Секретарь для плейбоев (СИ)

Однако, что бы они ни натворили, я не собиралась поворачиваться к Диане и Данилу лицом.
  
ГЛАВА 29
 
АСЯ
Настоящее время
Я перерыла ящички в рабочем столе, тысячу раз пробежалась взором по его поверхности в поисках фотографии отца. Вертясь вокруг своей оси, сканировала пространство с включенным фонариком в телефоне.
Зачем вообще притащила сюда фото?!
Я предельно ясно помню, как располагала снимок возле монитора. Изображение стояло нетронутым, но вдруг куда-то запропастилось…
Другие мои личные вещи были аккуратно сложены в пластиковый ящик.
Нет ничего плохого в том, чтобы уйти по-тихому. Без лишнего шума и разбирательств. У клавиатуры я оставила заявление об увольнении по собственному желанию, написанное опрятным почерком.
Ладони вспотели, пальцы слегка подрагивали в легком мандраже. Меня не покидало ощущение, будто вот-вот на пороге кабинета возникнут боссы.
Не паниковать, Ася. Не паниковать.
В столь поздний час они сопели, уткнувшись в подушку. Сто процентов!
Я привязала к себе эту мысль и прокручивала в голове снова и снова, как мантру.
Охранник, встретивший меня в вестибюле здания, откликнулся на мою отчаянную просьбу и дал двадцать минут на то, чтобы я смогла собрать вещички и убежать от этого места без оглядки.
Промывая боссам косточки за их чудовищные деяния, я пришла к единственному здравому и неутешительному умозаключению.
По правде говоря, я не знала людей, которые справились бы с уничтожением репутации Беловой лучше, чем адвокаты бюро «Зимин и партнеры». Скандальные, упертые, талантливые заговорщики зубов.
Тем не менее, вручить им на блюдечке с золотой каемочкой все имеющиеся в моем распоряжении данные о махинациях Беловой и Куркова против них не решалась. Вряд ли бы я пострадала, поскольку ничего, кроме личных домыслов о моей причастности, они не имели на руках. В другом случае давно предъявили бы существенные доказательства и перекрыли мне кислород. Но все, чем они занимались, — кружили вокруг, будто акулы, в тщетных попытках добраться до истины.
Белова была права.
Я думала о том, чтобы добиться взаимопомощи от мужчин. Безусловно, это первое, что пришло мне в голову, когда я лихорадочно искала пути к отступлению! Информация в обмен на то, чтобы меня окончательно оставили в покое обе стороны. Сделка более-менее справедлива.
Но после того, что я узнала о Некрасове и Багирове… Они обошлись со мной весьма подло. После того, что я сделала для Эмиля…
Понимаю. Тот факт, что я выручила его, превратило нас в друзей. Легкость в общении с Некрасовым не имела значимости — по крайней мере, недостаточной. Полагаю, он пудрил мне мозги разыгрывая беззаботность, чтобы выведать сведения.
Они не доверяли мне.
Я не доверяла им.
Разве что Демьян…
От неожиданно раздавшегося аккорда резких звуков я подскочила на месте. Мгновенно направив источник света к широко распахнутой двери, громко сглотнула. Длинный коридор тонул в бездонном мраке. От испуга мое сердце забилось учащенно. Его мощные удары ощущались в районе яремной впадинки.
— К-кто здесь? — обратилась в темноту.
Шелест быстрых шагов пронесся совсем близко. Шлейф из звуков слабого скрипа половиц под тяжестью человеческого тела тянулся к лестнице.
Наверное, это охранник. Поднялся, чтобы поторопить меня.
Переложив телефон в другую руку, я сгребла со стола пластиковый ящик и поспешила покинуть кабинет. Было сложно не думать о том, что сзади меня, возможно, кто-то притаился и шел по пятам. По спине полз неприятный холодок от того, что в голову лезли нелепые предположения о монстрах и призраках. Бояться нужно живых.
Я перешла на бег, спускаясь по ступенькам.
Собравшись миновать третий этаж, застыла как вкопанная.
