Земля джиннов (СИ)
— Слишком гладко для похищения, — высказал своё мнение ар-Хан. — В настолько сложном деле, как кража крупногабаритного предмета из хорошо охраняемого места, трудно не оставить следов, уж поверьте моему опыту.
То, с каким воодушевлением он взялся за дело, говорило о многом. Самому знаменитому вору в халифате скучно! Искандер уже доказал, что может украсть всё, чего пожелает, и сумеет выйти сухим из воды. Но что дальше? Он ещё молод для рыбалки в богом забытом уголке Мирхаана, ему нужно действие. Ну и красивая влиятельная жёнушка с самым большим приданым, которое только можно вообразить.
— Сама убежала и попутно умудрилась подставить лимийцев? — Эзра недоверчиво сощурил один глаз. — Лейле всего семнадцать, она не преступный гений.
— Не знаю, какую именно роль играли лимийцы, но о пропаже принцессы они прекрасно знали, — напомнила я. — Они изловили попугая Султана.
— Выясним, — уверенно заявил ар-Хан. — Наведаемся во дворец и поспрашиваем одного удивительно осведомлённого человека.
— Великого Визиря? — невинно предположила я.
— Нет. У дяди хватает своих секретов, мои ему не нужны.
— Тогда кого? — глаза Эзры сверкнули профессиональным интересом.
— Обойдёмся без имён, если хотите пойти со мной.
Официальный путь во дворец нам с Эзрой заказан. Благодаря госпоже Хатун, без последствий мы даже к воротам подойти не сможем. Но ар-Хан и не собирался идти через главный вход. Если верить его словам, во дворец ведёт столько лазеек, что выбирать можно часами, и лишь ленивый вор ничего оттуда не слямзил.
Итак, идём ночью
Глава 17
Сила грозы обратно пропорциональна её продолжительности — чем сильнее дождь, тем меньше времени он идёт. Мирхаан исключением не стал. К ночи земля успела высохнуть, а воздух вновь напитаться удушающей жарой. На чистом безлунном небе проступили яркие звёзды незнакомых созвездий.
Три фигуры призрачными тенями скользили по узким улицам Кадингира. Ар-хан в неизменном чёрном цвете, хищно бесшумный Эзра и неуклюжая я. Чтобы меньше выделяться, Искандер одолжил мне накидку с капюшоном; её полы сейчас подметали улицу, сколько не одёргивай. Подождать в доме мне предложили, даже настаивали, но я не могла позволить этим двоим остаться наедине. Они едва терпели друг друга и та бумажка, названная соглашением, их не остановит.
Столица халифата успешно притворялась спящей. Двери и окна домов тщательно заперты, уличного освещения почти нигде нет. Время от времени нам встречались патрули из трёх-четырёх стражников с крючковатыми пиками на плечах. Шагая нога в ногу, они намеренно грохотали по дорогам, распугивая вероятных злоумышленников, чтобы избавить себя от лишней работы.
— Ай, нерасторопная дочь Валерия, ну что ты плетёшься кое-как? — недовольно фырчал Эзра.
— Я ничего не вижу, а вы бежите, словно на праздничную распродажу.
— Давай сюда руку.
— Эй, вы там, тише, — шикнул ар-Хан. — В жизни не видел более шумных сыщиков.
Интересно, как скоро он пожалеет о договоре с нами? Те несколько часов, что мы провели в его доме перед вылазкой, прошли в напряжении. Эзра безмолвно рассматривал иремские статуэтки, тщательно запоминая каждую из них. В его глазах я заметила нескрываемое желание привести сюда госпожу Хатун и ткнуть её носом. Ар-Хан тоже его заметил, но не подал виду. Только глупец не позаботится «отмыть» наворованное добро, прежде чем выставлять на всеобщее обозрение, а он не глупец.
Меня же предметы искусства не интересовали. Бросив тоскливый взгляд на корешки книг с непонятными названиями, я предпочла скромно посидеть на диванчике возле окна. Близкое присутствие Искандера ощущалось едва ли не кожей. Я точно знала, где он, даже не глядя в его сторону, и прекрасно понимала, что моя персона интересует его ничуть не меньше. Опасность вперемешку с флёром иремских артефактов витала в воздухе…
Массивную стену, окружающую дворцовые постройки, преодолели через подземный тоннель водостока. Почти час ушёл на сад, кишащий чернокожими стражами, и вот он дворец. Большая его часть тонула во мраке, лишь в башенках и некоторых окнах первого этажа горел тусклый свет масляных ламп. В сравнении с Кадингирской академией, весело сияющей голубыми огоньками по соседству, он казался заброшенным.
