Тайный сыск царя Гороха. Компиляция (СИ)
– Да ведь стрельцы-то утром показали божка шамаханского, и я, не будь дура, враз его опознала.
– Кто? Какой-нибудь местный уголовный авторитет?
– Прямо в яблочко бьешь, сокол ясный! Тебе скажу, но пока только тебе. Это – Кощей Бессмертный.
– Так… все… у меня от ваших сказок уже крыша едет. Митька-а-а! Подай воды напиться!
Щенок взглянул на меня самыми преданными глазами, завилял хвостом и осторожно гавкнул на Ягу. Мне на секунду показалось, что я узнаю этот взгляд. Баба Яга возмущенно пожала плечами:
– Ладно уж, расколдую охальника…
Если вы думаете, что после этого инцидента Митяй хоть на сколько-нибудь присмирел, то вы глубоко ошибаетесь. Наоборот, он вбил себе в голову, будто я всегда буду заступаться и своевременно спасать его от праведного гнева нашей хозяйки. Парень расхаживал гоголем! Правда, по сеням, в горницу Яга его не пустила. Сказала, что, если только переступит порог – сразу обернется ежиком. Митька храбрился, но порог не переступал, ограничившись громким распеванием венчальных и свадебных песен. Старушка налила мне рюмочку не знаю чего, настоянного на травах, мгновенно снявшего похмельный синдром. Хотя я лично охотно бы выпил большую чашку хорошего кофе! Но увы… В те далекие времена его еще не завозили иноземные купцы…
– Пожалуйста, расскажите об этом вашем Кощее поподробнее. То, что он опасный рецидивист, имеет хорошо укрепленную «малину», держит у себя воровской «общак» и почему-то прозывается Бессмертным, мне известно с детства из мультиков. Так что попрошу только факты. Сейчас меня всего больше интересуют возможные связи между ним и шамаханским заговором.
– Будь по-твоему, Никитушка, слушай. Каш или Кощей имя свое получил от родителей, они его еще ребеночком вместо молока кровью человеческой поили. И вырос он оттого невероятно силен, худ и злобен. Цепных псов зубами рвал, подковы в узел пальчиками одной руки завязывал, а уж с виду как страшен – ровно скелет живой, желтой кожею обтянут, только глаза и светятся!
– Так… «глаза светятся», каким светом?
– Синим, – кивнула бабка, подглядывая в мой рабочий блокнот.
– Записал. Да, особые приметы у него впечатляют, вряд ли можно с кем-нибудь спутать.
– Точно, Никитушка, ни с кем его, антихриста, не перепутаешь. А бессмертен он, потому как его погибель далеко запрятана…
– Это вы насчет иглы, которая в яйце, яйцо в утке, утка в зайце, заяц в сундуке, сундук на дубе, дуб на острове посреди моря-окияна и змеем трехголовым охраняется?
– Батюшки! А ты-то как про все это прознал? Нешто опять дедукция?
– Дедуктивный метод основан на восстановлении фактов прошлого по уликам и признакам обнаруженного в настоящий момент. Ну, а насчет смерти на кончике иглы у нас любой ребенок знает. Правда, в моем времени это выражение больше относится к наркоманам. Не будем отвлекаться. Итак, где живет искомый преступник?
– За тридевять земель.
– Не ближний свет… – согласился я.
Ох уж мне эти географические понятия! Никто толком ничего не знает, пользуются безнадежно устаревшей ориентацией типа «в тридевятом царстве», «птица не долетит, волк не дорыщет, конь не доскачет», «семь пар железных сапог стопчешь, семь посохов железных сотрешь, семь хлебов железных сгложешь» – чушь несусветная! Хоть бы направления по солнышку давали, а то ведь в большинстве случаев и этого нет. Когда уж совсем туман – «на тебе, добрый молодец, клубочек, куда он покатится, туда и ты иди». У Яги таких штук шесть в корзине пылится. В первое время она все пыталась всучить мне один, чтобы я до царского терема (через три квартала!) дошел и не заблудился. Позорище… Я его за воротами поймал, в карман сунул и прекрасно нашел все сам.
– Чем занимается по основному роду деятельности и в свободное время?
