Бизнес, кофе и ничего личного (СИ)
— Ты мне не веришь? — возмутилась я.
— Если честно — не очень.
— Ну… Возможно, мне показалось. От выпитого вина?
— Был вечер. Уже темнело, — добавил Грег, кивнув.
— Но турка-то пропала!
— У тебя есть ещё, — пожал капитан плечами. — Только знаешь… Не хотелось бы тебя расстраивать, но… Если к утру они сдохнут, — пират кивнул на мирно плавающих зубастиков, — она и не понадобится. Никто не станет это пить, Керри.
— Это мы ещё посмотрим! Устала. Пойду к себе, — и я направилась в свою каюту.
Настроение было хуже некуда — всё очарование утра смыло солёной волной, кишащей зубастыми медузами! Я злилась. Потому что… Потому что Грег был прав. Не получится у меня ничего. Я с силой дёрнула ручку, распахнула дверь и…
Он сидел на моей койке. Так же, как и в прошлый раз, держась за ручку турки. Медной, с толстыми стенками и серебряным покрытием внутри, с морскими коньками по кругу изящной чеканкой…
— Эй! Стой! — только и успела вскрикнуть.
Нечто щёлкнуло пальцами с длинными, ярко-зелёными когтями и… Исчезло! Растворилось, оставив едва уловимый запах водорослей. Я бросилась к турке. Что-то каталось по дну с характерным звуком — сунула руку, пытаясь достать дна, но… Это же турка! Перевернула — на ладонь упала жемчужина. Большая. Красивая.
Поздравляю, Катя. Твой первый гонорар…
Чем-то ушастик был похож на Добби из Гарри Поттера. Может, ему носок подарить? Или ему турка нужна была по той же причине? Что, если в этом мире не одежда, а посуда дарит свободу домашним эльфам-домовикам? Если он и впрямь домовой (в смысле каютный), тогда ему нужно что-то оставить, чтоб не пакостил. Блюдце с молоком, я не знаю… Конфетку?
В дверь постучали.
— Да? — я замерла, представив себе, что ушастый сейчас стоит за этой самой дверью.
— Добрый день! — сжимая в руках берет с помпоном, с ноги на ногу переминался юнга, которого по моим поручениям гоняли в тот самый знаменательный день, когда кофе появился в этом мире.
— Добрый, — я улыбнулась — не домовой, не эльф, всего лишь рыжий парень.
— Господин капитан приказал поступить в ваше распоряжение, — доложил мальчишка.
— Отлично! Мы идём к коку!
Как приманить пообщаться домового? Правильно! Угостить чем-то вкусным. Я вспомнила булочки с кремом.
Мы спустились с кормы, нырнули внутрь корабля по трапу вниз, потом по коридору, и вскоре добрались-таки до камбуза.
— Привет, Джим, — широко улыбнулся мужчина с ножом, чем-то напоминающий Сильвера.
Всё-таки я попала в фильм «Остров сокровищ»! Юнга — Джим, кок — вылитый Сильвер — все в сборе. Странно, что Грега зовут не Флинт. И попугая тут явно не хватает. Как он там кричал? Пиастры! Пиастры…
Переведя взгляд на меня, кок заметно помрачнел. С чего бы это?
— С чем пожаловали? — проворчал он.
— Может, вам помочь? — миролюбиво предложила я, игнорируя скривившееся лицо кока.
— Женщина? На моей кухне? Да ни за что!
Кивнула, соглашаясь — в чужой храм со своим уставом не ходят, как говорится.
— Тогда не буду мешать. Хотела лишь поблагодарить за завтрак. Булочки с кремом были восхитительны!
Нож дрогнул в руке — кажется, я попала в точку! Взгляд потеплел, но кок всё ещё хмурился, не желая сдаваться.
— Могу я попросить несколько штук? Пожалуйста…
— Голодная? — проворчал кулинар. — Давай, покормлю.
— Нет, спасибо. Мне бы булочек…
— Ладно. Птицам не давай! К несчастью…
Послушно кивнула, прижимая к груди вожделенный дивно пахнущий пакетик — домовой (если это, конечно, он, да кто бы ни был) точно не устоит. У местной корабельно-морской нечисти просто нет шансов! А если ещё с чашечкой кофе…
— Аппетит перед обедом не испорть… И… вон с камбуза!
— Хорошо, — послушно кивнула и вышла в коридор, услышав за спиной упрямый шёпот рыжего юнги:
— Она хорошая.
— Ага, — ответили ему скептически. — Верю. Лучше скажи, как там у тебя с высотой?