Ар-Хан провёл нас к куполообразной оранжерее, за стёклянными стенами которой цвели экзотические растения и чирикали дивные заморские птички.
— Дворец в ста метрах левее, — заметил Эзра.
— Предлагаешь постучаться в двери? Доверься профессионалу, пушистик.
На взлом простенького замка оранжереи у Искандера ушло меньше минуты. Без лишних вопросов мы прошли в ароматный островок райского сада, залитый тусклым небесным светом.
— Путей во дворец великое множество, — ар-Хан уверенно зашагал по дорожке. — Сейчас я покажу вам один из них.
Мы очутились у маленького фонтанчика. Вокруг него мраморными изваяниями застыли семь танцовщиц с кривыми кинжалами. Быстрыми движениями Искандер поменял местами оружие у трёх из них. Почти сразу же одна из плит в нескольких метрах дальше отсюда ушла под землю.
— Сим-Сим открылся! — довольно известил вор.
— И каким же образом совершенно постороннему человеку стал известен столь редкий секрет? — Эзра не удержался от вопроса.
— У меня свои источники.
— Визирь, кто же ещё? — тихо пробормотал гуль.
Попросив нас минуту-другую подождать здесь, Искандер легко нырнул внутрь открывшегося люка, будто каждый день навещает дворец без официального приглашения. Я думала, он собирается зажечь факел или фонарь, чтобы мы не понаставили синяков во тьме, но раздавшийся каменный скрежет мало напоминал треск огнива. Что-то сдвинулось, что-то очень массивное и очень тяжёлое.
— Вот так. Лена, ты следующая, — поманил из глубины. — Давай сюда, тут безопасно.
Не особо похоже. Видимость нулевая, кажется, пола внизу вообще нет. Осторожно свесив ноги, прыгнула в люк. Пролетев метра три, плюхнулась на что-то мягкое, по запаху похожее на сухую листву.
— Помочь? — голос ар-Хана прозвучал почти у самого уха. От неожиданности я так резко отпрянула, что плечом ударилась о стенку.
— Помог, блин, — проворчала, поднявшись на ноги.
— Ты что, боишься меня, Легюльчатай?
— Вот ещё. Ты не маньяк и не серийный убийца. А я не Легюльчатай.
— Хорошо, Балкис.
— И не Балкис. Что это вообще за прозвище?
— Тебе идёт. Не надо нервничать.
— Мы тайком пробираемся во дворец халифа, в такой ситуации нервничать не будет только идиот.
— Ну, спасибо за комплимент, — ответил бывший вор, затем вынул из кармана два кристалла и несколько раз стукнул ими друг по другу. Мягкий голубоватый свет выхватил поросшую мхом каменную кладку стен. Открывшийся взору тоннель уводил вперёд и вниз.
Эзра совершенно бесшумно приземлился рядом.
— Как ты сдвинул её? — он провёл рукой по каменной глыбе, сейчас стоявшей в сторонке.
— Скрытой системой рычагов. А теперь за мной, сыщики.
Как же я не люблю тесные пространства! Узкий коридор успел показаться бесконечным лабиринтом, пока не закончился деревянной дверью.
— За ней крыло охраны и оружейные, — пояснил Искандер, доставая отмычки.
Механизм замка глухо щёлкнул. Путь открыт.
Сдвинув в сторону тяжёлый гобелен, мы вышли в маленькую круглую комнату с лаконичными интерьерами. На стенах проржавевшее оружие, архаичное даже по меркам Мирхаана, по центру грубо сколоченный стол с масляной лампой и небрежно брошенной доской для игры в нарды. Людей нет.
— Куда дальше? — негромко поинтересовалась я. — Твой «удивительно осведомлённый человек» один из стражей?
— Угадала, сегодня как раз его смена. Выходим, поворачиваем налево к лестнице и дальше на крышу.
— Башня Сокола, — присвистнул Эзра. — Предатель высоко забрался.
— Выше, чем юный сыщик из приказа и его помощница. Говорить буду я, молчать вы.
Лёгкость, с которой ар-Хан находил путь, снова и снова подтверждала теорию Эзры. У Искандера с дядей связи гораздо теснее, чем можно вообразить. Рыба гниёт с головы, и раз даже такой важный человек, как Великий Визирь, покрывает уголовника, чего говорить обо всех остальных?