Черное зеркало, белый алтарь(СИ)

- Не понимаю.
"Кто бы сомневался!?" - было написано на лбу ректора 58-м капсом. Но мужчина пересилил себя, и принялся объяснять.
Химия делится на органику и неорганику. Магия помимо стихийной, на магию живого и неживого. Магия живого - это не обязательно врачи. Это и садоводы, и косметологи, и животноводы... да мало ли применений? Хоть бы и агроном - кто сомневается, что капуста живая? Еще как живая, хорошо хоть не матерится с грядки!
Магия неживого - это тебе и некроманты, и архитекторы, и скульпторы, к примеру, и много еще чего. Только работай...
Звучало логично. В конце концов, ножом может владеть хирург, маньяк, мясник, нож от этого не меняется. Просто направление магии.
Я покивала.
- Понятно.
- Ну, если понятно, таэра, тогда давайте подпишем приказ о вашем зачислении на отделение неживой материи, первый курс.
- А зачем?
- Вы же будете здесь учиться. Как без приказа? Надо определить вас в общежитие, выдать стипендию...
- А назад нельзя?
Мужчин перекосило. И что-то мне подсказывало - не от моей тупости. Просто не хотелось им меня назад отправлять. Но Татка точно поныла бы.
- У меня там родные, друзья, и сессия...
Что, кстати, чистая правда в отношении подруги. Это у меня родители развелись, папан второй раз женился, маман вышла замуж, и оба прекрасно себя чувствуют. Не могу сказать, что мне это нравится, но меня как раз и не спрашивали. У них новые семьи, дети...
Я там чужая. То есть и там, и тут... родители меня вообще по студенчеству сделали, до института дотянули и разбежались.
А у Татки все иначе. Предки там уже больше тридцати лет в браке, Татка поздний и обожаемый ребенок, старшие братья-сестры ее тоже балуют...
Как в институт отпустили? С трудом. Но в нашем городе нормального образования не получишь. Зато деточке уже готово место секретарши. Есть договоренность. Татка не против, с ее романтичностью, оно в самый раз. И шеф приставать не будет.
Не родился еще тот стол, который ее выдержит.
Хотя нет. Родился - только в другом мире.
- Наташенька, разве все это нельзя найти в нашем мире? Учеба что здесь, что там, примерно одинакова. Вашим родным мы отправим письмо, а на каникулы вы сама к ним поедете. А что до друзей... эта ужасная бабища, с которой вы жили в общежитии? Это ваш друг? Она вас просто не ценит!
Сам козел. И вообще... насколько надо быть невнимательным, чтобы нас с Таткой друг от друга не отличить? Или для тебя все, кто толще селедки - на одно лицо?
Точно, козел. И баран вдобавок!
Только вот даже если я закачу истерику, меня никто не отпустит. А потому...
Я еще раз похлопала ресницами.
- Ну... если надо... если так положено... я согласная.
Или гласная. Все равно поимеют, так лучше уж расслабиться и получить удовольствие.
***
Бумаги - они в любом мире бумаги.
Анкеты, заявления, договора... есть ли мир, в котором нет юристов?
Повезло мне в одном. Знание языка, как устного, так и письменного давалось при переходе из мира в мир, автоматически. Хотя и со своей оговоркой. Допустим, кто-то перейдет из другого мира в Россию - и заговорит по-русски. Кто-то в Японию - и будет болтать по-японски. Но здесь меня это устраивало.
Кстати, в отличие от Земли, на Эр-Сианне не было множества королевств. Совет магов - и точка. Один и на весь континент Асарон. Кому-то не нравится?
Те, кому не нравилось, уже давно упокоились.
Язык Эр-Сианна универсален, на нем говорят в Университете, на нем написаны договора... и не могу сказать, что мне нравилось прочитанное.
Поскольку я являюсь иномирянкой, не имею в новом мире ни собственности, ни родни, мим опекуном назначается ректор. А до окончания обучения я вроде как слабоумная или несовершеннолетняя.
- Есть ли какие-то варианты? Эмансипация? Возможно, экзамены на зрелость? Аттестат?
На меня посмотрели, как на сумасшедшую. М-да. Женщина в этом мире - собственность семьи. И тут добиться ничего не удалось. У нас так не принято.
