Торжество любви

— Там дети! — закричала Бетани. Она подбежала к пожарному и, вынув свое удостоверение, показала ему. — Я здесь работаю, — взволнованно проговорила она.
— Сколько человек в здании? — спросил пожарный.
— Пятеро детей и двое взрослых. — Маляры ушли еще до Бетани, остались только Стелла и ночная няня.
Николасу и Бетани разрешили подойти поближе.
— Начальник говорит, что няня уже вывела детей. Врачи «скорой помощи» осматривают их.
— А как Стелла?
— Кто это — Стелла?
— Стелла Триоли, директор приюта, — пояснил Николас. Он смотрел на объятое пламенем здание.
Вдруг в горящем доме стали раздаваться взрывы.
— Огонь добрался до банок с краской, — догадалась Бетани.
Время шло, но никто не знал, что со Стеллой. Бетани была в полном отчаянии. Николас помрачнел.
— Может, она ушла домой?
— Она никогда не уходит так рано. Николас поднялся.
— Где можно наверняка найти Стеллу? — спросил он.
— Видишь вон то самое последнее окно? Это ее кабинет, но...
— Жди меня здесь! — властно приказал Николас.
— Николас, нет! — закричала она.
Выложенная булыжником дорога так раскалилась от жара, что жгла ей ноги даже через подошву туфель. Она, затаив дыхание, следила за его движениями. От дыма слезились глаза и першило в горле.
Вдруг ее словно озарило. Закрыв нос и рот платком, Бетани бросилась за Николасом. Она знала в приюте все ходы-выходы, как никто другой, и сможет помочь ему.
Пожарные были так заняты своей работой, что не заметили ее. В доме ей пришлось продвигаться на ощупь, дым нестерпимо ел глаза, и она несколько раз чуть не упала, натыкаясь на разбросанные кисти и стремянки. Она, наконец добралась до кабинета Стеллы и дернула дверь за ручку.
— Николас! — крикнула она, стараясь перекричать рев огня.
— Я здесь. Дверь за мной захлопнулась, — ответил он. — Стелла жива, но без сознания.
Бетани навалилась на дверь, но она не поддавалась. Стелла еще утром просила починить ее, вспомнила Бетани. Теперь дверь заклинило намертво.
— Бесполезно. Я не могу открыть ее.
— Беги к окну. Я буду ждать тебя там.
Она помчалась на улицу и подбежала к окну кабинета Стеллы. Николас стоял у окна со Стеллой на руках. Бетани, словно безумная, лихорадочно искала глазами что-нибудь, чтобы разбить окно. Кусок кирпича! Она показала его Николасу, чтобы он понял, что она собирается сделать. Он повернулся спиной к окну, загородив собой Стеллу.
Когда окно было разбито, Николас осторожно передал Стеллу Бетани и выпрыгнул сам. Взяв старушку на руки, он приказал:
— Иди за мной!
Врачи положили Стеллу на носилки. Скоро та пришла в себя.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил он Бетани.
— Нормально. А ты? — прошептала она срывающимся голосом.
Он взял ее за руки.
— Все теперь позади, Бетани. Дети и Стелла живы, няня тоже. И со мной ничего не случилось.
Он так крепко сжал ее руки, что она поверила в это.
— Да, благодаря Господу, все целы и невредимы.
— Успокойся и постарайся все забыть. — Он посмотрел на детей, столпившихся вокруг ночной няни. — Что же теперь будет с этими детьми? Здание приюта непригодно для жилья.
— Оно и раньше было неподходящим местом для детей. Там начали ремонт. Скорее всего, пожар случился именно из-за этого, — сказала она, вспомнив маляра с сигаретой в зубах. Николас прав: надо, прежде всего подумать о детях. — Прежде чем начать ремонт, мы устроили детей в семьи, которые согласились их приютить. А вот этих пятерых устроить не удалось.
— Я знаю место, где их примут — у меня дома, — неожиданно проговорил Николас.
— В Ярравонге? — Она вспомнила комнаты, предназначавшиеся для приема туристов. — Ты серьезно?
Он кивнул и повернулся к Стелле.
— Миссис Триоли, вы не возражаете, если я возьму детей к себе?
Она с готовностью согласилась.
