Нареченная (СИ)

Разобраться с уличными отребьями — одно, а сражение с королевскими солдатами — уже совсем другая история. И, вдобавок ко всему, их численность превышает нашу почти в трое.
В своих ребятах я не сомневался, победа окажется за нами, но вот какой ценой…
Люди Марона стремительно приближались, мечи отражали последние лучи уходящего солнца. Лица противников отражали их злость и ненависть ко мне и к моим сторонникам. За версту можно было почувствовать их жажду крови и смерти.
И они ее получили…
Их собственная кровь пропитала землю, их крики и стоны оглушали. Внутренности драконов украсили землю на радость диким животным.
Невидимая глазу война имела свое начало несколько десятков лет назад, но именно сегодня она перешла на новый уровень. Больше никто не собирался прятаться за масками доброты, любви и верности. В день осенней охоты каждый показал свое истинное лицо… Король еще раз доказал, что его собственные дети для него являются ничем иным, как разменной монетой. И верным способом укротить недовольных поданных. Второй принц открыл миру свою силу, загнав в ловушку трех своих братьев и лишив головы одного из них. Ельфран показал свою слабую сторону — открылся со стороны доверчивости и простодушия. За что и поплатился собственной жизнью.
Зерак же тем, что сумел избежать всего происходящего сегодня, еще раз подтвердил, что хитростью и умом превосходит своих братьев.
А что касается меня или Терона, на осенней охоте мы показали, что намного уязвимее, чем хотели казаться. И дело даже не в силе, тут мы не проигрываем. Дело в том, как мы мыслим, и какие способы для своих целей используем.
Стоит признать отвагу и преданность стражей Марона. Единицы все еще имели возможность стоять на ногах, еще меньше было тех, у кого остались силы продолжать этот бой.
Умение учиться на своих ошибках — тоже своего рода талант… Но, как оказалось, таким даром я не обладаю.
В тот момент, когда ничего изменить уже было нельзя, и Марону ничего не оставалось, кроме как сдаться, брат показал еще одно свое лицо — предусмотрительность и готовность ко всему.
— Максимилиан, молва не врет: в ближнем бою тебе нет равных. Твои люди тоже меня удивили, — и все же как бы ни была хороша моя стража, без жертв не обошлось. Я потерял ровно половину…
— Сдавайся, и я сохраню тебе жизнь.
— Знаешь, влияние нашего младшего брата на тебе негативно сказывается. Ты стал слишком добрым…Или, может, ты всегда был таким, — размышлял в слух Марон.
— У тебя два выхода: или сдаться, или смерть.
— Ты не совсем прав, мой любимый братец. Есть еще один — сердце Браун, — в руке принц держал большой рубин. Артефакт «сердце Браун» еще более редкий, чем кристалл перемещения, который использовал магистр Эльман.
— Где ты его достал? — многие тысячелетия назад людьми правила семья, по силе равная драконьей и демонической. Их магия заключалась в отсутствии ее и невосприимчивости к ней. Все расы уважали их, считая равными себе.
Во времена великой войны Браун создали около сотни таких артефактов, благодаря которым их владельцы сохраняли свои силы даже под действием магии правящей семьи. И сейчас один их них был у Марона. Место, где проводилась охота, полностью лишилось волшебства из-за артефакта Браун. Второй принц мог колдовать и обращаться.
— Ты не представляешь, что только не продается на черном рынке, — с победной улыбкой ответил Марон. — Теперь точно прощайте, мои любимые братья.
Земля задрожала и разломилась под ногами. Солдаты пытались убежать, скрыться, но все было безуспешно. Драконья магия земли не отпускала никого, поглощая всех и вся, забирая молодых людей в свои владенья. И главным ее достижением сегодня были два принца Раньяр.
Николь.
Николь терзали смутные сомнения о правильности ее выбора. С одной стороны, ей было жаль единственного человека, то есть дракона, который всегда был бы на ее стороне и любил ее, не прося ничего взамен.
Но, с другой стороны, была власть и сила. Ей всю жизнь приходилось преклоняться, юлить и подлизываться, чтобы получить свое место под солнцем. Каждый раз склоняясь перед кем-то, Николь представляла, что наступит время, и она станет выше их всех.
