Не смотри на меня так (СИ)
Он поднял меня и в следующее мгновение мы оказались на диване.
Я больше не могла ждать. Мне нужно было почувствовать его полностью. Я развязала пояс его брюк, пальцы скользнули внутрь, а он напряжённо выдохнул.
— Ты чертовски нетерпелива.
Я улыбнулась, но не ответила. Мои пальцы нашли его, горячего, напряжённого, и он тихо выругался, прежде чем развернул меня под себя, накрывая своим телом. Теперь он задавал темп.
Медленно.
Терпеливо.
Я изгибалась под ним, чувствуя его рваное дыхание у своего уха, пока он двигался внутри меня, создавая невыносимое напряжение.
— Александр… — я почти задыхалась, сжимая его плечи.
— Посмотри на меня.
Я подняла глаза, и он заставил меня удерживать этот взгляд, даже когда ритм стал глубже, сильнее. Моя грудь вздымалась в такт его движениям, тело подчинялось ему полностью, а он ловил каждую мою реакцию, замедляя, когда я была близка к краю, а затем доводя до предела. Он целовал меня, но поцелуи были медленными, мучительно долгими, словно он хотел забрать меня всю, без остатка.
Я затерялась в этом чувстве, в его движениях, в его руках, в жаре его тела. Я разбилась в его руках, выгибаясь, теряя контроль, а он не отпускал, доводя меня до точки, в которой не существовало ничего, кроме нас двоих. Когда он остановился, его дыхание было тяжёлым, горячим, он провёл пальцами по моей щеке, изучая, наблюдая.
— Ты не представляешь, что ты со мной делаешь… — его голос был глухим, хриплым, наполненным тем, что я боялась назвать вслух.
Я не знала, что ответить. Просто потянулась к нему, снова впиваясь губами в его шею.
Я не могла насытиться им.
----------------------------------
Я лежала на спине, глядя в потолок. Воздух в комнате был тёплым, но на коже ещё оставались горячие следы его прикосновений. Его рука лениво лежала на моём бедре, пальцы делали медленные, едва заметные круги, но в этом прикосновении уже не было того нетерпения, что раньше. Оно было… другим. Задумчивым.
Я повернула голову, изучая его профиль. Александр лежал рядом, взгляд был направлен в темноту за окном. Я не знала, о чём он думал, но отчётливо чувствовала — он тоже не спал.
Я глубоко вдохнула, перекатываясь на бок.
— Мне пора.
Его пальцы на моём бедре на секунду замерли, но он не попытался меня остановить.
— Уже?
— Уже.
Я медленно встала, собирая с пола одежду. Платье, которое ещё несколько часов назад было таким лёгким, теперь казалось тяжёлым. Я накинула его на себя, даже не глядя в зеркало.
Майка, которую он мне дал после душа, осталась лежать на кресле. Я провела по ней пальцами, но не взяла. Она больше не была мне нужна.
Он всё ещё молчал, сидя на кровати, руки упирались в простыни. В его взгляде не было разочарования, злости или удивления. Он просто смотрел, будто пытался разгадать что-то, что я сама ещё не могла понять.
Я взяла свою сумку, обернулась к нему.
— Я отвезу тебя.
Я вздохнула, но спорить не стала.
Дорога была пустой, и тишина между нами — тоже. Музыка не играла, разговоров не было. Только приглушённый свет фонарей, мерцающий на лобовом стекле, и лёгкий гул двигателя.
Я смотрела в окно, пока город промелькал мимо. Александр держал руль одной рукой, а пальцы второй постукивали по колену. Нервозность? Или просто привычка? Я чувствовала его взгляд. Он не спрашивал, но хотел. Я тоже молчала. Когда машина остановилась у моего дома, я, наконец, повернулась к нему.
— Послушай….
Он прищурился, словно ждал, что я скажу что-то важное.
— Не торопи.
Он выдохнул медленно, глубоко, провёл рукой по шее.
— Хорошо.
Я кивнула, открыла дверь и вышла.
Изменения
Офис понедельника встретил меня привычной суетой, но ничего не казалось привычным.
Как только я вошла, меня тут же окружили коллеги, обсуждающие новые проекты, клиентов, дедлайны, всё, что раньше было моим естественным ритмом жизни. Но теперь среди всех этих лиц я искала только одно.