– Ох ты ж… Да ведь злодей он, известное дело, тем и занимается. То войной на кого ни есть идет, то соседей добрых стравливает, землю губит, воду травит, людей заколдовывает, девиц невинных крадет да в погребах тесных держит, зло творит везде, где может, змеев лютых растит…
– Так и запишем. «Крупный международный террорист, обладающий большим опытом в диверсионно-подрывной деятельности, с комплексами сексуального маньяка, каннибалическими наклонностями и прогрессирующей шизофренией на почве человеконенавистничества…»
– Истинно, такой и есть, – серьезно подтвердила Баба Яга. – А для шамаханов или какой другой разной погани – он бог и царь. Я так думаю, что вправду старые люди говорили, будто род шамаханский от Кощея идет. Вроде спутался он в молодости с ведьмами-чертовками, а от тех греховных связей дети народились мелкие да злобные. На головенках рога, позади хвостик махонький поросячьего вида, и обличия разные принимать могут. А уж похотливы – без меры. Вот и плодятся целыми ордами.
– Ну, это вопрос уже генетический. Вы думаете, шамаханы осуществляют какую-то ментальную связь на уровне подсознания со своим древним прародителем?
– Сокол мой ясный, да не говори ж ты такими мудреными словами! Стара я иноземным языкам обучаться, мне бы по-русски, по-простому да по доступному разумению старушечьему… Я так думаю, что ежели кто за всем энтим делом в головах и стоит – так только Кощей Бессмертный. Он шамаханов направляет, его идолы в молельнях их стоят, и через них он слугам своим верным приказы раздает. Ежели хотим мы заговор злодейский обезвредить, надо нам планы его зловредные прознать, а сделать это можно, только побывав в царстве Кощеевом.
– Каким образом? В такое горячее время покидать управление надолго опасно, а путь за тридевять земель – дорога не близкая.
– В ступе полетим, за день обернемся, – прикинула бабуля, что-то подсчитывая на пальцах. – В столице Митьку оставим, пущай до нашего возвращения всей милицией заправляет. Он хоть и дурак порой, но парень верный, службу знает и честь блюдет. Планшетку ему свою отдай для солидности, народ еще боле уважать будет. О деле нашем пока даже царю не болтай. Тайно пойдем, чтоб ни одна живая душа о том не ведала. Но записочку Гороху отправь, дескать, ложимся в засаду, к ужину не ждите, доклад представим к завтрему. Перебьются без нас один денек.
– Скорее всего, да… – подумав, согласился я. – Вражеские склады мы накрыли, подкопы вновь засыпают, стрельцы во всеоружии, народ бдителен, оставшихся шамаханов раскроют и выловят быстро. Вроде бы здесь ситуация под контролем. Может быть, действительно стоит рискнуть и слетать на разведку в тыл противника, хотя бы для ознакомления?
Пока я писал объяснительное письмо государю, Яга вкручивала Митьке мозги насчет его обязанностей до нашего возвращения:
– Людей зазря не хватай!
– Да знаю я.
– К девкам не лезь, нечего их ощупывать «на предмет ношения холодного оружия», а то еще начнешь наркотики в сарафанах искать… Жаловались на тебя уже.
– Да не буду, не буду… Пошутил разок-другой, а они сразу ябедничать…
– Купцов не трожь, не все они воруют, хотя в деле торговом без этого тоже нельзя.
– Да? Мне орехов кулек не досыпают, а я, значит, молчи?!
– Но и в поруб всех подряд тащить нечего! Взял манеру: чуть что – руки за спину и в отделение. К цыганам не приставай, пущай себе гадают, а коней воровать они не посмеют – стрельцы из города не выпустят. На Обжорном ряду все подряд не пробуй, а то ишь какой народный контролер выискался! Тетка Матрена намедни жаловалась, будто ты у ней в кадку с квашеной капустой обе руки так и запускал, якобы письма переметные шамаханские искал… И где? В капусте? На кой ляд ты вообще туда поперся?
– Дык… Ну а как же иначе? Коли у тетки энтой все на лице написано, один раз взглянешь, так и тянет документ потребовать! А капуста у ней все равно квелая…
Пока они там препирались, я снял со стены тяжелую саблю, царский подарок, и повесил на плечо. В прошлый раз вон не взял, так, если бы не Митькина силища да умение колом от волков отмахиваться, запросто получил бы штырь под ребро. Правда, фехтовать я ею не умею, но ведь, может, и не придется.