За тебя, Родина! (СИ)
Бруно первым спрыгнул с брони "тройки", подавая пример эсэсовцам и, понятливо кивнув Шольке, побежал чуть в сторону, развёртывая людей в цепь. После потери своего броневика заместитель командира отряда разведки поневоле превратился в пехотинца, но внешне особо недовольным не выглядел. То же самое сделал и Ковальски на своём "Малыше", только с другой стороны от подошедшей колонны.
А она была внушительной. Целых семь танков, не считая нескольких бронетранспортёров и армейских броневиков, стояла сейчас у широких, распахнутых ворот дюнкеркского порта, не спеша въезжать на территорию. С пехотой дело обстояло не хуже чем с техникой, что очень порадовало Гюнтера. Помимо его собственного подразделения, наконец-то собранного в один кулак, и первого батальона СС, сзади их подпирала ещё одна колонна из солдат Вермахта числом в несколько сотен из состава какой-то пехотной дивизии.
Армейцы были хмуры и молчаливы, жестокие бои в западных кварталах города, в то время пока "Лейбштандарт" пробивался в Дюнкерк с юга, дались им явно нелегко. Грязные, в потрёпанном обмундировании, многие легко ранены, они тоже спрыгивали с танков и лёгкой бронетехники, в который раз проверяя оружие и выстраиваясь под команды офицеров и унтеров. Ими командовал такой же вымотанный и усталый майор, сейчас принимавший доклады своих ротных. То же самое делал и командир первого батальона СС "Лейбштандарта" оберштурмбаннфюрер СС Мартин Кольрозер.
С командирского "Pz. IV" к Гюнтеру неторопливо спустился обер-лейтенант Макс Шейдеман, и чертыхнулся, едва не споткнувшись и не угодив в лужу. Сам Шольке уже стоял рядом со своей трофейной "Матильдой" и вглядывался из бинокля в видневшиеся впереди портовые сооружения: краны, склады, какие-то закрытые брезентом большие ящики и тому подобное..
- Ну что, оберштурмфюрер, каково быть танкистом? - усмехнулся тот, подойдя к нему и встав сбоку. - Лучше чем в пехоте всё время на своих двоих?
Гюнтер оторвался от бинокля и искоса на него посмотрел.
- Везде есть свои плюсы и минусы, обер-лейтенант. "Англичанка" мне нравится, несмотря на своё слабое орудие. Но, как говорится, "чем больше цель тем легче в неё попасть", верно? - усмехнувшись, ответил он.
Шейдеман разом помрачнел, видимо, вспомнив что-то неприятное.
- Что верно то верно, чёрт возьми.. Много славных ребят я потерял чтобы оказаться здесь и, скорее всего, они ещё не последние. Быстрее бы закончить всё это дерьмо и на отдых! - признался танкист, тоже поднимая свой висевший на груди потёртый бинокль. - Я не спал нормально уже больше недели, а не мылся ещё дольше, так же как и мои люди. Не хватало ещё обовшиветь, как грязный дикарь с помойки. Что вы там увидели, оберштурмфюрер? Нас встречают или мы зайдём без разрешения?
Опустив бинокль Гюнтер задумчиво ответил:
- На первый взгляд кажется что хозяева сбежали.. но, возможно, они готовят засаду, как на том проклятом перекрёстке. Противник же понимает что порт - очень важный объект, и просто обязан его удерживать всеми силами. Другое дело, есть ли у него эти самые силы? Кстати, как прошла ваша беседа с майором Краусом? Я видел, она была довольно эмоциональной? - Шольке слегка улыбнулся, обернувшись назад в сторону пехотного майора, закончившего принимать доклады подчинённых и сейчас направляющегося к ним.
Шейдеман, перехватив его взгляд, скривился словно зажевал лимон и, кажется, с трудом сдержался чтобы не сплюнуть.
- Эмоционально это слабо сказано! - проворчал он, пользуясь тем что майору до них ещё было идти метров сто. - Этот пехотный зазнайка почему-то решил что имеет право мной командовать из-за того что старше по званию. Его не смутило даже то что мы не только из разных родов войск но и разных дивизий! "Обер-лейтенант, вы обязаны подчиняться!" - передразнил его Максимилиан. - Как бы не так! Пока я не получу приказ от своего собственного командира, майора Шеффеля, перейти к этому "кудрявому" в подчинение, то единственное что он от меня добьётся так это отдание приветствия, и не больше!
