благодушное настроение, что с ним редко, но все же случалось.
 - Мне нужна помощь. Я хочу найти одного… человека. Охотника.
 - Разве это не охотники за нечистью обычно ищут тебя, дабы, развоплотив мировое зло, удостоиться неувядающей славы и до конца дней почивать на лаврах? - иронично спросил Балтазар.
 - Габриэль… Он… - выразительное лицо графа приобрело то самое мечтательное выражение, которое было присуще и самому демону. Особенно на протяжении двух последних лет.
 - Вот как, - хмыкнул Балтазар. - Ван Хелсинг, значит. Он убьет тебя раньше, чем ты успеешь сказать какую-нибудь глупость, вроде: «Я никогда больше не буду пить кровь и встану на светлый путь исправления, поправ прошлое, дабы устремиться…»
 - Прошу тебя.
 - Ты меня с кем-то путаешь, Влад. Я не Амур и не крестная фея из маггловской сказки про бедную падчерицу и злую мачеху.
 - Мне не нужно твое сводничество! – наконец, буйный темперамент Цепеша, который в пятнадцатом веке пересажал на кол половину населения Валахии, взял верх над лощеной манерностью и приличиями. - Я лишь прошу помочь найти его.
 - Тебе надоело бессмертие? - иронично поинтересовался Балтазар, призывая толстостенный стакан с виски.
 - Не один я обладаю скверной привычкой жаждать любви врага. Насколько мне известно, Их Высочества…
 - Хватит, - обронил демон, недобро глядя поверх бокала. - Хоть ты мне и родственник, а хамства я не терплю по-прежнему, Влад. Почему бы тебе самому не поискать?
 - Уже. Я перевернул чертов мир вверх дном!
 - Как давно это было?
 - Да каких-то сто лет назад! Все! Притоны, дворцы, сточные канавы, пещеры. Ни следа!
 - Как давно вы виделись?
 - В 1888.
 - Ммм… давненько. Как расстались?
 - Я был еле жив. Девочки тоже пострадали.
 - Очередная твоя глупость?
 - Нет. Просто Габриэль давно ко мне подбирался…
 - Даже охотники не живут дольше двухсот лет, Влад. Они уходят молодыми.
 - Он переродится. Скоро. Я чувствую.
 - Ооо! Вот в чем дело, - улыбнулся Балтазар, делая глоток. - Вырастишь его сам, воспитаешь, как надо, а потом… лет, эдак, в шестнадцать: «С днем рождения, сынок, раздвигай ноги». Лихо. А как же твои жены?
 - О, им и друг с другом не скучно в последнее время. И я не стал бы заставлять его…
 - Сказал владетель Валахии, сажая на кол третью сотню крестьян, посмевших недостаточно низко поклониться своему господину. Ты не умеешь слышать «нет», Влад. Даже от меня. Я не обреку ни в чем неповинного ребенка на участь твоего бесправного наложника. К тому же рано или поздно природа возьмет свое. Он убьет тебя, Влад. Воткнет тебе в грудь кол в собственной постели, когда ты, разомлевший, пьяный от ласк, будешь особенно уязвим.
  
 Дракула встал, подошел к камину, вытянул к огню свои красивые аристократичные руки, унизанные перстнями, и тихо ответил:
 - Моя вечность оборвется на долгой, чистой, счастливой ноте, когда давно неживая душа сольется в сладкой муке с другой, такой близкой и одновременно – недосягаемой, разольется терпкой горечью, а тело рассыплется прахом. Я умру, глядя в ледяные глаза своего… - он вздохнул, тяжело опершись о каминную полку.