Второй шанс. Трилогия (СИ)

– Не помню…
– Ты подсел на наркоту у этого своего психолога?!
– Нет. Вот… – Он протянул какую‑то скомканную бумагу. – Она мне отдала, а дальше не помню…
Я взял протянутый комок и распрямил его на столе. Официальный бланк с надписью «Извещение».
«Государственный орган регистрации отношений уведомляет, что … Навортова Светлана Сергеевна … в одностороннем порядке подала на аннулирование отцовства Демичева Матвея Юрьевича… в связи с нахождением на социальном договоре …» 
– Навортова? – В голове роились сплошные вопросы, но картинка начинала складываться.
– Угу, – промычал Матвей и впервые поднял голову. Теперь глаза отвел я, не в силах на него смотреть. – Неделю как.
– Ты не говорил, что вы развелись.
– А я и не знал. Уведомление она отправляла в приют.
– Так ты ей не сказал?
– Нет. Хотел после экзамена.
– Ясно. Что с детьми?
– Они хотят уехать на другой континент, и чтобы не было проблем с переездом и устройством детей он должен числиться отцом… – Матвей обхватил голову руками. – Надо было сказать ей раньше…
– А чтобы бы это изменило?! – взорвался я, но, вспомнив про предупреждение, понизил голос до шепота. – Ты на что надеялся, придурок?! Что она вернется?!
Матвей кивнул.
– Ты дурак?! Ну, Матюха, как ты себе это представлял? Получишь работу, и заживете как прежде?!
– Не знаю! Не знаю! Как я теперь без них? … Я просто… – Он начал раскачиваться на стуле вперед‑назад. – Если бы я знал, то остался бы там!
– Иди на хер, понял?! Даже я знал, что Светка не стала бы прыгать из кровати в кровать и детей туда‑сюда таскать! Особенно, детей! Ей Навортова не в чем обвинять, сам знаешь!
Мы замолчали, думая каждый о своем.
– В общем, я сейчас постараюсь что‑нибудь придумать, а ты посиди и подумай! Хотя нет, лучше не думай, просто жди меня.
– Ром, – окликнул меня друг у дверей, я обернулся. – Я подумал. Хочу вернуться в приют.
– Нет.
– Они меня все равно вернут. Уже говорили, что я эмоционально нестабилен?
Я не стал подтверждать или отрицать.
– Так будет лучше для всех. У тебя проблем и без меня хватает.
На прощание я еще раз послал Матвея и пообещал вернуться.
Прямо у входа в участок я позвонил знакомому юристу.
– Роман, скрывать не буду. Такие дела имеют очень низкий процент успеха. Я просто испорчу себе статистику, а сейчас сам понимаешь, какое время…
– Кроме беспокойства за свою репутацию есть, что сказать?
– Не горячись. Я тебя понимаю, но порадовать нечем. Если его не отправят обратно, то назначат очень высокий штраф. Приплюсуй к этому услуги юриста… Ты, вроде как, постоянную работу так и не нашел.
– Ты возьмешься? – оборвал его я.
– Нет.
– Спасибо за честность.
Второй звонок я сделал отцу. Мне никогда раньше не приходилось просить его о серьезной помощи, но здесь нужен был хотя бы совет. Отец попросил рассказать ему все, что я и сделал, уложившись в десять минут.
– Роман, мои старые связи уже не помогут. Все слишком изменилось.
– Совсем?
– Да, даже пытаться не стоит. Задача государства спрятать как можно больше ненадежного народа в капсулы. Слишком высокое социальное напряжение.
– И что делать?
– Найти хорошего юриста со связями.
– У меня нет денег даже на обычного. Да и штраф еще.
– Ты что, в игру ввел все деньги? Вот никогда бы не подумал, что поддашься на эту ерунду.
– Не ерунда, но смогу вывести лишь через два месяца.
– Кредит?
– Не дадут. Я пока стажер без гарантии на трудоустройство.
Отец шумно выдохнул, замявшись:
– У нас с мамой тоже нечем тебя поддержать, сын.
– Я об этом и не думал, пап. Может, к Дерреку?
– Попробовать можно, но только в крайнем случае. Если Матвея отправят обратно в приют, а ты не вернешь ему деньги, он отыграется на Ксюше. Я уважаю зятя, но когда он родился, то от жадности собрал в себе всю жадность людей родного города. Мне бы не хотелось добавлять проблем Ксении.
