Муассанитовая вдова

Я подняла голову и посмотрела в глаза юриста странного горчичного оттенка. Только на таком близком расстоянии обратила внимание, что кожа в принципе у него правильного сиреневого цвета, просто смотрится гораздо бледнее из-за многочисленных веснушек на носу, щеках и даже лбу. Кстати, тоже жёлтых.
– Не могу, – печально хмыкнул он в ответ. – Мою анкету забраковали и не взяли в базу данных Цварга, ты же знаешь. Её даже не рассматривали, просто сказали, что есть более достойные кандидаты на жену и возможных совместных детей, и всё тут. А ты – чистокровная цваргиня. Боюсь, если Юдес взялся за тебя так крепко, то ему ничего не будет стоить оспорить наш брак. Это не выход.
  
«Зато у Мишеля будут проблемы. Кто-кто, а Юдес их устроит просто из мести», – эхом пронеслось в голове. Стало нестерпимо неловко – меньше всего хотелось подставлять юриста. Полуцварг сказал, что принесёт мне воды. К этому моменту я уже почти успокоилась и начала думать, что у меня есть ещё несколько месяцев, чтобы найти хоть кого-то на роль второго супруга. В этот момент на браслете загорелся сигнал входящего звонка. Машинально ткнула в него, подумав, что Кристоф забыл сказать мне ещё что-то…
– Селеста?
Голографическое изображение того, о ком думать хотелось меньше всего на свете, соткалось в воздухе. Мужчина внимательно на меня посмотрел и удовлетворённо кивнул каким-то своим мыслям, а я запоздало поняла, что активировала не аудио, а сразу видеосвязь.
– Смотрю, Кристоф тебе всё передал слово в слово. Ну что ж, хорошо, что это так. Я звоню, чтобы убедиться, что ты всё поняла правильно.
– И тебе здравствуй, Юдес, – ответила максимально прохладным голосом, на который была способна. Что ж, если Лацосте предпочитает вскрыть карты, то строить из себя дурочку бессмысленно. – Не скажу, что рада тебя слышать и видеть. Глаза бы мои тебя не видели.
Но, вместо того чтобы оскорбиться, мой собеседник неожиданно восхищённо цокнул языком.
– Ох, Селеста, какие у тебя остренькие зубки, какой язычок! Вот уж всегда подозревал, что Мартин на тебя наговаривал, скрывая информацию о твоей страстной натуре. Признайся, ты в постели такая же?
Злость закипела в жилах. Я сцепила руки на коленях, стараясь не выдать, как же мне противны все эти пошлые заигрывания. Не от мужчины, который, получив «нет», идёт напролом.
– Что ж, – продолжил Юдес более серьёзным тоном, так и не получив ответа. – Тогда, уповая на твою благоразумность, думаю дать тебе две недели на то, чтобы подготовиться к свадьбе. – Он вновь внимательно осмотрел меня. – Очень рассчитываю, что за это время ты закажешь платье у ведущего модельера и не наденешь то, что на тебе сейчас, на наше с тобой бракосочетание. У тебя, бесспорно, безупречный вкус, но мне хотелось бы, чтобы будущая жена была в самый памятный день моей жизни в классическом пышном платье с длинным подолом. Весь Цварг будет праздновать. Повторюсь, я не настаиваю на этом, но мне будет приятно. Ты понимаешь?
Я скупо кивнула. Попытка Юдеса Лацосте показаться мягким и понимающим с треском провалилась. Мартин тоже поначалу был улыбчивым и ласковым, и я даже не представляла, во что выльется наш брак. Но с тех пор розовые очки давно слетели и разбились вдребезги.
– У меня сейчас очень много дел, и секретарь и не смог выискать окно для важного мероприятия. Я назначил свадьбу на двадцать шестое число. Если хочешь позвать кого-то из подруг – просто напиши моему секретарю. Это понятно?
Вопрос был явно риторическим. Подруги… если бы они у меня были. Цваргини всегда странно на меня косились.
– Дальше… Я не хочу, чтобы ты жила в особняке или квартирах, купленных на деньги этого старпёра Гю-Эля. Я уже распорядился сделать косметический ремонт в одном из своих загородных домов в горах для нашего медового месяца. Там, наверное, и останешься жить дальше, там есть комната, которую можно будет переоборудовать под детскую. Флаер я тоже куплю тебе новый. И вообще, мне не понравилось, как ты быстро угнала от меня с парковки Дворца! Там хотя бы ограничение скорости есть?!..
Я мысленно приказала себе отключиться. Юдес так увлёкся расписыванием нашей будущей совместной жизни, что стало тошно. Вновь заболела голова, но не от затылка, как это было после ментального воздействия, а по заурядной причине: мало спала, много нервничала и плакала. На миг пульсация в висках стала такой сильной, что захотелось повеситься.
– …Фамилию тоже сменишь. Я думаю, это настолько очевидно, что не надо проговаривать, но на всякий случай озвучиваю, чтобы не было недопониманий. На этом, кажется, всё.
Кивнула, чтобы не злить цварга. Вселенная, дай мне сил… Умоляю!
– Селеста?
– А?
– Не делай глупостей. Если наделаешь и выйдешь замуж за какого-нибудь хлыща, я же опротестую. А если не получится – станешь ещё раз вдовой. Ты это понимаешь?
Голос звучал нейтрально-прохладно, но я чувствовала, что Лацосте серьёзен как никогда. Мурашки пробежали вдоль позвоночника и почему-то левой руки. Может, потому что на ней был надет коммуникатор? Я молча сглотнула слюну. Нет, пожалуй, я всё же ошиблась. По сравнению с Юдесом, мой бывший муж просто бесхребетная медуза.
 
