Не смотри на меня так (СИ)
Я пытался убедить себя, что это ничего не значит. Но когда начались наши настоящие столкновения, я понял: это значит всё.
Я был против её повышения. Я не хотел видеть её так близко. Я знал, что это будет проблемой. Но пошёл на это. Потому что, чёрт возьми, она была лучшей. И теперь она работала рядом.
Я видел, как она злилась, когда я не принимал её идеи с первого раза. Как глотала раздражение, но всё равно шагала ко мне с уверенностью, будто я не мог её сломить. И это заводило меня ещё больше.
Я заметил, как она стала избегать встречи со мной в коридорах. Как научилась делать вид, что я её не интересую. Как игнорировала то, что между нами что-то происходит. Но я не позволял себе отступать. Потому что я знал, что она не просто подчинённая. Она была моей слабостью. И это разрушало меня.
Когда я поцеловал её в первый раз, я не сомневался, что она ответит. Я не был уверен в её словах, но был уверен в её теле. Я видел её реакцию, её дыхание, её взгляд. Она может говорить что угодно, но я знаю правду. Она этого хотела. Так же сильно, как я хотел её.
Я думал, что смогу взять её и оставить. Что это пройдёт, если я получу её полностью. Но теперь, когда я держу её в своих руках, когда её губы шепчут моё имя, когда её пальцы царапают мою спину, я понимаю: это не просто желание. Это не просто влечение. Это одержимость.
Я не хочу отпускать её. Я не буду её отпускать. Потому что она принадлежит мне. И она это знает.
Перемены
В тот вечер я не осталась у него. Быстро оделась, не оглядываясь, и ушла, пока он просто стоял, наблюдая за мной с выражением, которое я не могла разгадать.
Но спустя два дня всё изменилось.
Александр нашёл способ снова затащить меня к себе. На этот раз я не ушла.
Я не знаю, когда именно это решение оформилось в моей голове. Возможно, в тот момент, когда он взял меня за руку, провёл кончиками пальцев по запястью. Или когда я почувствовала, как его губы скользят по моей коже, разрывая последние остатки сопротивления. Или, может, когда он, ничего не говоря, просто притянул меня ближе, укладывая рядом, будто так и должно быть.
В любом случае, это случилось.
Я проснулась раньше него.
Свет утреннего солнца лениво пробирался сквозь жалюзи, касаясь постели мягкими бликами. Первые несколько секунд я не могла понять, где нахожусь, но стоило мне пошевелиться, как его рука напряглась на моей талии, удерживая на месте.
Я замерла. Он спал, его дыхание было ровным, пальцы расслабленно касались моей кожи.
Это было… необычно. Я осторожно повернулась, чтобы посмотреть на него. В темноте его взгляд всегда был пронизывающим, холодным, дерзким, но сейчас, во сне, он выглядел иначе. Спокойным. Расслабленным. Почти… беззащитным?
Глупо. Он не бывает беззащитным. Но я не могла отвести взгляда.
Я чувствовала его тепло, его близость, его дыхание на своей коже. И мне было страшно.
Я увязаю. Это больше не просто влечение. Я не знаю, сколько времени я просто лежала, наблюдая за ним. В какой-то момент он пошевелился, пальцы лениво скользнули по моей талии, затем выше — по спине, по плечу.
— Ты так внимательно смотришь на меня. Думаешь, стоит ли убежать?
Его голос был хриплым, ещё наполненным сонной ленью, но даже в нём сквозила насмешка. Я закатила глаза и отстранилась, но он не дал мне уйти далеко, просто сильнее притянул обратно.
— Я наблюдала за тобой. Ты выглядел по-человечески.
Он усмехнулся, прикоснулся губами к моему виску.
— Я всегда по-человечески выгляжу.
— Нет, в офисе ты напоминаешь машину.
— Приятно, что ты изучаешь мои формы существования.
Я закатила глаза и ткнула его локтем в бок.
Он ловко перехватил мою руку, не давая шанса сбежать, и развернул меня на себя.
— Ты останешься на завтрак.
— Это был вопрос?
— Нет.
Я сидела на стуле, наблюдая, как он, удивительно спокойно, готовил завтрак. В голове крутилась одна мысль — это чертовски непохоже на него.