— Не могу. Боюсь, — вздохнул парень уже громче, решив, видимо, что я ушла. — Как только ноги палубу не чувствуют… Не могу с парусами работать.
— Ладно, может, капитан что-то придумает.
— Мне работа нужна, — сокрушался Джим. — Мама болеет.
— Иди уж, горемычный. За дамочкой приглядывать надо — женщина на корабле, сам понимаешь…
Он вышел. Я, к сожалению, не успела отвести глаза. Джим понял, что я подслушивала. Повисла пауза…
— Что? — ощетинился мальчишка.
— Ничего, — я с трудом удержалась, чтобы не погладить жёсткий, торчащий во все стороны ёжик волос.
— Отец в море сгинул, — вдруг сказал он. — Мама с сестрёнкой остались. На меня вся надежда.
— Ясно…
Это всё, что я могла сказать. Слишком неожиданным было это внезапное откровение. Решила, что непременно возьму юнгу на работу в кофейню, но… Кофейни пока нет. Надо поговорить с Грегом. Ладно, посмотрим. Если хоть что-то получится — один в моей команде уже есть!
— Всё образуется, — уверенно сказала я. — Обязательно! Вот я? Ещё вчера сбежала из пансиона, а сегодня — на корабле. И собираюсь строить бизнес.
— Это вы про ту отраву? Да кто её в рот возьмёт? — усмехнулся гадкий мальчишка.
Вот, значит, как? А я его пожалела… На работу хотела взять! Ну, погоди… Посмотрим!
Ближе к обеду, с трудом избавившись от Джима — из-за приказа капитана рыжий хвостом везде ходил следом — я наконец-то добралась до своей каюты. Что-то звонко пробило на палубе, но я в этих их склянках не разбиралась. Сейчас не до того. Есть дело!
Активировать кристаллы, насыпать песок, смолоть зёрна. Я уже привыкла к этому ритуалу — прекрасно успокаивало, к слову сказать. Минут десять — и каюту заполнил волшебный аромат! Как только язык у некоторых поворачивается называть это отравой…
Разлила тёмную жидкость по чашечкам — себе и ушастому чуду-юду — первому и пока, увы, единственному моему единомышленнику в этом вопросе. Раскрыла окно — корабль был огромным — каюты находились выше уровня воды, с красивыми окнами — чувствуешь себя принцессой в замке, плывущем по волнам! Солёные брызги коснулись лица. Вернулась к столу, разложила пахнущие ванилью булочки и принялась ждать.
Хотела сделать глоток, но поняла, что не могу… Глаза закрывались. С трудом добрела до постели — рухнула, не раздеваясь, и провалилась в сон.
…
За бортом мерно плещутся волны, тело покачивает из стороны в сторону, убаюкивая. Перед глазами сияет, мерцая и переливаясь, жемчужина. Крупная. Красивая. И вдруг она исчезла! Ушастый… Тот самый! С плавниками и хвостиком, весь мокрый, сидел на моей кровати. Я привстала. Запахло морской капустой.
— Привет! — говорю. — Ты кто?
— Вставай!
— Что?
— Вставай, Кэролайн! Очнись! Беда! Просыпайся!
Глава десятая
Я открыла глаза.
— Керолайн, вставай! Беда. Проснись, Кэролайн!
Слова грохотали в сознании, перед глазами стоял испуганный взгляд ярко-жёлтых огромных глаз ушастика — встревоженный, но уже не такой безнадёжно-печальный, как тогда на берегу — перед тем, как исчезла турка.
Что со мной?
Я лежала, прислушиваясь, пытаясь найти силы, чтобы встать. И вдруг поняла, что что-то не так. Что-то изменилось вокруг. Почему мне кажется, что всё это — сон? Гудит корабль, рассекая волны, стонут мачты…
Тихо! Ни звука… Воображение тут же нарисовало жуткие картины «Летучего голландца» — не только капитан Джек Воробей был в том фильме… Кстати о нём. О капитане. Надо найти Грега!
Ни выкриков команд, ни звона склянок или ругани матросов… Словно я одна осталась на корабле. Вокруг — километры солёной воды. Стало страшно. Очень!
Сон как рукой сняло — вскочила и стала метаться по каюте, не зная, за что хвататься, как быть? Темно. Холодно. Окно открыто…
Дёрнула за раму, едва не опрокинув недопитую чашку. Кофе! Вот что мне сейчас нужно — и не важно, что напиток ледяной — ночь простоял у открытого окна. Выпила залпом, как лекарство, и сразу стало легче — в голове прояснилось.