Глава 6. Побег
 
Цварг. Два года назад
– Мишель, ты не понимаешь! Я готова на всё что угодно!
Я смотрела на друга детства, заломив кисти, и пыталась донести, насколько сильно не хочу становиться госпожой Лацосте. Ответный взгляд юриста был полон жалости, тревоги и лёгкого непонимания. Я же чувствовала себя стрекозой, попавшей в невидимую, но такую крепкую паутину арахнида. Минуты идут за минутами, сливаясь в часы и приближая тот момент, когда хозяин ловушки явится за своей добычей, а та бьётся изо всех сил, но стороннему наблюдателю-исследователю уже понятно, что стрекоза проиграла.
– Селеста, это ты не понимаешь, о чём просишь, – наверное, в тысячный раз за ночь он повторил эту фразу.
Пока мы ждали Кристофа, пока он рассказывал, что карьера для него важнее, чем призрачная возможность в будущем иметь детей от меня, пока я плакала от отчаяния и разговаривала с Юдесом, вечер плавно перетёк в глубокую ночь.
– Пойми же наконец! Даже если мы поженимся с тобой, как ты выразилась, на «пять минут», и я на правах супруга пробью для тебя визу на покидание планеты якобы на медовый месяц, это всё равно пойдёт через Аппарат Управления Цваргом! Лацосте будет первым, кого известят об этом. Я вообще уверен, что он сообщил в Службу Безопасности Планеты, чтобы за тобой круглосуточно следили! Тебя просто не выпустят из космопорта, а скорее всего, схватят ещё раньше, как только поймут, что ты задумала! И плевать им будет на то, что ты моя жена!
Слова возражения застряли у меня в горле.
– Что? – только и смогла выдавить из себя.
То, что Юдес узнал о разговоре с медцентром, не удивило. Мало ли, он дал указания персоналу лаборатории заранее… Это было так же логично, как опытные игроки в шахматы заблаговременно делают рокировку. Но слежка?! Попрание непреложного закона о том, что каждый гражданин Федерации – свободная личность?! Очевидно, организм исчерпал на сегодня весь лимит разочарования и душевной боли. Я медленно осела на кресло, стараясь осознать масштаб катастрофы.
– Он не только член Аппарата Управления Цваргом, но и глава Службы Безопасности. – Мишель неловко потёр шею, явно чувствуя себя не в своей тарелке. – В моих кругах многие об этом знают. Всё-таки незаконный вывоз цваргини с планеты в последние годы всё чаще и чаще приравнивается к преступлению против расы.
  
Машинально кивнула, давая понять, что услышала. Значит, за такого рода преступление Мишель может получить смертную казнь или её аналог с гниением на вшивом астероиде до конца жизни.
– Ты не представляешь, как мало девочек рождается в последние годы, – тихо продолжил друг детства, а я вдруг вспомнила клубничный шлейф духов на Юдесе. Не то чтобы меня это интересовало, но…