— Что это за новый образ? Ты теперь заботливый?
Он бросил на меня взгляд через плечо.
— Нет, я просто не хочу, чтобы ты упала в обморок от голода, когда будешь убегать из моего дома.
Я фыркнула.
— Не собиралась убегать.
— Ммм.
— Что значит „ммм“?!
— Ничего. Просто приятно слышать.
Я подавила улыбку и сделала вид, что меня интересует только кофе. Когда он поставил передо мной тарелку, я подняла бровь.
— Ты умеешь готовить?
— Да.
— Неожиданно.
— Я не только жестокий начальник, но ещё и многофункциональный человек.
— Удобно.
Он поставил перед собой кружку с кофе, лениво потягивая его, изучающе смотря на меня.
— Ты выглядишь расслабленной.
— Я хорошо спала.
— Интересно, почему?
— Наверное, кровать удобная.
Он усмехнулся, но ничего не сказал.
Когда я допивала кофе, он медленно провёл пальцами по моей ноге под столом, заставляя меня задержать дыхание.
— Я заеду за тобой вечером.
Я сделала вид, что не услышала.
— Я заеду за тобой вечером, Кира.
Я поставила кружку и наконец посмотрела на него.
— Я заеду домой и приеду в офис позже.
Он не выглядел довольным, но не стал спорить.
----------------------------------
Я вошла в офис с опозданием, но без намёка на вину. Даша тут же впилась в меня взглядом, и я уже знала, что сейчас начнётся.
— Ты выглядишь подозрительно свежей, Морозова.
Я сделала глоток кофе, притворившись, что не услышала её.
— Давно тебя такой не видела. Может, всё дело в хорошем сне? — она прищурилась, ухмыляясь.
Я пожала плечами.
— Вполне возможно.
Я прошла к своему столу, стараясь не замечать её хищной ухмылки. Даша не дура. Она всегда слишком быстро считывала эмоции людей, и мне совсем не хотелось, чтобы она читала мои. Я сделала несколько глотков кофе, открыла ноутбук, уже готовая погрузиться в работу, но ровно через двадцать минут после моего прихода дверь кабинета распахнулась.
В офис зашёл Александр. И офис… замер. Я чувствовала, как время застыло в доли секунды. Даже те, кто не смотрел в его сторону, вдруг перестали печатать, щёлкать мышками, разговаривать между собой. Он окинул комнату быстрым взглядом и шагнул внутрь. Я не была уверена, что именно меня больше поразило: его внезапное появление или выражение лиц коллег, которые точно знали, что Романов никогда не заходит сюда просто так. К ни го ед . нет
На их памяти это происходило дважды. Один раз, когда Павел уходил, и Александр пришёл лично его поблагодарить. И второй… второй был так давно, что никто не мог даже вспомнить повод.
Поэтому сейчас их выражения варьировались от чистого недоумения до шокированной заинтересованности.
— Чёрт! — выругался Глеб, пытаясь сохранить равновесие, но в итоге едва не завалился вместе с креслом.
Александр, не обращая внимания на происходящее, просто пересёк офис и остановился напротив моего стола. Я чувствовала десятки взглядов на себе. Чувствовала, как замер воздух.
Всё, что мне не нужно было сейчас — это вот это. Но он смотрел на меня спокойно, уверенно, будто всё происходящее вокруг его совершенно не волновало.
— Кира, на минуту.
В офисе наступила абсолютная тишина. Даша медленно повернулась в мою сторону, её брови взметнулись вверх с интересом, который она даже не пыталась скрыть. Рома поперхнулся кофе и закашлялся. Артём сделал вид, что случайно уронил ручку, но я видела, как он украдкой взглянул на меня.
Я покраснела, но быстро взяла себя в руки, встала и, как можно более естественным голосом, сказала:
— Сейчас, только возьму блокнот и ручку.
Я не смотрела на ребят — знала, что если встречусь хоть с одним взглядом, всё, что строила, рухнет к чёртовой матери.
Романов развернулся и ушёл, а я медленно собрала вещи, понимая, что как только выйду, начнётся.
И не ошиблась. Как только за ним закрылась дверь, офис взорвался шёпотом.
— Так, подождите… — протянул Рома, всё ещё держа в руках кружку с кофе. — Романов только что зашёл в наш кабинет.