Я хотела убедиться, что ничего не изменилось. Но я знала, что это ложь. Изменилось всё. Я старалась выглядеть как обычно, но внутри всё дрожало. Глубоко вдохнув, я направилась к своему рабочему столу, и в этот момент дверь кабинета Романова открылась. Я почувствовала его раньше, чем увидела.
Он вышел, спокойный, уверенный, как всегда. Разговоры вокруг меня стихли, но, может, это просто мне так показалось.
Я не могла не смотреть. Когда наши взгляды встретились, он кивнул мне, спокойно, без лишних эмоций.
— Кира.
— Александр.
Я почувствовала, как напряглась, но быстро взяла себя в руки. Всё нормально. Мы взрослые люди. Это ничего не меняет.
— Доброе утро, шеф, — раздался голос Глеба у меня за спиной, но я не стала оборачиваться.
Романов слегка приподнял бровь, но ничего не сказал и ушёл в сторону переговорной.
Я наконец выдохнула.
— Чего ты такая напряжённая? — Глеб встал рядом, лениво потягиваясь.
— Обычное утро.
— Ты так себя ведёшь только тогда, когда пытаешься что-то скрыть.
Я сделала глоток кофе, надеясь, что он отстанет, но Глеб уже внимательно изучал меня.
— Ты встречалась с ним?
Я чуть не подавилась.
— Что?!
Он ухмыльнулся.
— Ты слишком резко отреагировала. Значит, да.
Я застонала и провела рукой по лицу.
— Не твоё дело.
— Я просто уточняю.
— Тебе не нужно уточнять.
Он усмехнулся, но всё же отступил.
К двенадцати у нас была запланирована общая встреча по проекту. Я собрала ноутбук, блокнот, кофе и направилась в переговорную.
В комнате уже были Лера и Артём, которые спорили о рекламных баннерах, а Глеб раскладывал документы на столе.
Я выбрала место напротив экрана, положила перед собой ноутбук и сделала глоток кофе. Как только дверь открылась, вошёл он. Он бросил короткий взгляд на меня, сел в конце стола и начал листать документы.
— Давайте начнём, времени мало.
Голос — ровный, холодный, сосредоточенный. Никаких намёков на то, что ещё два дня назад я царапала его спину и стонала его имя. Я выпрямилась, заставляя себя сосредоточиться на работе. Лера начала презентацию. Артём что-то пояснял. Я пыталась вникнуть, но чувствовала его взгляд.
Он смотрел на меня. Я не сразу подняла глаза, но когда это сделала, он не отвёл взгляд.
Секунда.
Две.
Я опустила взгляд обратно в блокнот.
— Кира, что думаешь? — его голос вывел меня из мыслей.
Я быстро собралась, кивнула.
— Решение с баннерами логично, но нужно проверить адаптацию под мобильные устройства. И ещё…
Я заговорила, стараясь звучать чётко и уверенно, игнорируя тот факт, что его взгляд больше не просто изучал, а будто испытывал. Планёрка закончилась, я поспешила собрать вещи, но как только остальные вышли, он сказал:
— Останься.
Я застыла. Выдохнула. Посмотрела на дверь.
Глеб переглянулся со мной, но ничего не сказал, просто вышел следом за Лерой и Артёмом. Когда мы остались одни, тишина заполнила комнату.
Я не смотрела на него, но чувствовала его рядом.
— Как воскресенье? — спокойно спросил он.
Я подняла глаза.
— Насыщенно.
Он медленно кивнул, наблюдая за моей реакцией.
— Ты не писала.
— Ты тоже.
Мы смотрели друг на друга.
— Ты сказала „не торопи“. Я дал тебе время.
— Спасибо.
— Но оно не бесконечное.
Я не ответила. Я не знала, что сказать. Он выдержал паузу, затем встал, собирая документы.
— Сегодня после работы.
Не вопрос.
Не просьба.
Факт.
Я медленно выдохнула.
— А если я занята?
— Не будешь.
Я сжала зубы.
— Ты всегда такой?
Он наклонился чуть ближе, уголки его губ дрогнули в почти-улыбке.
— С тобой? Да.
Я собрала вещи и вышла.
Рабочий день тянулся невыносимо долго. Я заставляла себя не смотреть в его сторону, не ловить его взгляд, не думать о том, что будет вечером. Но с каждой минутой в груди нарастало предвкушение — горячее, плотное, заполняющее всё.