– Дал бог зятя. Бывай, пап, – пробормотал я и отключился.
 
Оставался последний вариант. Виктория. Совместный завтрак нас, конечно, не сдружил и мы реально больше завтракали, чем общались, но я мог рассчитывать на консультацию, что уже немало в этой непростой ситуации.
Я рассуждал так. Во‑первых, она точно имеет влияние на Бражникова, а Дмитрий Николаевич не последний человек в городе, если учесть специфику «Верного решения». Нужно обладать определенным авторитетом в правительстве, чтобы при нынешней позиции государства открыть компанию без Имитаторов. Во‑вторых, если не Бражников, то у Виктории есть дед, который собирает антиквариат. То есть женщина она не бедная, и может при добром расположении духа согласиться защищать Матвея за разумные деньги. Или хотя бы в рассрочку.
– Виктория, я могу обменять ужин на вашу помощь?
– Давайте попробуем, – услышал я в ответ.
Жаль, что такое оптимистичное начало завершилось возмущенным «Вы сошли с ума?!».
– Виктория, пожалуйста, мне нужна ваша помощь как никогда.
– Роман, вы себя слышите? Вы мне предлагаете нарушить закон!
– Не вам.
– Какая разница?! Я по вашему идиотскому плану должна уговорить Дмитрия Николаевича!
– Он у себя? Я сам с ним поговорю.
– Вы точно сумасшедший. Он вас выгонит.
– Из кабинета?
– С работы!
– Виктория, ему же ничего не стоит спасти Матвея. Всего один‑два звонка и его отпустят!
– Роман, это неправильно! Он социально нестабилен, а, значит, потенциально опасен!
– Не больше чем я или вы! Он действовал в состоянии аффекта! Такое с каждым может случиться. В конце концов, он никого не убил!
– Пока! Дебош, повреждение муниципального имущества, неподчинение стражам правопорядка! Да он им в речевой модуль двинул!
– Его просто не пускали домой…То есть, в приют!
– Зато теперь точно пустят! Закон гласит…
– Закон. Закон. Что вы заладили?! Виктория, вы человек или Имитатор?! Мне иногда кажется, что Бражников отказался от Имитаторов, потому что вы сами до мозга костей бездушная машина!!!
– Ну знаете… Идите к черту! – Виктория обиженно повернулась ко мне спиной, показывая, что разговор окончен.
– Извините… – смутился я, осознав, что наговорил лишнего. – Значит, не поможете?
– Чем? К Бражникову не пойду.
– Защищать Матвея вас тоже просить бессмысленно, да? – Играть раскаяние не было необходимости, ко всем прочим чувствам добавился стыд. Виктория не ответила. – Консультацию хотя бы дать можете?
– Могу, но общий смысл вы уже уловили. До суда его отпустят под огромный залог. Потом, скорее всего, вернут в приют. Никто не захочет рисковать, – пояснила женщина, так и не повернувшись.
– Я понял. Спасибо. И еще раз извините. Будем считать, что вопрос с ужином закрыт.
Домой я вернулся лишь к вечеру. После офиса забежал в несколько банков в надежде получить кредит, но, Имитаторы, ознакомившись с финансовой историей без стабильного дохода, отказывали, не обращая внимание на мои встречные предложения с высокими процентами. Было ощущение, что меня обложили со всех сторон. Я искал решение и не находил. Конечно, за всеми заботами я не забыл об ожидавшем Эредани, но на фоне реальных проблем, важность игровой миссии, да и всей Барлионы, потерялась. Потом догоню, если караван ушел, и все объясню.
Не включая свет, я прилег в гостиной на диване, продолжая прокручивать варианты. Матвею никак нельзя возвращаться в приют. Как часто бывает, когда не можешь найти выход из ситуации, начинаешь жалеть о причинах, к ней приведших. Сейчас я во всю злился на Светку. Не могла подождать со своими переменами каких‑то пару недель. У нас так хорошо все складывалось. Матвей сдал бы экзамен и точно нашел работу…Это навряд ли помогло ему пережить все это, но он почувствовал бы почву под ногами и бросил ей в лицо на прощание, что вырвался из приюта и начинает новую жизнь. Без нее. Может, она хотя бы детей у него не отбирала…