— К счастью, наш микроавтобус совсем не пострадал. Он за углом. — Она порылась в кармане и достала ключи от машины. — Возьмите. — Она протянула их Николасу. — Я, как только выпишусь из больницы, приеду навестить вас. — Не переставая кашлять, Стелла пожала ему руку. — Вы спасли мне жизнь. Большое вам спасибо. Это может показаться безрассудством, но я не собираюсь сдаваться.
 
— Выздоравливайте и ни о чем не думайте. Мы с Бетани сделаем все, чтобы детям было хорошо, а тем временем все образуется.
Стелла перевела взгляд с Николаса на Бетани.
— Увидев вас вместе, я поняла, почему Бетани решила уйти от меня. Но я ее не виню.
Николас подогнал микроавтобус, и они с Бетани усадили в него детей. Бетани, как завороженная, смотрела на дымящиеся развалины, оцепленные пожарными. Он осторожно взял ее за руку.
— Поедем. Ты не в состоянии что-либо изменить здесь.
Николас сразу же позвонил по мобильному телефону Георгине, чтобы их приезд не застал ее врасплох. Няня из приюта согласилась следовать за ними на своей машине.
Всего несколько часов назад Бетани считала, что уже никогда не увидится с Николасом, а о возвращении в Ярравонгу она не смела и мечтать.
Делать крюк, чтобы заехать к ней домой за вещами, было просто немыслимо, так что придется как-то выкручиваться. Это уже вторая ночь, полная неожиданных событий, которую она проведет с ним, подумала она.
Георгина встретила их у дверей и помогла перенести детей в подготовленные комнаты. Дети были голодны, и, чтобы их накормить, переодеть и уложить спать, потребовалось довольно много времени даже для четырех пар рук.
Позже, когда Николас нашел Бетани на веранде, она немного успокоилась, но была рада, что уже темно и он не видит выражения ее глаз. Он потянулся и встал рядом с ней, облокотившись на перила.
— Какая ночь! — проговорил он.
— Все заснули? — спросила она только для того, чтобы скрыть свое душевное состояние.
Николас устало кивнул.
— Они все делают сообща — просыпаются, едят, засыпают.
— Что имела в виду Стелла, когда сказала, что не смогла тебя уговорить остаться в числе сотрудников детского дома?
— Я еще не решила, как поступить.
— Все ты уже решила, — тихо проговорил он, обнимая ее рукой за плечи.
Это прикосновение вызвало в ней бурю чувств.
— Можно подумать, ты знаешь все лучше, чем я, — сказала она.
— Я понял, что с Ангусом ты работать не станешь, — уверенно проговорил он.
— Неужели?
— К тому же ты должна остаться здесь, у меня. На что он намекает?
— Разумеется, должна же я помочь ухаживать за малышами, пока Стелла не найдет им другое пристанище! — сказала Бетани и медленно высвободилась из его объятий. — Давай поговорим об этом утром? То есть, я хотела сказать, позже? — поправилась она, поняв, что утро уже наступило. Первые проблески солнца уже позолотили небо. — Сейчас я думаю только об одном — как бы поскорее принять душ и хорошенько отдохнуть.
Он схватил ее за руку.
— Мое предложение лучше. Пойдем со мной.
Тепло, исходившее от его руки, и тревожило, и возбуждало ее. Она не знала, что он задумал, но было верхом безрассудства куда-то идти с ним, учитывая ее душевное состояние. Самое лучшее для нее сейчас — пойти и выспаться...
— Мы оба так устали, — пыталась она возразить. — Как-нибудь в другой раз.
— Нет, сейчас! — Николас с мальчишеской запальчивостью повел ее к своей машине.
— Куда мы поедем? — с беспокойством спросила она.
— Скоро узнаешь. Держись крепче: дорога проселочная, с ухабами и рытвинами.
Уж не более ухабистая, чем ее судьба, подумала Бетани, когда они проезжали по узкой грунтовой дороге через выгон к эвкалиптовому лесу. Каждый раз, когда машина попадала в очередную рытвину и Бетани приваливалась к Николасу, то между ними — она готова поклясться — пробегал электрический ток.
— Почти приехали.
Предрассветную тишину нарушило только звонкое пение птиц. Ее охватило какое-то странное волнение, от усталости не осталось и следа.
Посреди лужайки, окутанное предрассветной дымкой, блестело небольшое озеро, золотое от лучей восходящего солнца. Неожиданное появление людей в столь ранний час вспугнуло обитавших здесь водоплавающих птиц, и они с шумом взмыли в облака.