Гюнтер закусил губу, чтобы не рассмеяться. Фамилия пехотного майора никак не соответствовала его внешности, кудрями на голове офицера под надетым шлемом и не пахло.
- Знаю я как вы, пехотинцы, любите использовать мои машины! - не успокаивался Максимилиан. - Каждому взводу, а то и отделению, нужен свой собственный танк, чтобы спрятать за ним свою нежную задницу и ждать пока парни внутри сделают всю грязную работу! Едьте вперёд, а мы за вами! Конечно, ведь у нас броня! А то что мы первыми принимаем снаряды или из какой-нибудь земляной дыры под гусеницы всякие свиньи кидают гранаты то это не считается! - кипятился обер-лейтенант, для него это явно было больной темой.
Шольке промолчал, признавая что в некотором роде танкист прав. Действительно, так часто и бывало, он сам был этому свидетелем во время того же штурма линии Греббе или боёв в Ватандаме. Впрочем, тогда серьёзные потери понесли все, пехота и танки, невзирая на попытки солдат прятаться за железными коробками.
- Обер-лейтенант, оберштурмфюрер! Доложите ваш план действий! - майор до них, наконец, добрался и сразу попытался поставить себя главным.
Оно и понятно, звание у него куда выше чем у них, и субординация действует на офицеров всех стран, а уж в Германии, где настоящий культ военных, особенно. Вот только в этот раз "Кудрявый" явно просчитался. Ни Шейдеман ни, тем более, сам Шольке, не собирались безоговорочно ему подчиняться. Гюнтеру не хотелось с ним ссориться, особенно перед самым боем, но следовало показать вышестоящему офицеру что в данном случае звание майора вовсе не гарантирует Краусу их послушание. К счастью, в этот же момент к их компании как нельзя вовремя присоединился командир первого батальона СС, звание которого было эквивалентно оберст-лейтенанту Вермахта, и Шольке небрежно козырнув майору, подчёркнуто вытянулся перед оберштурмбаннфюрером СС.
- Ну что, господа, порт распахнул нам свои двери? - иронично произнёс Кольрозер, обведя их взглядом. - Не будем терять время, верно? Шольке, сначала вы проверьте территорию, а уж потом войдём и мы. Мало ли что может задумать отчаявшийся враг? Загнанная в угол крыса очень опасна, и я не хочу лишних потерь когда мы уже так близко от победы. Господин майор, надеюсь, у вас нет возражений? - полуутвердительно спросил у него командир первого батальона СС, словно только сейчас обратил внимание на армейского офицера.
Тот лишь кивнул с каменным лицом, предпочтя промолчать, а Гюнтер отвернулся, пытаясь скрыть улыбку. Кольрозер мягко но вполне ясно показал майору кто тут на самом деле главный, заодно проявив пресловутую спесь СС по отношению к армии. Понятно, это не добавит им любви и уважения со стороны армейцев, но многие эсэсовские офицеры не считали нужным скрывать своё превосходство перед коллегами по оружию, стараясь "ставить" тех "на место".
Шольке уже хотел подтвердить боевую задачу и вернуться к своим людям но тут к ним подбежал радист командира батальона, гауптшарфюрер СС, вытянулся перед начальством, и спросил:
- Оберштурмбаннфюрер, пришёл запрос отправить оберштурмфюрера СС Гюнтера Шольке в наш полевой госпиталь при любой возможности! Что ответить?
К этому моменту майор Краус и обер-лейтенант Шейдеман отошли от них и перед радистом остались только сам Кольрозер и Гюнтер. Мартин удивлённо окинул взглядом командира разведчиков, нахмурился, и поинтересовался:
- Шольке, вы ранены? Почему не доложили сразу?
- Никак нет, оберштурмбаннфюрер, полностью здоров! - ответил Гюнтер, удивлённый не меньше Кольрозера. Странно, почему его вызывают? Может, что-то случилось с Лаурой? Но подсознание молчало, не подавая тревоги по этому поводу, да и сам госпиталь был на южной окраине города и ему не должно было ничего угрожать..
- Тогда зачем вы должны туда ехать? - не отставал командир батальона.