Вернуть вас домой?
Простите, не можем. Переход открывается редко, может, только через год и откроется, а вам как-то надо жить, не на улице же? А если не в Академии, то...
 
Я понимаю, что другая попаданка могла бы гордо махнуть хвостом. Потом уйти на улицу, и через пятнадцать минут наткнуться на принца, который в нее влюбится. Или устроиться экономкой к дракону, которых в этом мире попросту нет.
Или открыть свое дело...
Увы. Тервер я сдавала своим умом. И та самая теория вероятности гласит, что для меня такие приключения закончатся в ближайшей канаве. Либо прибьют, либо посадят, либо...
То, что не будет ничего хорошего - факт. А неверующим могу предложить десантироваться в одиночку куда-нибудь в Индонезию и попробовать там выжить. Без денег, связей, знания обычаев, языка, даже профессии... просто - на голом месте. Я не так оптимистична. И не верю, что у меня все получится.
Пришлось подписывать бумаги. Но второй экземпляр договора я себе вырвала. Почитаю на досуге. Пока у меня одно утешение. Я не Лискина. Я Ласкина. И не Александровна, а Алексеевна. Но вряд ли мне это поможет. Бьют, увы, не по паспорту, а по морде.
Мне назначили стипендию и пособие для переселенцев по какой-то программе.
Мне выделили комнату в общежитии для магов неживого. Одну на двоих, с соседкой, это нормально. Зато в каждой комнате есть душ и туалет. Есть кровать и шкаф.
Мне выдали талоны на питание в столовой. Подумали - и щедро добавили талончиков.
Как объяснил ректор, кормят в столовой хоть и не разносолами, но каша, суп, картошка... с голоду помереть не грозит.
Меня записали на обследование к местным медикам. Мало ли, какую заразу я принесла из своего мира? От гриппа до сифилиса.
Меня попросили получить форму.
И напоследок младшего блондина озадачили походом в город. Со мной. Завтра.
Девочке надо купить кучу всего. Это же девочка! Им постоянно что-то нужно... И самое печальное, что ректор был прав. У меня даже трусов на сменку не было. А мне - нужно!
Блондин кивал, улыбался и даже поцеловал мне руку. И губы у него тоже были замечательные, твердые и теплые. Татка бы киселем расплылась. А я смотрю и не верю!
Не верю я! Не получается...
Но какой красавчик! Просто плакать хочется!
***
В медицинском крыле было... жутковато.
Черные врачебные пижамы производили угнетающее впечатление, равно, как и темные полы, и белые стены, и резкий свет с потолка.
На черном кровь не так заметна, и пачкается меньше, и стирать легче...
Меня загнали в один аппарат с лампочками, во второй, в третий...
Вот убиться мне колонной, я и десятой части не понимала из того, что со мной делают. А на просьбу дать почитать результаты обследования, на меня посмотрели чуть ли не со священным ужасом. Таэра Ауделия Валор не считала меня разумным существом, и даже не пыталась этого скрывать.
- Все результаты будут переданы в Академию.
- А вдруг у меня что-то не то?
- У вас ожирение. В остальном, у вас все в порядке. Ожирение надо лечить.
- Не хочу.
- Обсудите этот вопрос с тэром ректором, таэра.
Вот, замечательно! Оставьте в покое мой жир! Мне с ним хорошо, и вообще я себя люблю такой, какая я есть. В Америке придумали дурацкое слово - бодипозитив, вот оно хорошо отражает суть проблемы. Руки прочь от моей фигуры!
Высказывать я это не стала. Все равно не стану ни таблетки принимать, ни уколы делать, ни как-то еще лечиться. Идите все... вот туда и идите!
Блондинчик ждал меня все это время. Сидел, что-то читал, когда врачи меня выпустили, подал руку.
- Прошу таэра Наташа.
- Благодарю. Как вас хоть зовут, тэр?
- Я думал, вы никогда не спросите.
И не спросила бы, да невежливо. Эх, верните мне мою общагу и Стасика с сопроматом.
- Тэр Аделас Лоринский, из рода Лоринских.
- Очень мило. Мне это ни о чем не говорит, но наверное, это благородный и знаменитый род? - вежливо уточнила я.