 
И эту мечту поддерживал и подпитывал второй принц Скиандрам.
Девушка познакомилась с ним лет семь назад — не очень большой срок для тех, кто живет тысячелетия. Красивый, умный, могущественный — в нем присутствовали все черты, о которых только мечтают девушки, представляя своего будущего мужа.
Первое время все было, как в сказке… Обещания вечной любви, клятвы верности и надежды на прекрасное будущее. Молодую девушку даже не смущало присутствие в жизни принца гарема. Какая разница, с кем он раньше делил постель, ведь всю оставшеюся жизнь он обещал провести только с ней.
У Николь не было ни одного сомнения, что она окажется наречённой Марона. И когда вместо нее артефакт показал другую, казалось, что мир погрузился в тьму. Даже стать избранной для другого кандидата на трон было не в радость.
И тем сильнее было счастье, когда Марон не только не прекратил их встречи. А наоборот, стал чаще искать возможности увидеть ее. Но самое главное — он дал ей еще одну клятву… Клятву сделать ее королевой, даже несмотря на другую в его судьбе.
Ельфрана ей было немного жаль, но не настолько, чтобы отказаться от своей мечты. Николь умела разбираться в людях и прекрасно понимала: Ельфрану никогда не стать королем… Слишком слаб, слишком прост…
Обмануть его не составило труда, притвориться влюбленной тоже. Самым сложным было самой не начать испытывать к нему чувства, но ежедневное присутствие Марона придало ей сил.
И вот настал тот день, когда, наконец, все закончилось. Не будет больше лжи и фальши, останется только светлое будущее. И проведет она его у власти вместе со своим любимым.
— Ты как? — раздался такой долгожданный голос.
— Марон…
— Я здесь, больше не нужно бояться, — молодой дракон нежно обнял девушку, запечатывая губы страстным поцелуем.
— А Максимилиан? — осторожно спросила Николь, приведя дыхания в порядок.
— Мертв, как и Терон. Свет моей души, ты помнишь, что сейчас должна сделать?
— Да, мой король, — с любовью ответила девушка.
***
Тронный зал был прекрасен: большие окна давали ощущения свободы, а вид на королевский сад придавал энергии. Драконы не любят замкнутые пространства, и такое строение здания хоть и не решало саму проблему, но помогало не чувствовать себя запертым.
Трон, о котором мечтает каждый, был выполнен из чистого золота и украшен всеми возможными драгоценными камнями. Драконы любят роскошь не только в легендах, но и в жизни. Это старо, как мир. И пусть драконий трон не выделяется красотой или элегантностью, но по богатству и роскоши ему нет равных. В прочем, как и всему в Скиандрам.
— Отец, — со вселенской грустью в голосе, обратился Марон.
— Марон, ты вернулся раньше, чем должен был. Где твои братья? — без особого интереса спросил король.
— Отец, мне очень жаль… — одинокая слеза скатилась по щеке молодого дракона.
— Хватит мямлить, говори! — Его Величество явно злило происходящее.
Николь, стоявшая рядом, бесшумно плакала, показывая всем свое горе. От неожиданного крика короля девушка вздрогнула и не смогла удержать равновесия, с грохотом упала на колени. Николь сильно волновалась, не каждый день приходилось врать королю.
— Разве это не нареченная твоего брата? Что она делает с тобой? — пройдясь по девушке взглядом, спросил Его Величество.
— Я не хотел, чтобы такое произошло, но я не смог помешать… Прости меня… Ельфран мертв, Максимилиан и Терон…
Дверь с шумом открылась, и в тронный зал вошли те, кого Николь меньше всего ожидала увидеть.
Сердце еще сильнее застучало, страх усилился, а тело покрылось холодным потом.
Максимилиан и Терон вошли в зал, выглядели они совершенно здоровыми. Мертвыми их уж точно не назовешь.
— Хорошо, что и вы здесь. Марон, что значит: «Ельфран мертв»? — слишком холодно для любящего отца спросил король.