У открытой двери в конференц-зал заметила высокую крепкую фигуру. В тусклом свете, проникавшем через небольшое окно, узнала очертания силуэта одного из боссов.
— Ася… помоги… — сгорбившись и держась за бок, прохрипел Борис Дмитриевич и молчаливой тенью прошмыгнул в проем, скрывшись от моего взора.
Я бросила коробку и ринулась к нему. В висках яростно пульсировала только одна мысль: «Он ранен!». Причины, по которым это произошло, и по которым он находился в бюро в полуночное время, меня не заботили. Я бежала со всех ног, моля бога о том, чтобы успеть оказать помощь…
Я ворвалась в конференц-зал с сумасшедшей отдышкой.
— Борис Дмитриевич, где вы?!
Напряженную тишину в клочья разорвал нарастающий смех.
— По-па-лась! — с озорством пропел Некрасов.
Он выплыл из скрытого в черноте угла зала. А следом за ним — Зимин и Багиров.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ЭМИЛЬ
Ха-ха, Барс был прав!
Рыжая, утратив остатки ума, сунулась к нам и угодила прямиком в западню.
Бельчонок вжал шею в плечи, нарвавшись на трех медведей-гризли.
Она разозлила нас.
Очень разозлила.
— Кто послал тебя шпионить за нами? — нетерпеливо зашипел Демьян.
Девушка попятилась назад, прикусив губу. Обдумывала, какое бы вранье ляпнуть?
— Ну?! — рявкнул я, играя желваками.
Начал надвигаться на нее со гнетущей медлительностью. Огни погрузившегося в ночь города проникали в панорамные окна конференц-зала и отбрасывали недобрую тень на мое лицо.
Она смотрела на меня, как на дьявола. Смотрела так, словно я крал тепло ее оцепеневшего тела, поглощая его, впитывая и насыщаясь.
Не сводя с нас глаз, Малиновская продолжила пятиться назад в надежде улизнуть безнаказанной.
— Это… все совсем не так, кл-клянусь! Произошла ошибка! — от баснословного волнения она заблеяла, как трусливая овечка. — Я н-не шпионила за вами… — потупила взгляд, сбавив громкость голоса.
Ложь.
Она и сама это понимала. Так почему продолжала врать?
Боялась, что, сознавшись в преступлении, не выберется отсюда в целостности и сохранности?
Что ж. Лучше бы ей бояться того, что мы сотрем ее в порошок.
Мы грозно наступали, выстроившись в линию. Ася глазом моргнуть не успела — мы окружили ее, заключив в ловушку.
— Не уйдешь, — хищно оскалился Зимин. От пронизывающего холода, прозвучавшего в стальном басовитом голосе моего друга, рыжая задрожала.
— Не скроешься, — процедил я.
— Попалась, киса! — воскликнул Некрасов, наш безрассудный малец, и в мгновение ока пристроился за ее спиной.
Малиновская вскрикнула, когда он обхватил ее плечи руками, и с легкостью оторвал от пола, прижав к себе.
— Отпусти меня! — потребовала Ася, забрыкавшись в стальной хватке Барса.
С гортанным смехом Некрасов разжал объятия и встал рядом со мной.
Вновь почувствовав твердый пол под ногами, шпионка в страхе отшатнулась назад. Не сводя испуганного взора с наших ухмыляющихся лиц, осторожно отступала до тех пор, пока не врезалась задницей в угол длинного офисного стола.
Не оборачиваясь, чтобы не утратить бдительность, Ася попробовала вслепую обогнуть препятствие, однако наткнулась каблуком туфли на ножку стула. Но вовремя опершись ладонями о спинку того же злосчастного сидения, избежала стыдливого падения.
Проглотив стон, продолжила двигаться назад.
Мы притихли, погрузившись в зловещую неподвижность. Сверкая во мраке враждебными глазами, следили за каждым ее движением.
Наверняка она гадала, чего мы ждали?
От двери из конференц-зала ее разделяли считанные шаги.
Вне всяких сомнений, Ася не упустит шанса на побег.
На свой страх и риск рыжая отвернулась от нас и рванула к выходу. Дрожащими пальцами обхватила металлическую ручку и потянула на себя, но, — вот несчастье! — дверь была заперта изнутри.